FOX69

Хирол со своими верными абордажниками замыкал процессию, направившуюся в пещеру. В свете факела он внимательно разглядывал своды пещеры, а его клеймёный спутник, нет-нет да переводил взгляд на рыжую голову будущей капитанши, в очередной раз с грустью осознавая, что и эта кнурлаф пройдёт мимо него, ибо по сути была ещё ребёнком. Ребёнком целеустремлённым, но не искушённым в делах любовных. А соблазнять девчонку у него совести не хватило. Лучше уж их старпома, загадочно взиравшего в хрустально-голубые глаза пыльника, на лопатки уложить, чем покуситься на девственность малолетки. Рино вздохнул и обратил внимание на обработанный камень стен. Х

Meshulik&FOX69 Domine, dimitte nobis debita nostra... (часть 3) (2) (1) 7 веременсиса, утро На месте были к десяти утра. Обошли склад по периметру, взобрались на пригорок, чтобы рассмотреть. Патруль не встретили. Не очень хорошо, но специально его искать нет смысла. За невысоким забором, который окружал строения: склад, бунгало, кухню - передвигались шестеро. Носили воду, рубили мясо и занимались чисткой амуниции. На летней кухне суетилась проворная эльфийка, а две другие стирали бельё в больших тазах. Стен восседал на табурете посреди двора, смотрел на небо и кажется молился. Склад охраняли двое. - Эльфиек я бы со счетов не сбрасывал, - переместив соломинку во рту, тихо предположил храмовник. - Стен вот не кстати. Хотя, кто бы сомневался, что тут будет Стэн? Фаталистично приподнял брови. - М... можно их отвлечь, только вот кто купится? Рисковано. Я бы все-таки попытался отбиться. Он уперся локтями в камень, за которым они лежали, изучая обстановку. Поглядел на мага. - Эти ушастые такие же кунари, - согласился Рис. - Убить их проще, но они опасны тем, что могут сбежать и предупредить соседний виддатлок. Специально за ними не гоняйся, но, если будут в зоне доступности меча, прирежь первыми. Так вот. Когда я планировал напасть в одиночку, я хотел разнести ворота молнией и поджечь их. И пока они мечутся на пожаре, с другой стороны пробраться к складу. Но этот вариант не слишком-то годится, из-за неконтролируемого пламени. Теперь, когда нас двое, всё намного проще. Отвлекающий манёвр нам подконтролен. Ты идёшь к воротам, я дистанционно их превращаю в щепки. Дальше импровизируй. Отвлекай их. Я в это время зайду с противоположной стороны, снесу забор и упокою двух охранников, если они конечно не ринутся к тебе. Твоя задача - не воевать, а пробиться к складу. Надеюсь, к твоему приходу я открою дверь. Как только мы попадём внутрь и забаррикадируемся, они уже ничего не смогут с нами сделать. Теперь ты излагай. Есть мысли? Аврелий поразглядывал Стэна, задумчиво пожевал соломинку. Вытянул шею, снова прижался к камню чуть ли не подбородком. - А вот и оружие, - пробормотал удовлетворенно. - У Стэна меч длиннее моего. А вот там, у прачечной, видишь? Прислонены ножны? Вроде такой же по размеру. Если его взять, можно держать рогатого на расстоянии. Не достанет. Ухмыльнулся, уже предвкушая хорошую драку. - Эльфиек придется убить первыми. Они мешаться будут. И сбегут если, то да, могут навести потом на след или других предупредить. Эти-то никуда не убегут. Охранников можно отвлечь, опять же, если крови будет много. Они могут не вытерпеть, побежать помогать меня валить. Так что... первые жертвы должны быть быстрыми. Вроде бы всё. Ожидающе поглядел на эльфа. Рис внимательно слушал свой личный авангард, ловил каждый жест, наблюдал за соломинкой , движением скул. Сжатые губы, пристальный взгляд, быстрая оценка, молниеносная реакция. Надёжная стена, непробиваемый заслон для мага. Их этому учили. А боевые когорты включали в свой состав центурии храмовников, которые служили исключительно для прикрытия магических контуберниев на фронте. Рис не был в армии. Но помнил из рассказов Красса и лекций по моделированию стратегии боя о предназначении специализированных отрядов, хранящих самый ценный ресурс армии Тевинтера - магов. Один из таких стражей сейчас был перед ним. Причём сам маг осознал сей факт секунду назад. Помнил ли об этом Аврелий, Рис спрашивать не стал. Он лишь сказал, уже испытывая где-то в глубине души неясную тревогу: - Ты не рискуй. Слышишь. Мы не в бою. Отвлечёшь их, уходи в глухую оборону и продвигайся к складу. Склад наш приоритет. Не бой. Мне проще их будет по площади сразу всех завалить, чем тебе в один меч биться. Ты понял меня? - Да я ж говорю, выманю их к прачкам, оттяну по дуге, обойду этот сарай их и с той стороны окажусь у входа первым. Ничего сложного. Храмовник пожал плечами, изучая расстановку сил. Конечно, может не повезти. Ну если бы всегда везло, не было бы Стэнов и вовсе на белом свете. Наткнулся на встревоженный взгляд. - Ну, должно получиться, - почесал бороду. - Но если что-то не так пойдет, подожги им бунгало - тогда часть пойдет искать других лазутчиков. А ты прячься за дверями склада. Ну это когда дверь откроешь. Стало быть мне надо продержать их за складом как можно дольше. А по сигналу бежать к двери. Какой будет сигнал? - Виспа отправлю, - ответил Рис. - Поярче. Так надёжнее будет. Поджигать бунгало опасно. Если огонь перекинется на склад, считай провал. Но что-нибудь придумаю, если вдруг. Он снова посмотрел на объект диверсии, запоминая мельчайшие подробности, и глянул на Аврелия: - Ну что, пошли? Рюкзаки с собой заберу. Брошу в кустах с той стороны. Уходить всё равно через пролом в заборе будем. Давай ещё раз. Идёшь к воротам. Ждёшь пока я их разрушу. Импровизируешь. Быстро убираешь эльфиек и начинаешь отходить к складу. Как только увидишь виспа - двери открыты, и я тебя жду. Так. Ещё момент. Пойдём. Они спустились с пригорка и храмовника накрыло чарами щита. - Минут пятнадцать-двадцать продержится не больше. Надеюсь, хватит. И я успею замок расплавить. Урон от ударов мечей плашмя срежет наполовину, а вот колющих ударов остриём и дротиков берегись, не подставляйся. Ну ты знаешь. Ну что, удачи нам, - Рис улыбнулся, поднял руку и тыльной стороной ладони коснулся его щеки. - У нас получится. - Конечно, всё получится. Это же... просто рогатые, Создатель, - заверил его Аврелий с коротким смешком. Притянул к себе его голову, поцеловал куда-то в висок, коротко и весело. Задержал на мгновение взгляд и махнул рукой, разворачиваясь в сторону, откуда ему надо было начинать двигаться к воротам. Да уж, "просто рогатые". Ещё раз заглянул в его глаза - что может быть в последний раз Рис не думал - подхватил рюкзаки и скрылся в густых зарослях. Минут через пять, когда Аврелий стоял напротив ворот, в окружающем воздухе резко запахло озоном, затрещали искры на металлических петлях и засовах, и через мгновение средь солнечного дня и ясного неба несколько молний врезались в древесину и раскрошили в мелкую труху. Одна створка ворот мелкими опилками осыпалась к ногам непрошенного гостя. Стэн подхватился сразу, а за ним выскочили из бунгало карашоки. - Bas Saarebas! - послышался со стороны кухни испуганный женский голос. Кажется, человека за воротами охрана склада приняла за мага. — Что, не ждали кары Создателевой? — громко захохотал предполагаемый маг, зашагал по направлению к Стэну, но в последний миг уплыл в сторону, ушел из-под меча, и, в несколько прыжков достиг стойки по левую руку, как раз чтобы длинный меч, щитом, прикрыл первый удар. Эльфийки, не зная, чего ожидать, видя, что им спешит помощь, не торопились кидаться наутек, лишь отступили в сторону, сгрудившись вместе, что упрощало задачу. Держа защитника на расстоянии, по дуге обойти и выкосить заговоренным коротким тесаком невинные жертвы, вынудив Стэна зарычать с досады. Забрызгать обильно лицо, скалящееся белозубой усмешкой, красным, рубить так, чтобы кровь била фонтаном, умножая скорбь. Жестоко и громко засмеяться, цепляя этим смехом еще не подоспевших охранников, закружить, делая ложные выпады, насмехаясь, путая и парируя, дождаться тех, кто выскакивал из бунгало — и всю толпу потянуть за собой, за дальний угол склада. В этом бою злодеем был он. Негодяем, вторгшимся в мирный курятник, убивающим с удовольствием, ради забавы и возможности поглумиться над честными воинами кунари, которым было тесно между стеной склада и забором. Не дотянуться праведным гневом клинка до его таких уязвимых коленей, до этой наглой усмешки, которую пора было срезать вместе с головой. А всё, о чем молился проклятый злодей, - о том, чтобы кто-то не вздумал рискнуть потратить драгоценное время и обойти склад, чтобы зайти храмовнику с тыла. "Где же ты, Рис? Где твой висп?" Клинки звенели, наседали. Аврелий медленно отступал. Кунари были сбиты с толку. Причина нападения в одиночку для них, привыкших заранее планировать, оставалась загадкой. Они не понимали и поэтому растерянно озирались, выискивая в кустах подмогу этого сумасшедшего мага с мечом. Вернее, теперь уже с двумя мечами, ибо полуторный меч Стэна нападающий благополучно присвоил, вызвав ещё больший гнев командующего небольшим отрядом рогатых. Забрать у кунари меч, всё равно что душу вынуть. Стэн был в ярости. Он подхватил тесак для рубки мяса и кинулся на наглеца. К нему быстро присоединились рядовые. И как выяснилось маг не только швырялся молниями, но и мечником был профессиональным. Причём одним клинком он удерживал противника на расстоянии, а вторым отбивал удары и сражался. Даже имея численное преимущество, кунари уступали внезапному натиску и неизвестности. Расчёт Риса на быстроту и непредсказуемость оправдался. Но как только Стэн убедится, что нападающий самоубийственно одинок, он форсирует нападение и расчленит полоумного топором. Глупее и нерациональнее атаки, по мнению рогатых воинов, придумать было сложно. А пока, охранники загоняли бас-саарибаза в угол и, осторожничая, продолжали оттеснять за склад. Справиться со скобами, скрепляющими доски забора, не представляло особого труда. Накалившийся металл опалил дерево и, остыв, вывалился от малейшего нажатия. Две широкие планки теперь свободно болтались на верхней поперечине и оставляли диверсантам свободный путь к побегу. Ему повезло – часовые бросились на выручку остальным и оставили двери склада без охраны. Какого сейчас было Аврелию, Рис старался не думать, понадеявшись на умение храмовника вести бой с несколькими противниками одновременно. Представлял, что не легко, но ранения залечатся. Только продержитесь, мессир Тилани. Как заклинание шептал эльф, замораживая два навесных амбарных замка. Когда металл основательно промёрз, ему осталось лишь коснуться пламенем заиндевевшей конструкции, чтобы та потрескалась и развалилась на составные части. Ворвавшись внутрь, Рис быстро сориентировался, подхватил первый попавшийся ящик со знакомыми флаконами и с силой бросил к ногам. От удара стекло разбилось, и голубовато-серебристая жидкость потекла по дощатому полу. Он вознёс руки над переливающимся озерцом и телекинетическим потоком потянул сразу весь объём вещества на себя. Лириум впитывался в кожу, покрывал одежду, опалесцировал на светлых вихрах, тёк в рот и проникал в глаза. Через минуту стихийщик был накачан исаной так, что мог поднять весь дворик вместе с постройками и жильцами над землёй, если бы умел. Висп? Один? Да ладно. Рис рассмеялся. Он призвал из Тени сотню мелких духов и отправил к храмовнику. Ярким ослепляющим облаком они пронеслись над головой Аврелия и создали светящуюся преграду между ним и преследователями. Путь к отступлению был свободен. На несколько секунд, пока кунари соображают насколько призрачна стена из света. Они наседали. Улыбка уже превратилась в оскал. Он огрызался. Один из кунари упал с подрубленным коленом, второй получил стэновым мечом в глаз, засмотревшись на мерцающее магическим светом оружие в правой руке. Умение управляться обеими руками одинаково хорошо приобреталось в море по необходимости. Во время абордажа это был самый эффективный метод атаки и обороны. Здесь же, на суше, использование морских приемов выиграло для храмовника лишние минуты замешательства рогатых и оттянуло главный натиск Стэна. И все же он уставал. Еще выпад, тычок коротким, полоснул по площади длинным, припал на колено, раскинув руки, хищно обозревая своих противников. Случайно замечая, что в суете все же кто-то дотянулся до бедра. Неглубокая царапина грозила обернуться кровопотерей. Поднялся… тяжелее, обрел равновесие — только чтобы снова бросить свое тело вперед и в сторону, обманывая три острых лезвия, со свистом и кунарийскими матами, не иначе, рассекающих воздух… Аврелий и сам поначалу опешил. Столп света, стена, в которой с трудом угадывались светлячки мелких духов. — Создатель, да ты… фокусник чертов, — пробормотал запыхавшийся храмовник. «Люблю тебя», — пронеслось в голове, когда, запинаясь, он тяжело отступил на пару шагов, развернулся и бросился за уже близкий угол, мимо пролома, ко входу на склад. Наверное, Элахиль ещё никого и никогда в своей жизни так не ждал. Сердце бешено стучало в грудной клетке, а давление рвало сосуды, то ли от страха за жизнь одного храмовника, который за несколько суток стал самым близким, то ли из-за переизбытка лириума в крови, количества которого хватило бы сейчас не на один десяток магов, или от того и другого одновременно. Подгоняя вбегающего Аврелия лихорадочно-взволнованным: - Давай, давай, давай... - он держал створки двойных дверей полуоткрытыми под тяжестью заранее выставленного защитного барьера. И как только святой отец заскочил в небольшое складское помещение, двери за его спиной с силой захлопнулись, а где-то снаружи послышались глухие отрывистые крики. Активировавшийся телекинетический щит отбросил преследователей и раздавил о рухнувший по периметру забор. - Не ранен? - обеспокоенно бросил Рис в сторону своего личного авангарда. Он продолжал стоять на одном месте, сосредоточенно удерживая несколько заклинаний сразу. Разбитые склянки у его ног были почти пусты. Приступ... эйфории. Аврелий склонился, уперев ладонями в колени, так и не выпуская из рук мечей. Поглядел на то место, где вроде как кровь была не чужая. Отмахнулся: - Царапина. Что теперь? Огляделся, разгибаясь.... и замер. Забыв на миг обо всех планах. Лириум. Он тут был повсюду. Не заметил, как рука потянулась к валявшейся разбитой склянке с остатком на прозрачной стенке. С тех пор как они покинули корабль, он и не вспоминал об этом. Но теперь шарил глазами по полу и не мог ни на чем сосредоточиться. Всё что не делается - всё к лучшему. Почему-то сейчас пришло в голову юному эльфинажному дарованию. Глядя на замершего перед россыпью лириума храмовника, Рис возблагодарил Создателя, который так беспрепятственно направил их обоих на привязку демона. За Завесой Красавчик сейчас уже точно навострил свои несуществующие уши. - Теперь... - ответил Рис, стараясь по мере возможности не акцентировать внимание на окружающем и отвлекать святого отца насущными проблемами, - принеси пару ящиков. Вон там. Один с флаконами, другой с пылью. Давай. Ты сможешь. Сам же продолжал стоять на месте, поддерживая установленные связи с Тенью и физическими объектами. В глубине души умоляя всех богов вместе взятых дать Аврелию сил противостоять соблазну. - Поспеши. Концентрация маны уменьшается. Мне нужно больше. Намного больше, - проговорил, с настойчивостью призывая к действию. Храмовнику самому казалось, что он провалился в вязкую, тягучую субстанцию, сквозь которую с трудом удавалось двигаться, которой невозможно сопротивляться, которая даже звуки и смыслы пропускает с какой-то неохотой, искажая их и соскребая по пути значимость, делая всё чем-то неважным... Сейчас, он только поднимет осколок с серебристой субстанцией, только коснется губами, втянет каплю живительного магического света, без которого, оказывается, истосковалась его опустошенная душа. Тяжелые веки поднялись с неохотой на призывающего к действиям Риса. Моргнули. Откуда он взял силы - так и осталось неясным. Но сам себя святой отец осознал, шатнувшимся в сторону означенных ящиков. Надо делать дело. Иначе они погибнут. Он всё загубит... А лириум... Ну, лириум может подождать. Верно ведь, Красавчик? Ящики, неровно уставленные друг на друга, со звяканьем грохнули перед магом. - Давай. Кончай с ним. Рис долго следил за своим пациентом, улавливал малейшие намёки на срыв, но предпринять ничего не мог. И как он собирался одновременно контролировать лириумзависимого, держать щит, связь с Тенью, колоссальный маготок и генерировать огненную бурю? Не рассчитал. Казалось, что сил хватит. Но нет. А теперь, в который раз благодарил Создателя и с удивлением поглядывал на Аврелия, который до сих пор держался. Он наблюдал, фиксировал, но в какой-то момент утратил способность быть сразу и везде одновременно. Ему уже казалось, что он сам состоит из лириума, а жилы исаны в Тени перекачивают вещество в обратную сторону. На пике напряжения, перед последним словом заклинания, он вскинул руки и на несколько секунд превратился в горящий факел с радиально расходящимися волнами обжигающего жара, которые за пределами щита потянулись от эпицентра пламенными смерчами, сжигая всё на своём пути... Всё было кончено за несколько минут. Огненный ураган пронёсшийся по побережью сжёг четыре виддатлока, склады с провизией, арсенал, конюшни армии кунари, сотни две рогатых и пять тысяч обращённых. Включая две рыбацкие деревни за несколько минут, Тевинтер зачистил внушительную область на западном побережье Ривейна. Кунари будут в бешенстве. Империя в восторге. Сегодня он отомстил за всех погибших здесь имперских магов. Эльф обессиленно упал на колени. Его одежда парила, лицо было бледным и мокрым, но на губах сияла зловещая улыбка. Он облегчённо выдохнул и посмотрел на своего защитника. Только сейчас оценил глубокий порез на его бедре. - Давай, посмотрю, - поднялся на ноги, неловко переступил, но равновесие не потерял. Приблизился: - Присядь. Аврелий, кажется, позабыл, как дышат. Представшее зрелище было настолько масштабным, что разум отказывался осознавать, что всё кончено. Всё. Кончено. Все эти кунари, люди и эльфы - погибли в пламени. И это сотворили они. То есть, конечно, маг - столп создателева возмездия. Саздателева ли? Лучше об этом не думать. О пепле, взвившемся в световом отверстии под потолком склада. О гуле, предшествовавшем ему. Тилани даже про лириум позабыл. Только побледнел, чувствуя, что говорит в пустыни. - Я ошибся, - невесело пошутил, переводя дух. - Не я меч. А ты. Я всего лишь проповедник. Но перед кем теперь читать проповеди? Он тряхнул головой. Рис что-то спрашивал о ране. Падре рассмеялся. - Отдыхай. И понял, что тому сейчас несладко. Столько лириума. И Бездна за спиной. А главное ведь - главное, что от такого числа смертей сейчас в этих местах любому магу может прийтись несладко. Значительно менее сладко, чем лириумщику-храмовнику. Но это после. Они это будут решать после. - Отдохни. Ладонь коснулась плеча... и он машинально отдернул ее. Стихийщик, словно вулкан, недавно извергнувший лаву, был неестественно горячим. - Рис. Что с тобой? О таком он не слыхал. - Какой-то побочный эффект от объёмных пиромантических заклинаний, - сказал, рассматривая свои ладони, где до сих пор ещё вспыхивали крохотные огоньки укрощённого пламени. - Так мне наставник в Круге объяснил. Какое-то древнее наследие эванурисов. Пока не изученное. Встречается очень редко. Вообще, такого быть не должно. Но когда я читаю Бурю, Шторм, Пирокластический поток, я чувствую, как закипает лириум и мана, словно испаряется... Это трудно описать. Я сам не понимаю, как в такие моменты на варюсь заживо и кровь не превращается в сгустки. Рис усмехнулся, стряхнул с рук огонь и посмотрел на Аврелия. - Спасибо тебе. Если бы не ты... Теперь, я точно знаю - я бы не смог в одиночку всё это провернуть. Мне бы просто не хватило сил, чтобы сразиться с отрядом рогатых. Они бы меня прибили раньше, чем я добрался до склада. Ты не представляешь, как я рад, что ты передумал. Он подался вперёд, обхватил руками кольчугу и уткнулся лбом в грудь храмовника. Тилани так и стоял. Поднял голову к потолочным балкам склада, чувствуя, как нагревается его кольчуга от остаточных огней сгоревшего леса. Как странно чист воздух - пока, пока еще щит держится. Каким родным уже кажется это объятие. Будто он только за ним и шел сюда, в логово кунари. Ладони сомкнулись на кажущихся такими беззащитными лопатках эльфа. - Я тоже рад, - негромко откликнулся, закрывая глаза, сжимая губы при мысли, что было бы, если бы у Риса не вышло. - Что не остался на "Инфанте". Рис оторвался от металла, который отпечатался на лбу ровными колечками, поднял голову и дотянулся губами до бороды. Без этого касания уже так сложно оставаться долго. Хотел подвинуться к губам. Но вспомнил - наверное, слишком горячо ещё. Что за удовольствие прикладываться к раскалённой печке. Потёрся носом о бархатную щетину на щеке и снова уткнулся лбом в кольчугу. - Я думал ты не сдержишься. Совсем не хочется? Он отвлекся от немого общения с потолком, заморгал непонимающе, о чем это Рис. Хочется? Много что могло бы хотеться... И тут он вспомнил, где они. Посреди склада, всё еще заставленного ящиками лириума. Лучше бы не вспоминал. Черты лица вновь напряглись. - Хочется, - коротко кивнул. Сильней прижал, словно бы пытался занять руки дорогим ему эльфом, чтобы не потянуться снова к лириуму. - Боялся, что не выдержу, угу. Но я не за этим с тобой шел, чтобы потерять тебя сейчас из-за... Он вздохнул. И теперь уже жалобно покосился на содержимое склада. - Я вот подумал... - секунды борьбы с собой. - Раз всё равно его демон сожрет... Может не страшно? - Нет смысла, - светлая взлохмаченная голова отдёрнулась назад, а зелень глаз уставилась на Аврелия. - Он всё сожрёт. А тебя в отместку заставит мучиться. Та же ломка. Только хуже. Он будет мстить. Вроде как ты его еду забираешь. Он же всегда голодный. Не надо... Руки обхватили шею храмовника, а губы всё-таки коснулись губ. Он быстро остывал. - Нам нужно уходить отсюда, - зарылся носом в мягкую щетину, замер и снова повторил: - Как-то надо уходить. Нельзя тебе здесь оставаться. Сейчас... что-нибудь придумаю... Рука переползает на затылок, пальцы путаются в коротких волосках, ложатся на висок. Он не отпустит. - Можно попробовать охлаждать "конусом" путь впереди... но вот дышать там пока нечем... сейчас я что-нибудь придумаю. Ты только не думай о лириуме. Думай... обо мне думай. Об "Инфанте". О девушке... У тебя была девушка, мессир Тилани? Сейчас он не помнит. Девушку. Память капризно ускользает. Странный амулет, браслет сестры на память... - Была. Об "Инфанте" он не может не думать, но "Инфанта" осталась там, в море, якорный канат обрублен. А здесь... Здесь искушения, грозящие обернуться страданием и новой встречей с демоном. Губы возвращаются к губам. Сейчас между искушением и храмовником стоит только он - тевинтерский маг, излучающий остатки огненной стихии. Он осязаемей тех мерцающих синим флаконов в тени склада. Волосы пахнут лириумом. Этот запах исходит сейчас отовсюду. Но еще неуловимая, необъяснимая грейпфрутовая нота. За нее ухватиться, как за спасительную нить. Нет ничего более надежного, чем эта связь ривейнского склада с банями в Риалто. - Рис... не уходи, - как будто тот собрался срочно ускользнуть. - Не... Новый поцелуй. И мир вокруг отступает куда-то за поле ощущений. - Я здесь, - обе руки ерошат волос на стриженом затылке. Он тянется к нему. Целует вновь и вновь. Так часто чтоб забыл про всё. - Немного времени... нам надо... - шепчет, размыкая долгий поцелуй и понимая, что сию минуту они не смогут покинуть склад. - Нам надо подождать. Немного. С пол часа. Ветер развеет дым и смрад... Совсем немного. Иди сюда... Он тянет вверх кольчугу: - Снимай... о, Бооооже, как я давно хотел её с тебя снять... И снова поцелуй. Куда -то в шею, в челюсть, в губы. - Ты знаешь... мне снилось... или наяву. Я представлял. Храмовничий комплект. Полный доспех. Как я снимаю всё с тебя... не торопясь... начиная со шлема... а ты... Крепость души его была разрушена за эти полчаса. И сейчас эльфу было бы лучше так и оставить его валяться в углу разоренного лириумного хранилища. В этом была бы логика. Красавчик, не позволяя насытиться, вынудил бы его в конце концов пожрать весь имеющийся лириум, а после Андрасте подарила бы ему милосердно безумие или смерть. Тело шевельнулось. Во всем этом кошмарном исходе был один скромный плюс: Тилани стал соображать лучше. Не только для того, чтобы картина его деяния предстала перед ним во всей своей непростительности, но и для того, чтобы осознать, что паршивый или нет, а спутник Рису сейчас нужен. Ведь это еще не конец. Он обещал вывести его через горы. В столбе света из подпотолочного окна заискрились первые частицы пепла. Щит ослабевал. Он приподнялся. Посеревший не из-за пепла. Молча оделся, опоясался и поднял оружие. Пару раз взглянул на эльфа и не смог удержать взгляда. И покорно стал ждать, когда Рис скажет, что им можно отправляться в дорогу. Мысль - прихватить с собой запас серебристых флаконов, Рис отмёл сразу, как только заглянул на миг в потухшие глаза храмовника. Пожалуй, довольно испытаний. Ему. И мне. Оделся не слишком быстро. На обезболивающем заклинании сосредоточиться так и не смог. Пришлось терпеть и бороться со штанами и каждым сапогом в отдельности. Но победил. Хотел присесть, передохнуть минуту. Но вспомнил, что сидеть теперь получится не скоро. Приткнулся плечом к столбу деревянной сваи, прикрыл глаза и перевёл сбившееся дыхание. Сейчас, ещё немного. Аврелий кажется замёрз и умер прямо стоя. Его фигура возвышалась безмолвно и статично. Успокоился. Уже не плохо. Сейчас Рис постарался видеть в нём лишь пациента. Так было проще. И боль физическая не усугублялась болью душевной. - Не думай об этом, - обратился к замершему капеллану. - Это моя вина. Я не учёл. И затолкал тебя сюда. Непростительная ошибка. И... - усталый вздох, он оглянулся на лириумные залежи, - не последняя. Сейчас... сосредоточусь. Надо сжечь здесь всё. Но слова заклятья путались, а руки всё ещё дрожали. Чары сорвались в который раз. - Fasta vass... - вымученно выдохнул маг, поглядывая на масляный фонарь. - Помоги мне. Давай, подожжём эту ядовитую халупу. Тилани и не думал. Ни о чем. Ни о будущем, ни о прошлом. Даже не думал о серебристых флаконах. Ну сделанного-то было не исправить, так что раскаяний его тоже никому было не надо. Отмер. Взял фонарь и сосредоточенно поджег в нескольких местах деревянные ящики. Хрипло позвал: — Пошли, пока не рвануло. И зачем кунари столько лириума? Удивительно, но посреди пепелища, где они оказались, пепелище его собственного мозга вдруг посетил этот вопрос. — Набрось мой плащ и голову обмотай, — это было не предложение, а указание, за которым не ожидалось возражений. Сам Аврелий использовал для укрытия свою рубаху, предусмотрительно не надев ее под кольчугу. Идти предстояло долго. А каждый шаг поднимал в воздух облачко еще теплого пепла. Эльф не спорил. Взял плащ, накинул на плечи, замер на несколько секунд от боли, перетерпел и скрылся под полой, оставив щелку для глаз. - Пошли. Надеюсь рюкзаки наши уцелели. Я их под пригорком бросил. Как только дверь открылась, внутри заполыхало с новой силой. Безудержное пламя пожирало песок и лириумную пыль, лопались флаконы, трещала древесина. Рис больше не оглядывался. Он чувствовал знакомую стихию за спиной. Пламя крепло и через минуту его уже никто не сдержит. Сгоревший остов склада органично впишется в картину общего многокилометрового пепелища.

"Инфанта" - Нуу, если ты желаешь романтики, то могу и со штормтрапа в свете луны, - лукаво улыбнулся квартмейстер, прикидывая что оставить из одежды на этом совершенном орлесианском теле. - Ммм... надень передник. Этот, - Хес кивнул на новый белоснежный предмет гардероба судового кока, - кроме "ничего". Хочу тебя нарисовать... - он прислонился плечом к плечу и прошептал: - Пока ты изнываешь от желания. Вот только художник не учёл своих желаний и сколько штрихов карандаша он сделает, пока не соблазнится сам натурщиком. В переднике. Одном.

"Инфанта" Еще один тихий смешок. И ты сомневаешься? Только позови. - Наверно, будет справедливо получить саблей за то, что краду у капитана Хирола лучшего квартмейстера Амарантайна. - Саблей вряд ли, - ладонь крепко сжала ладонь в благодарность, - скорее кулаком в зубы. И в первую очередь мне. Но даже потерю зубов я переживу, ради нашего будущего. Хотя уже и не буду таким обаятельным, - Хес с улыбкой вздохнул, принимая, как должное возможный хирольский гнев. - Солнышко, - вдруг, он решил оставить решение грядущих проблем на потом, - я сегодня у тебя на камбузе заночую? А дон Окорок пусть на моём месте поспит. Раз уж я пока за капитана, могу я переночевать, где засижусь до полуночи. Ты не против? - чёрные глаза, обращённые к коку, были полны самых "загадочных" намерений.

"Инфанта" - Это хорошая мысль, Мати, - Хес хватался за любой способ хоть как-то оправдаться перед Хиролом и смягчить свой уход. - И... ты же пойдёшь со мной к нему? - он снова с надеждой взглянул на любимого. Х

"Инфанта" - Ммм... Надо подумать, я не готов принять всё бремя славы на себя, - тон Хеса был не лишён иронии. - К тому же, как-то... как-то слишком претенциозно. "Золото Гарсии". Нет. Это в корне противоречит моей основной благодетели - скромности. А может... "У квартирмейстера и кока"? "2К"? "К+К"? А может, просто. "Дельфин". "Морская свинья". Такая как под бушпритом "Инфанты". Он рассмеялся. Столько планов. Столько нужно сделать. Начать и кончить. - Подумаем ещё, - отставил он споры о названиях будущей недвижимости. - Меня сейчас беспокоит другое. Как сказать Барту о нашем уходе. Он потерял капеллана. Теперь ещё квартмейстера и кока. Не последние люди в команде. Я даже не знаю с чего начать с ним говорить.

"Инфанта" - Нет, хватит "Мертвецов", - Хес был категоричен. Что-то в квартмейстере сломалось за два поочерёдных предсмертных опыта и тяга к дерзости и авантюрам поугасла. - Давай без них. Без эпатажа. Тепло и по-семейному уютно. Пусть не оригинально. Но мне нравится "У Матиаса".

"Инфанта" - Может, назовем "Инфанта"? Он знал, что Матиас его поддержит, но чтобы согласился начать всё с ноля, практически на пустом месте, тут нужна не только смелость, но и слепая вера в того с кем начинаешь новый путь. Хес не сдержался. Поцеловал при всех. В висок и щёку. Со счастливой улыбкой и с затаённой грустью от расставания с таким знакомым ему миром морей и кораблей, запрокинул голову и посмотрел на чёрный парус, на символично подобранный на рее грота. - Наверное, "Инфанту" должно делать из тёмных сортов, - он неуверенное дёрнул плечом. - Но наше будет белым. Золотистым. И солнечным. А как мы назовём таверну? - оживился он, вернувшись к серо-голубым глазам.

"Инфанта" По тонким губам скользнула мимолётная улыбка и спряталась за кончиками усов. Тёплые пальцы коснулись подбородка Матиаса и накрыли его ладонь. - Знаешь, десять лет назад, когда мы встретились с Бартоломью, я не думал чем в итоге закончится моя карьера пирата, - сказал Хес, возвращаясь взглядом к далёкому берегу. - Пять лет назад я начал понимать, что этот день когда-нибудь настанет. А пол года назад мы с тобой обрели друг друга. Он замолчал. И снова улыбнулся. Чуть заметно коснулся лбом родного виска. - И я пришёл в ужас от осознания того, что бы случилось, если бы убили тебя. Что бы я делал тогда... - лихорадочный тяжёлый вздох прервал вопрос. Слова застряли где-то в горле под комом удушливых сомнений. - И я подумал. Вернусь ли я через год к мысли об окончании пиратской карьеры? Нет, не вернусь. Потому что об этом я думаю уже сейчас. Я не хочу тебя терять, Мати. Ни со своей смертью, ни с твоей. Я предпочитаю "и жили они долго и счастливо". Потому что когда-то я оставлю море. Я не Барт, я не герой, я не останусь с тонущей "Инфантой". Так почему бы не уйти сегодня. Хес с облегченьем выдохнул. Ну вот сказал. И полегчало. Решение далось ему не просто. - А ещё я думал о собственном аппелласьоне вердехо на северо-востоке Лломерина. Пусть не "Аша Компана", но... мы бы могли придумать собственное название вину. Построить таверну с другим названием, где свинина под карамельно-апельсиновым соусом будет фирменным блюдом. А если попробовать восстановить информационные каналы Огюстина Брука, мы могли бы создать шпионскую сеть для "Армады". Как ты думаешь, могли бы мы всё это сделать... вместе? - чёрные глаза с надеждой устремились к глазам напротив, серо-голубым и любящим.

Рино - Так я тоже не знала, чей он сын. Оборванец и оборванец, младше меня, а болтал как по-писаному. Предлагал обнести городскую резиденцию местного графа. Оказалось, папаше своему насолить хотел. Так что, - сделала она неожиданный вывод, даже глаза округлила, - я не знаю. Может и часто. На лбу-то у них не написано! - Так нормальный пацан-то был, - рассудил пыльник и усмехнувшись добавил, - Я бы своего отца тоже обнёс, было бы чего обносить. Он перевернул панцири и спросил у дочери капитановой, ибо кому как ни ей знать планы отца: - После того, как клад найдём, куда идти собираетесь?

Рино Да как-то подозрительно он на меня смотрит. Подумал Рино, но вида не подал. Потом распополамит по самые полупопицы за просто так. За то что мы купались. - И часто тебе отстреливать приходится сыночков графьёв? - поинтересовался Рино, закидывая на угли следующую порцию мокриц.

Рино К её приходу он расковырял все десять. Мяса получилось немного, но выглядело оно аппетитно. И пахло, как ни странно, мясом. И может быть чуть-чуть рыбой. Пыльник взял из рук Колетты баночку и рассыпал кристаллики соли на еду. Взял кусочек и сунул себе в рот. С довольным видом пожевал, проглотил и потянулся за следующим куском. - Ешь, а то ничего тебе не достанется. Можешь и отца угостить, - предложил Рино, пытаясь реабилитироваться в глазах родителя за несанкционированный увод дочери во тьму пещеры.

Рино Она с гордостью посмотрела на панцирные трофеи. - А долго они жарятся? - Нет, - ответил Рино, поглядывая на Дага так, словно он уже лишил чести его единственную дочь. Отдать капитану бешенных должное на абордажника с Инфанты он смотрел именно с тем выражением лица, от которого волосы на голове пошевеливались. - Быстро. У них же панцири тонкие, а мясо нежное, - объяснил бывший орзаммарец, - Пять минут и готово. Только расковыривай, соли и ешь. Он разгрёб палкой горячие угли в костре и разложил в ряд десяток тушек. Ровно через пять минут, отпихнул их в сторону и заменил другими. - Тащи соль, я тебе щас почищу. Подхватив с камня один панцирь пыльник ловко вскрыл хитин и вытащил кусочек мяса с хвоста мокрицы. Сорвал широкий лист с бананового куста и разложил на нём, как на тарелке, глубинный деликатес.

Рино - Пошли, - согласился он, подхватил добычу и пошагал к расселине. Обратный путь занял меньше времени, нежели их продвижение наощупь к пещерному озеру. Он так и не рискнул даже намекнуть на свои симпатии к ней и предложить познакомиться поближе. А ведь хотел. Слишком уж она была чиста и неопытна для того, кто с тринадцати лет познал все неприглядные стороны хартийской жизни. Добыча была сложена около костра в аккуратную кучку, а охотник, встряхнув рубашку, решил вернуть её на своё могучее тело.

"Инфанта" Локтя квартмейстера коснулась ладонь. Знакомое касание, знакомый голос: - Что ты там высматриваешь? На фальшборт прислонился кок. Он-то был счастлив и безмятежен. Корабль достиг цели, скоро они поворотят назад, подальше от опасного берега. А Хесус... Хесус отделался недолгим пребыванием в постели. - Знаешь, нам все-таки не помешал бы маг целителем. С нашей беспокойной жизнью. То ли хмыкнул, то ли с тихим смешком поглядел на свой свежий передник поверх белоснежной рубахи. Ладонь накрывает ладонь. Он сжимает тёплые пальцы, гладит с нежностью, ласкает каждый. - Да, не помешал бы, - соглашается безропотно и улыбается. – Матиас… я тут стою и думаю… О тех словах, что сказал мне этот тевинтерский мальчик. И… Хес был взволнован. И капля страха затаилась где-то в глубине его чёрных глаз. - Знаешь, я не суеверный человек, но как-то последние события меня немного выбивают из колеи. Не хочешь, да задумаешься. Может, это походя брошенная фраза, и она ничего не значит, но что-то запало мне в душу. Не пойму, почему. А, вдруг, в этом действительно что-то есть… Хес внезапно прервался и замолчал. С тревогой глянул на берег, помотал головой, растерянно улыбнулся, глядя любимому в глаза: - Может, третьего раза и впрямь не будет?

Рино - Н-н-не п-п-простужусь! - возмутилась она. - Да ты синяя вся! - возмутился пыльник, оценивая побелевшие губы и скукожившуюся до совсем скромных размеров грудь нимфы. - Одевайся, давай. Чего ты там ныряла так долго? Нашла чего? Половина снятого гардероба была уже на гноме, осталась бригантина, да портупея. Он присел чтоб увязать рубашку с добычей.

Хирол Светловолосая головка сосредоточенно склоняется к другому плечу. Беззвучно рассмеяться и приложить палец к губам. Цепкий взгляд тёмной морской зелени подозрительно провожает женскую ладошку. Ей разрешается коснуться. Наверное, так приручают опасного хищника. Шаг за шагом. Терпеливо. За словом касание, за касание поглаживание... Смотрите, как бы вашу ручку по локоть не откусили, сеньорита. -Вы умеете танцевать,капитан Хирол? Слишком большая цена за кружку кофе, дамочка. Он грубо перехватывает её запястье и заставляет ладонью сжать кружку и забрать. - Нет, - звучит холодный голос. А капитан, откинувшись на камень, вновь закрывает глаза.

Хирол Первым движением спросонья "очень-красивого-мужчины-капитана", было движение руки в сторону эфеса абордажной сабли. Уже наполовину молниеносно вынутый клинок, не торопясь вернулся в ножны. И почему мы с вами встречаемся, сеньорита, исключительно с клинком у горла. И исключительно у вашего. Он усмехнулся. Посмотрел на кофе в её руке. На близкие глаза того же цвета. Как много магов нынче вокруг. И никуда от них не деться. Придётся принять, как неизбежность. После того, как отпустил одного из лучших своих людей с имперским чароплётом. Молча взял кружку, не отрываясь от тёмных глаз. Таких же соблазнительных, как антиванский горячий шоколад. Отпил глоток... Что-то ещё хотели, сеньорита? Если - нет, я вас не держу.

Рино Есть ли зрелище более занимательное, чем плавающий гном? А два плавающих гнома? Два шарика на ножках, не грациозно барахтающихся в прозрачной воде. Не человеческой элегантности, не тем более эльфийской утончённости. И всё дело всего-то в нескольких десятках сантиметров. И вот уже не два стройных дельфина, а парочка упитанных тюленей резвится в пещерном озере. Он бы и хотел поплавать дольше в её-то обществе, но к горлу подтянулись не только причиндалы, но даже пятки. Уже через три минуты зубы отбивали барабанную дробь, а мурашки по спине бегали что те огромные мокрицы. Клеймёный выскочил на берег быстрее, чем вскочил купаться. С усов и бороды текло, а тело сводило лёгкой судорогой. - Вылазь давай, - крикнул он пловчихе. - Простудишься ещё. Колетта, слышишь? - крикнул он громче, подозревая что его не слышат. - Вылазь, а то сопли потекут.

Рино Уточнение было принято к сведению и истолковано сообразно девичьим пожеланиям. - Понял, - клеймёный улыбнулся. - Значит, "купаться". И мне на тебя лучше не смотреть, коли так. Он отвернулся. Быстро скинул всю одежду и с разбегу занырнул в прозрачную синь. Выскочил из под воды где-то уже на середине с торжествующим криком, отдавшимся гулким эхом по всей пещере: - Ух ты! Свежо-то как!

Хирол Оглядывается по сторонам. Может капитан Хирол и капитан Даг тоже будут не против кофе? Капитан Хирол, по-прежнему с глубоким отвращением поглядывающий на всё зелёное, пристроился у нагретого за день камня и задремал. Миледи Амелл, конечно, могла рискнуть предложить ему кофе, но стоило ли вновь испытывать судьбу? Хотя, кто ей может запретить. "Инфанта", Хес Как и пророчил ушастый целитель, квартмейстер "Инфанты" очнулся только к вечеру. Безропотно подчинившись дону Розарио на предмет осмотра и принятия ещё одной дозы антидота, Хес выбрался на верхнюю палубу и с удовольствием подставил лицо ночному бризу. Здесь же он узнал последние новости и что сейчас он, квартмейстер, исполняет обязанности капитана брига. Дон Гарсия стоял навалившись на фальшборт и рассматривал далёкий берег. В голове то и дело возникали странные мысли, которые ещё три дня назад не имели права на существование. "Третьего раза может не быть", - вспоминались слова тевинтерского мага. Внимательного и доброго мальчишки, дважды вернувшего его к жизни. Назойливая фраза возвращалась вновь и вновь, и непоправимо ломала устоявшийся образ жизни опального графа и пирата.

Рино - Так ты это... - он вылез из сапог и взялся за пряжку ремня, - в одежде хочешь купаться? И купаться, и стираться? Сушиться долго потом. Да и переодеть нечего. А в мокром спать не хочется. Он окинул её крепкую фигурку, где только намечались будущие прелести гномьих дородных девушек, и немного растеряно произнёс: - Или будем... вместе. Совсем это... раздетые? Ты не против, да?

Рино - Давай еще! - подскочила она на ноги. - Даю! - охотник выковыривал из под плоских камней очередных смертников и бросал охотнице. За пол часа они поймали около пяти десятков, а пыльник перевернул все камни, годящиеся для укрытия членистоногих. - Ну, кажется всё, больше нет, - сообщил он Колетте, заглядывая под камень поменьше. - Мелочь осталась. Пускай растёт. Вернувшись к девчонке, он осмотрел свои руки по локоть в грязи, обернулся на голубую гладь холодного озера. - Помыться бы. Не хочешь? Здесь пресная вода. И много. Правда, холодная. Но чистая. Я пожалуй, ополоснусь. Когда ещё доведётся помыться. Он отошёл немного в тень и принялся стягивать сапоги. - Давай, ты с той стороны, а я с этой, - предложил подельнице, - Или... или можем это... - он засмущался, но всё же сказал, - вместе можем. Если хочешь.

Рино - Мам каз баш тиби*! - невольно выругался пыльник, потирая прибитый через кожу сапога палец о собственную голень. Глянул сверху вниз на виноватые глазёнки убийцы мокриц и прыснул в кулак. - Нормально. У меня на ногах десять пальцев же. Подумаешь один отвалится. Щас. Он снял портупею, клёпанную бригантину, стянул рубашку и бросил на камни. - Сюда кидай дохлых, - распорядился добытчик и поспешил к рядом лежащему валуну. - Лови! - через несколько секунд перед Колеттой шлёпнулись три жирные мокрицы и тут же попытались сбежать. ------------------------------------------------ *моя очень большая .опа (дварв.)

Рино - Где усики, - просветил знаток разделки тушек мокриц. - Можно даже просто обухом топора по голове бить, не отрубая, чтобы не пачкаться. Давай я тебе их сюда буду кидать, а ты оглушать. Сможешь? - он опустил мокриц на камни, придавил сапогами и подал будущей капитанше один их своих топоров. - Держи. Попробуй. Только не по моей ноге! - заржал пыльник.