Dmitry Shepard

Инструкторская Фьюри слушал, чуть откинувшись назад, так что опорная рука оказалась аккурат за спиной утренней гостьи, и пока слушал, брови приподнимались выше и выше. Когда же "хладнокровная убийца" начала хладнокровно всхлипывать, инструктор не выдержал. Он упал на кровать и расхохотался. - Убить? - донеслось сквозь смех, - Меня? Рысёнок.. Чтобы убить меня, нужно что-то побольше, чем неверно рассчитанная доза снотворного. Пальцы взлохматили волосы под шапкой, смеясь, он заложил руки за голову и добавил лишь немного спокойнее. - К тому же, если бы дошло до.. Если бы я сделал это с ней. Ты бы уже вряд ли смогла ко мне подойти. Китни ожидала чего угодно, но не этого смеха. Что-то темное забурлило в душе, отзываясь уязвленной гордостью и прорываясь наружу мгновенно заледеневшим голосом и взглядом, когда Китни уже спокойно и без эмоций стала практически отчитывать Фьюри, глядя ему в глаза, в которых мольбу о понимании вытеснило что-то жестокое и беспощадное. - Не стоит обольщаться внешним видом Евы, она кинетик и способна на яростную борьбу, беспощадную. И заставила бы тебя попотеть, прежде чем ты сумел бы убить ее. Особенно учитывая твое нежелание причинять нам вред. Думаю, я бы вернулась к тому моменту, как ты сворачивал ей шею или был близок к этому. А что касается подойти...Элиана - хорошо обученный и опытный монах, но тем не менее я сумела без труда ее угомонить. Существовал риск, что ты даже со смертельной дозой снотворного в крови сумеешь меня искалечить или даже убить, но это рассчитанный и допустимый риск, не отменяющий самой возможности и желания. Я бы все равно была приговорена к ресомации, просто на пару месяцев позже. Китни глубоко вздохнула и закрыла глаза, загоняя зверя в его клетку, чтобы снова с мольбой взглянуть на инструктора. - Сейчас правда в том, что я не хочу этого. Не хочу смертей. Хватит. Даже после того, что было между тобой и Евой, не хочу. Сейчас я просто до безумия хочу тебя, медведь, - тихо и почти безнадежно прошептала Китни и заранее съежилась, ожидая нового смеха, как настоящего удара, который разобьет ее на тысячу осколков. И не зная, как будет собирать себя воедино. Или останавливать Эли от смертоубийства.

Инструкторская Фьюри прошёл мимо девушки и сел на кровать, облокотившись о колени и потирая пальцами виски. - Да, - кивнул он, - Я помню. Я отдал Айзеку грааль. Он ведь помог тебе? - риторический вопрос, риторический взгляд на исцелённые чудесной технологией руки и тёплая улыбка, - Напугала ты меня, рысёнок, - инструктор похлопал ладонью по кровати рядом с собой, - Я боялся сделать тебе больнее. У меня уже давно не было срывов. Не улыбнуться в ответ было невозможно. Как и устоять перед искушением все-таки оказаться в том самом положении, которое так легко обещала. И на пути к которому ее так легко перепрыгнул зайчик. Села, но расслабиться не смогла, несмотря на обнадеживающий ответ. Он все-таки боялся за нее. - Прости. Только бояться надо было меня, а не за меня. Я...хотела убить вас обоих тогда. И даже хладнокровно продумала план за доли секунды. Ты бросаешься на Еву и убиваешь, пока я бегу за снотворным и якобы в спешке неверно рассчитываю дозу, введя тебе смертельную. Потому и ударила себя, не в силах позволить этому случится. Китни тихо всхлипнула, опустив голову и не смея посмотреть на Фьюри. - Я чудовище, у которого нет моральных тормозов перед отнятием жизни. Только я сама и моя воля. И причины, почему я стала такой, наверное, они меня не оправдывают. И, дура, такая, вчера ночью я рассказала это все Еве, напугала ее почти до ужаса и сомневаюсь, что смогла успокоить. Вряд ли она теперь будет доверять мне.

Инструкторская - Посмотрел?.. - машинально переспросил инструктор и зажмурился. Спросонья ясно было одно - рысёнок расстроен. На фоне прочих курсантов, предпочитающих ругаться и угрожать физическими расправами это освежало. Он отступил, освобождая проход. - Заходи. Вздохнула и зашла внутрь, неловко застыв посередине комнаты и не зная, куда себя деть. Сесть на кровать? А вдруг он подумает, что она его соблазняет? Хотя...это ведь все равно на повестке дня, верно? Еще один тяжкий вздох и Китни осталась стоять, где стояла. - После того, как я разбила руки в кровь в душевой, останавливая...себя, - неожиданно закончила дупликатка, поняв, что врала даже самой себе. Она не их хотела остановить. Вернее, не только их. Себя. Не понимая...многого тогда не понимая. - После...когда ты в душ пошел, а я окликнула. С такой опаской.

У инструкторской Сонная перманентно небритая физиономия объявилась в дверях далеко не сразу. Зато уже в одежде и даже шапке. - Рысёнок, - Фьюри улыбнулся, кивнул и зевнул в кулак, - Пойдём кофе попьём. Он сделал шаг навстречу гостье, собираясь на выход. Зевок вызвал легкий укол от всевидящей совести за то, что все-таки разбудила. Но это было незначительным штрихом на фоне страха, морским узлом скручивавшего внутренности, причем Китни даже самой себе не могла сказать, чего так исступленно боится. На грудь инструктору легла узкая ладошка, останавливая на мгновение и скользнула вверх-вниз, превращая вторжение в ласку. - Есть вероятность, что после нашего разговора ты не захочешь пить со мной кофе, - грустно проговорила Китни. - Ты так посмотрел на меня...тогда, в зале. Как будто я могла взорваться от неосторожного движения. И потом держался подальше. А ведь еще даже не знаешь...всего.

Душевая - Зал отдыха - Спальня - Зал - коридор к комнате инструктора, 6.40 Даже самые чудесные вещи во вселенной имеют обыкновение заканчиваться. Так и душем нельзя было наслаждаться вечно. Тщательно обтеревшись и отметив, что импровизированный водяной массаж существенно облегчил неприятные ощущения в мышцах, Китни вышла из душевой и также, как и Вернон до нее, удивилась изменившемуся состоянию стены. "Странные дела творятся на этой базе". Переодевшись в спортивный костюм из нового комплекта, девушка снова вышла в зал и задумчиво посмотрела сначала в сторону двери на кухню, а потом на дверь, ведущую к комнате Фьюри. Тяжело вздохнула и решила начать сначала с тяжелого (во всех смыслах) дела. Электронный замок равномерно помаргивал красным огоньком, показывая, что дверь заперта. " - А вдруг он еще спит? - Значит, сейчас проснется. Или желаешь ждать и мучиться, пока он не выспится? - А если там Ева? - То тем более надо говорить сейчас. - Садистка. - Вся в тебя, Китни, вся в тебе." Иногда дупликатка не могла с уверенностью сказать, эти разговоры "сама с собой" являются просто невинными играми разума или же чем-то куда более страшным и реальным. Но пока никто не советовал ей всех убить и захватить мир, то какая разница? Жребий брошен, Китни подняла руку и четко и громко постучала изящным кулачком по двери три раза. - Фьюри? Это Китни. Мы можем поговорить?

Спальня - Зал отдыха - Душевая, 6.15 Китни и рада была бы похвастаться, что благодаря упражнениям с Элианой перенесла нынешние тренировки лучше других, но это было бы неправдой. Точно также, как и у остальных, каждый мускул ее тела взахлеб жаловался на непотребное с ним обращение. И все равно складывалось впечатление, что каждый килограмм и каждый метр четко отмерен чьей-то рукой для каждого. Чуть-чуть выйти за привычные ограничения и понять, что это уже не ограничения, а впереди маячат новые. И каждый раз платить за это болью. Так лучше закрепляется. После этой сентенции затуманенная полусном, а потому настроенная философски Китни проснулась окончательно и поняла, что несмотря на боль, ей больше не хочется спать. Почему-то нестерпимо хотелось снова оказаться под лаской водяных струй, мысленно представляя себе совсем иные ласки. "С этим надо заканчивать" - зло и решительно подумала девушка. "Навязчивые идеи либо уничтожаются вместе с частью себя, либо реализуются. Первый вариант опасен, второй - возможно опасен. Выбор очевиден." Встав с кровати и со стоном потянувшись, чтобы хоть как-то размять мышцы, Китни взяла полотенце и побрела в душ. Одевать что-то поприличнее майки и трусиков она нужным не сочла. К Эталону под капсулу всех, кому это может не понравится! Они и так спят в общей спальне, если что. Себя дупликат не стеснялась. Почти. В зале отдыха явно что-то изменилось, но Китни даже не стала приглядываться, спеша снова пережить симфонию водяных капелек, бьющих по обнаженной коже. Из всего на станции душ по прежнему доставлял ей почти детский восторг. Выбрав кабинку подальше от двери, девушка аккуратно повесила полотенце и нижнее белье на крючок, с расслабленным вздохом встав под горячие струи воды. Закрыть глаза и можно представить, что вокруг раскинулся чарующе живой Лес, а ты нагишом стоишь под невероятно приятным дождем. Хорошо...

Кухня И... внутренним чутьем Ева понимала, что во всем ей проигрывает. Горькое ощущение. Чувствовала, что потом будет ещё хуже. - Это трудно, - дупликат кажется такой похожей, но это не так. Вся суть в деталях. - Твоя подруга будет ревновать. Еще один маленький шажок навстречу. Оценить сложность задачи, значит уже в общих чертах наметить пути ее решения. - Но возможно, - все также мягко отозвалась Китни, в последний раз нежно сжав и тут же отпустив ладони делеции. - Решать лишь тебе, Ева. А Эли ревнует меня лишь к моему же луку, всегда жаловалась, что я в его обществе провожу больше времени, чем с ней, - на лицо Китни своевольной кошкой вылезла погреться смущенная и искренняя улыбка, яснее ясного говоря, насколько глубоко и сильно она связана с подругой, с самого детства ставшей половинкой ее самой. - Я пойду, Ева. Надо отдохнуть. Боюсь, дальше будет...тяжелее. Делеция уже не видела, как чуть потускнел свет в глазах Китни, когда та подумала о предстоящем разговоре с Элианой. Вот он точно будет происходить с глазу на глаз. "Ты и впрямь мазохистка, упиваешься своей виной, как дорогим вином" - шепнул все тот же безжалостный голос внутри нее. Но впервые Китни не собиралась его слушать и уж тем более ему потакать. Сон распростер свои совиные крылья на стремительно взрослеющей и матереющей "рысью" сразу же, как она коснулась головой подушки, провалившись в глубокий сон без сновидений. Х

Кухня И чувствует мелкую дрожь. Это не то, с чем можно справиться одним приказом самой себе. Китни опасна. Но её собеседница старается принять как есть. Зайчику и бежать-то некуда. Одна большая коробка с игрушками - ними самими. И автоматами. И всё под наблюдением. "И впрямь, зайчик. Фьюри действительно метко раздает прозвища. Только со мной ошибся и немудрено почему." Успокаивающе чуть гладит нежную кожу мягкостью своей собственной, стараясь показать, что тоже ранима, тоже податлива. - Я не знаю.. - уже три слова после долгого взгляда в глаза. - Ты казалась любопытной и сильной. Ты можешь и умеешь управлять людьми. А вот последнее, кажется, было лишним. Начало положено, ибо чтобы ответить на вопрос, нужно думать, а когда думаешь - меньше боишься. И ответ горьким рефреном звучит в унисон мыслям. Китни ловит себя на том, что просто любуется таким похожим на ее собственный взглядом делеции, пока та пытается понять, что там за серым холодным морем и не понимая, что ее стараниями льдинки растаяли и само море не такое уже и холодное. - Хочешь ли ты узнать меня? Хочешь ли...довериться мне, Ева? Понять меня?

Кухня Снова Фьюри. Делеция разглядывала собственные пальцы на столе – слабые и тонкие. Чуть ближе к краю столешницы лежит несколько темных завитков. Её делят зачем-то пополам, думая, что что-то изменилось. Она бы и сама могла в это поверить. Хотела бы поверить. Сейчас можно уже всё и залпом. Именно за этим столом сутки назад они разговаривали с Айзеком. Вышло криво и кисло, как и всё, за что она бралась. Исправить вышло только с Ритой. Просьбой тоже можно управлять, зная, что не откажут. Такое принято решение. - Можешь. Снова этот односложный ответ. Если бы делеция не рассматривала свои пальцы, то увидела бы, как вздрогнули плечи Китни, словно ее ударили хлыстом. Надо...зачем надо? Просто потому что так будет правильно. Нет, потому что так кажется правильным. Подходит и садится напротив, накрыв изящные ладони делеции своими, отличающимися разве что более темным оттенком кожи, но не формой и строением. - Ева, скажи мне, что ты видишь, когда смотришь на меня сейчас? И что видела до того, как я так опрометчиво рассказала правду о себе? - голос Китни тих и благожелателен.

Кухня По спине пробежал холодок. Выпрямилась - всё, как и было решено. Глоток воды получен. Жидкость показалась почти сладкой, но больше не шло. - Можешь, - и кто она чтобы что-то кому-то запрещать в чужом месте, где себе не принадлежит ничего. Руки открыто сложены на поверхности стола. Китни кивнула, стараясь не делать резких движений и не стала приближаться к Еве, просто опершись спиной о стену рядом с дверью. Помолчала, собираясь с мыслями. - Я напугала тебя до ужаса. Прости. И не смогла сказать, что все, мной прочувствованное, все сказанное было к старой Еве. Не той, какой ты была после...после Фьюри. Не той, кто без колебаний помогла мне прийти в себя на тренировке, согрев своей заботой. Я решила, что ты должна знать правду обо мне, наивно думая, что ты примешь ее, поймешь меня и не осознавая, что жажда сочувствия и понимания затмила мой разум. Прости. Могу я коснуться тебя? - вопрос был задан робко и ни в какой, даже мельчайшей интонации не предполагал повеления. Рысь была готова склониться перед зайчиком. О, дивный, странный мир...

Душевая - зал отдыха - спальня - кухня Уверенные действия доктора Айзека и в саму Китни вселяют уверенность. Вот только что делать с Евой? Оставить все как есть? Или провернуть нож в воображаемой ране? Поздно надеяться на аугментацию, когда все стволовые клетки истрачены. Остается только испить горькую чашу поражения до дна. Но из кухни она не выйдет. Пока остальные ложатся спать, делеция останется за столом, бездумно уткнув взгляд в стакан с водой, но так и не осушив его до дна. Сероватый отблеск света от искусственных материалов поверхности прогонит любой сон. Китни нерешительно застыла на пороге, не зная как начать разговор, что вообще делать и уже успев трижды пожалеть, что вообще пришла, что продолжает мучить маленькую делецию. - Ева...могу я...можешь ты...прости, не могу..., - сокрушенно умолкла, порозовев от стыда. Покачалась с пятки на носок и обратно. Попробовала еще раз. - Ева, могу я...остаться? Что именно "остаться", Китни договорить не смогла.

Душевые Еще одна нелепая попытка склеить коллектив: - Подождите, девочки, что... Успокойтесь... Я уверена, что можно все решить... Вашу проблему... Под конец речи язык стал заплетаться, перед глазами все вдруг поплыло, размываясь и стремительно темнея, а сама Рита без сознания рухнула на пол. Далеко уйти Китни не дали. Грубо вторглись в уже формировавшийся кокон отчуждения, разбили его на осколки звуком падения чьего-то тела, заставив резко развернуться, взглядом впитывая в себя диспозицию и тут же метнувшись к упавшей делеции. Другой, но ставшей такой же частичкой мира вокруг. Хрупкого и уязвимого. - Рита… - голос пропал и только царапал горло попыткой воспроизвести её имя. Вырвалось истошное, льнущее откуда-то из глубин грудной клетки. – Рита!!! Голову светловолосой приподняли и устроили голову на коленях. Попытались достучаться словами, ладонями. И только она могла услышать тихий шепот-поскуливание: - Не уходи, не бросай меня… Потом Китни даже под пытками не смогла бы вспомнить, как оказалась рядом с делециями, единственным, что осталось в памяти, были смазанные очертания стен душевых кабинок и вот она уже также на коленях чуть ли не стукается лбами с Евой. Все, пролегшее между ними, временно отодвинуто в сторону. Сейчас Китни только и единственно медсестра. Спокойно и деловито проверить пульс, убедиться в наличии. - Похоже, переутомление, - голос лишь самую малость подрагивает от беспокойства. - Доктор Айзек! Сюда!!! - крик больше похож на приказ, чем на мольбу о помощи. И уже только Еве: - Все будет хорошо.

Душевые - Что?... - беспомощный взгляд перешел с лица одной девушки на другую. Зачем то возразила Китни. - Она и так живая!... Она непонятна, и как все неизвестное – пугает. Слишком большое испытание для той, кто влачил жалкое существование рабочего муравья. Взяли и бросили в котел, полный страстей. Заботливо накрыли крышкой, и на замке высветился красный маркер – закрыто. Теперь просьба. Она.. просит? Что-то странное. Надо соглашаться. Ладонь упирается в стенку за спиной и медленно вворачивает сустав до боли. Хочется причинить себе больше боли. Но нужно кивнуть. Тоже сделает всё, что скажут. Никакого сопротивления... Протянутая вперед рука бессильно падает вдоль туловища. Китни проиграла эту войну. Хочется завыть в голос, но что-то не дает. Наверное, понимание, что тогда маленькая делеция просто умрет от страха на месте. Или станет убийцей, защищаясь от смертельной атаки, которой не будет. Рита и Ева могли легко заметить, как омертвело лицо Китни. - Да, Рита, ты права. А я дура. Не говоря больше ничего, девушка развернулась и ушла в дальний угол душевой, похоже, становившийся уже каким-то убежищем от всего мира. Не только зайчикам иногда хочется свернуться в пушистый комочек от безысходности и непоправимости содеянного.

Душевые Китни плачет от своей сути, а делеция до смерти напугана. К ней не притронулись ни рукой, ни ножом, но тогда бы она вырывалась, жестоко, кусаясь и всячески выцарапываясь из захвата. А теперь был тупой, выматывающий, удушающий страх, отраженный в расширенных зрачках. Никаких ограничений, кроме небеспредельной воли… Тонкая нить, удерживающая плотину. Любое слово, любое движение может её прорвать. Слезы, такие человечные и горячие, но нет никаких сил, чтобы их утереть. А всё за Фьюри. За... это. Приказала себе молчать и не заскулить от страха, боясь спровоцировать новую вспышку. Не нужно быть телепатом, чтобы понять, насколько Ева испугана и причина ее страха вот она, стоит перед ней. Молодец, Китни, просто молодец. Теперь она не просто тебя опасается, теперь она тебя боится до ужаса. Девушка до боли в глазницах зажмурилась, страдальчески сморщившись. Дура. Наивная дура. Фьюри бы понял. Но не Ева. А рассказать еще и ему теперь - достанет ли мужества. А ему хватит ли понимания? И снова лишь один способ узнать. А пока попытаться хоть как-то исправить содеянное. Медленно, с трудом подбирая слова. - Ева...прошу. Не бойся меня, не надо. Ты меняешь меня. К лучшему. Я просто прошу - живи дальше. Будь...живой. И не ревнуй. Хотя ты не умеешь...наверное. — Ева? — Вернон, не дождавшись ответа, подошел поближе к девушке. — Ева, — повторил он громче, — это очень важно. Ты меня слышишь? - Вернон, прошу, не сейчас, - как можно более мягко произнесла Китни, давя в себе рыкнувшего зверя.

... ошатнулась назад. Шаг, другой. Назад. Абсолютнейшее непонимание этой девушки, и ситуации, в которую попала, как поступить. Похвала, от которой вспоминаются почему-то содранные в кровь руки. Вспоминаются разговоры в загрузочной в первую ночь. "Ты у меня их украла, но я тебя не виню". И это уже делает безумно виноватой. Жалобный взгляд в сторону Риты, на лица других присутствующих. Еле выдержала взгляд Китни. Сглотнула, пытаясь справиться с собой: - Спасибо, что увели меня оттуда, - а мыслях: "лучше бы оставили чтобы не услышать этого... " Китни словно с размаху ударили по щеке. Снова этот взгляд, один на двоих с Фьюри, опасливый и непонимающий, будто она превратилась в смертоносную бомбу с искрящим детонатором и могущую взорваться в любой момент. Могла ли она поступить иначе, дать делеции своей дорогой, пусть и ведущей к смерти. Не могла. Потому что поступи она по другому, умерла бы вместе с этой делецией, оставив только пустую оболочку, которая станет причиной гибели и Эли. Попытаться объяснить что-то еще раз и напугать окончательно? Да какого Эталона! Уйти и промолчать - ошибка. Остаться и сказать при всех - катастрофа. Но ведь... - Я жестока, Ева. Так, как ты не можешь представить себе в любом кошмаре. Никаких ограничений кроме моей собственной воли, а она небеспредельна. Если бы не случай с техником, я бы все равно попала на ресомацию. Уже за хладнокровное убийство. И тогда, в душе...еще чуть-чуть и я попыталась бы убить вас обоих. Без всяких скидок на наше положение и камеры наблюдения. Дала бы Фьюри свернуть тебе шею, а потом усыпила бы его, как бешеного пса! Пришлось направить ярость на себя саму, другого выбора не было, - слезы прорвались и покатились по щекам, когда нарыв вскрылся, выпуская постыдное наружу. "Мазохистка", - холодно сказал чей-то женский голос внутри. "Не можешь без публики, да?"

- Я говорила - во мне нет ничего, что бы стоило твоего внимания, - виновато проговорила девушка. Да, она слаба среди них.. и это было тяжелым испытанием. Даже если не стремишься соревноваться, получаешь опеку. С привкусом чужой крови. Хотя спорить было бесполезно. Со всеми. - Аномалия дезактивирована, - сообщили дроны троекратно, проплывая обратно в инструкторскую. Пришлось подождать, пока дроны делали свою работу, потому что все внимание поглощали они, а не Ева. Только когда они закончили свою мрачную работу, Китни получила возможность ответить. - Ева, ты удивительный человек и без тебя этот мир станет куда хуже, чем с тобой, - проникновенно проговорила Китни. - Я понимаю теперь, что увидел в тебе Фьюри и поверь, это стоит любого моего внимания. Не говоря уже о том, что я не могла стоять и спокойно смотреть, как ты будешь обращаться в кучку пепла, как этот игровой автомат. Прости, не могу. Что-то глубинное рвалось наружу и все никак не могло оформиться, прорываясь дрожащим голосом и брильянтами непролитых слезинок в уголках глаз.

- Это шантаж, - обижено, вытянув руки и уперевшись ими в спину несправедливой дупликатке, Ева направила её обратно в душевую. И себя заодно... Секунды истекали. Сатар осталась в проеме - она решила смотреть, значит будет. А сбежать всегда успеет. - Вы совсем охерели! Обе! - он никогда так не орал. Но на противоположном конце зала замаячили кевларовые корпусы. Подбежав к самоубийцам, он схватил и за руки и поволок в укрытие. - Это чувство вины, - откровенно отозвалась Китни, до боли сжимая кулаки. - Не могу иначе, прости. Делецию мягко обняли за плечи, как бы говоря, что не она одна хочет посмотреть. И чтобы отшвырнуть с пути смертельной атаки, если потребуется. Теперь Китни знала, как это сделать, тренировки не прошли зря. Оставалось только унять рвущего сердце на полоске ненасытного зверя, но это откладывалось. В который раз.

- Шшшш - палец коснулся губ. - Я хочу видеть. Но отошла чуть дальше, ближе к углу. Что-то держало делецию рядом с этими картинками. А может она совсем растеряла способность мыслить логически. "Я промолчала и смирилась уже один раз", - ее вечная вина снова промелькнула перед внутренним взором и Китни решительно двинулась к делеции, надеясь, что есть еще время. - Значит будем смотреть вместе, прости, - действительно виновато взглянула на Еву девушка, становясь рядом.

Голоса вернули девушку в реальность. Молча поднялась и попятилась к самой стене. Упрямо сжав губы и ожидая атаки. Не на себя, на то, что видела перед собой. Нет снега, ней войны, отдыхающие Майями со счастливыми лицами. У них скоро будут подарки.. По голове как будто ударили молотом, в висках закололо, а в ушах зашумела кровь. "Нет. Не снова." - Ева! Спрячься! - последняя попытка избежать неизбежного.

Спальня Успевшая по военному быстро (хотя и не зная об этом) одеться Китни выглянула из спальни как раз к моменту оповещения Фьюри и тут же спряталась обратно. На секунду. А потом выглянула обратно, потому что проиграла любопытству и желанию узнать, что будет дальше.

Стоя в окружении девушек, в количестве трёх штук, полусонный химера довольно разулыбался. Но явление его занимало больше, чем даже обнажённая Китни за спиной. Оставляя за собой лужи воды, он приблизился к голограмме: - Здорово. Может, коробка со снифером в вентиляционную шахту попала? - шутил ли он или говорил серьёзно, трудно было понять Не подумавшая, что в душевой мог быть кто-то еще Китни аж подпрыгнула на месте от неожиданности, но химера уже прошел мимо, направляясь прямо к миражу. "Вот и вся твоя предусмотрительность, Китни. Хотя..." - Тогда бы мы все видели бы разные галлюцинации. Наверное, - предположила девушка и, кое-как прикрывшись мокрыми тряпками, попыталась "незаметно" (маскировка: провал) проскользнуть в спальню за одеждой.

Душевая - зал отдыха К дверному проему прислонилась хрупкая фигура безмятежного техника, чистого и потому весьма умиротворенного. - Ух ты, - заинтересованно оглядывая действо, девушка не сдержала вздоха восхищения. Никогда ещё её собственные видения не были такими яркими и интересными. - Вы что, тоже это видите? - спросила Сатар у привлеченных тем же событием Вернона и Риты. Она широко и тепло улыбалась. Музыка бесцеремонно вторглась в достигнутую и овеществленную нирвану, заставив недовольно поморщится. Голос и язык были знакомы, но навевали воспоминания о других строках: "Words like violence break the silence..." - Уже побудка? Я же не могла уснуть тут на всю ночь? - спросила вслух у самой себя Китни, с трудом поднимаясь на ноги, все же ноги успели основательно одеревенеть за время неподвижности. Грязная одежда превратилась в грязные мокрые тряпки, прикрываться которыми не было никакого желания. А вот желания выяснить, что происходит и набить виновнику морду было хоть отбавляй. Впрочем, этот огонек почти мгновенно потух перед ощущением близкой опасности, когда Китни увидела происходящее у фонтана. - И даже слышим, - отозвалась девушка, нагло попытавшись использовать Еву как естественное прикрытие для своей наготы, но та уже двинулась вперед. Пришлось прятаться за косяком проема двери. - И почему-то мне это очень не нравится.

Получился удивительно хороший и интересный фильм, с годным качественным юмором и аккуратно вложенными постулатами, над которыми стоит задуматься. Клуни великолепен, маленькая девочка-аниматроник просто чудесна, девочка вроде бы ГГ тоже вполне достоверна. Почти сразу после этого фильма мы с друзьями пошли на "Безумного Макса" и от оказался по ощущениям хуже, чем "Земля Будущего". Невероятно, но факт))

База Тренировка была окончена и Китни устало потащилась с полигона...домой? Когда это база успела стать для нее чем-то родным? Однако же успела. Тело ныло и просило отпустить его в бессрочный отпуск, но что-то изменилось в самой девушке, как и обещал Фьюри, теперь она чувствовала себя лучше, хоть и платила за это пробудившимися внутренними демонами. Как бы Китни не хотелось спать, она все равно упрямо потащила себя в душ, желая смыть с себя хотя бы внешнюю грязь. И снова вспомнила об полотенце и одежде только встав под теплые струи. Намокшая ткань липла к коже и с трудом снялась, окончательно вымотав Китни, так что та просто сползла вниз по стенке душевой и закрыла глаза, всецело отдавшись ласковым касаниям водяных капелек и такому непривычному покою в душе и теле.

Китни затихла, уютно пристроив голову на плечо подруги. - Не выходит из меня сильной женщины, Эли. Где-то эти сволочи крупно ошиблись. Еще один хриплый смешок вырвался из груди девушки. - Одно хорошо, мы с тобой вместе и рядом. Эгоистично, но меня это утешает.