FOX69

"Инфанта" Бессонница старого боцмана подняла команду брига за три часа до отплытия. Дон Диего решил провести внеочередную уборку перед выходом в море, перепроверить наличие запасного рангоута, целостность парусов и укладку такелажа. Его зычные крики с раннего утра перемежались ворчанием и проклятьями на головы нерадивых матросов. Те же в свою очередь бурчали на озверевшего боцмана, но прибавляли в резвости под градом нелестных эпитетов. - Что за суета? - только что проснувшийся капитан выполз на мостик и, жмурясь под яркими лучами рассветного солнца, наблюдал перемещения четвёртой части своей команды меж палубами. - Дон Диего решил провести внеочередную уборку и учёт, - ответил мсье де Пре, стоя у балюстрады мостика с большой кружкой фруктового чая. - А, - Барт принял к сведению доклад первого помощника. - Не спится ему. - Старея мы меняемся, - в подтверждение слов капитана де Пре качнул головой и отпил из кружки. По палубе пробежал Билли с увесистым эзельгофтом на спине. А вслед за ним ещё пять плотников со стеньгами, подгоняемых окриком: "Быстрей! Креветки беременные! Каракатицы двуногие! Шевелись!" - Мда, - согласился с первым помощником капитан и дабы не мешаться бурной деятельности боцмана спустился на камбуз за горячей водой. Решив всё же побриться перед отплытием, чтобы не нарушать традиции в пути. - Сеньор Брук! Сеньор Окорок! Плесните воды горячей. После вчерашней вспышки гнева Хирол окончательно смирился с решением Торнадо относительно присутствия мага в экспедиции, стараясь попросту не замечать четвёртый корабль.

Где-то на просторах амарантайнского мейна Nehraa aqun ebra kata Arvaarad! - Ты опять не использовал своё herah hissra, imekari? Почему? Ты должен рассказать мне. Тебе не нравится выделенный объект? На присевшую напротив серокожую гигантку посмотрели два глаза цвета яркой весенней зелени. Покорность и усталость во взгляде виддатори что-то скрывали, и она никак не могла понять что. Она работала не один год с такими, как он, и находила подход ко многим. Kabethari из её групп редко становились viddath-bas. Но этот imekari – так она называла всех своих воспитанников – отличался от других. Было в нём что-то сокрытое от её внутреннего взора. То, что обманывало её многолетний опыт и заставляло сомневаться. Недавно обращённый viddatori был покорен и казалось не проявлял интереса к новой жизни. Он аккуратно выполнял требования, внимательно слушал, подчинялся без лишних вопросов, быстро осваивал кунлат и мог цитировать отдельные песни из трактата Ашкаари Кослуна. Для виддатори он был слишком хорош, и это её настораживало. К тому же, время от времени он отказывался от межвидового контакта, который она называла «herah hissra», что значит «время иллюзий», время бессмысленных стремлений тела под действием инстинкта размножения. Виддатори позволяли размножаться, но только с разрешения Тамассран. - Почему? –повторила она вопрос. - Я… не могу, - его голос предательски дрогнул. - Что-то гнетёт тебя? Расскажи, - она опустилась рядом на колени, а он начал говорить. О магистре, который купил его в одиннадцать лет, о жизни в его доме, о домогательствах и экспериментах крови, о хороших и злых господах, о той боли, которую он испытал и хозяйских рабах, которые его ненавидели. Она долго молчала, вглядываясь в его глаза, словно пыталась уличить во лжи, но он говорил правду. Или многое из того, что он говорил было правдой. Она ощущала притворство на вкус. Сладкая патока и маслянистый паслён – редкое сочетание, вызывающее тошноту и недоверие. Но он не врал. И горечь правды растекалась на её языке обжигающим имбирным коктейлем. - Тебе тяжело, - наконец, сказала она голосом лишённым эмоций. – Но память слаба, а время беспощадно. Оно сотрёт твою боль. И чтобы помочь ему в этом, ты должен принять свою нынешнюю суть. Ты забудешь и станешь свободен. Как все. Мы - кунари. Поэтому, я дам тебе время. Но когда я скажу, ты используешь дарованную тебе возможность. Хорошо? - Да, Тама, - он склонил голову и опустил глаза. - Через три дня, - она поднялась, чётко обозначив промежуток, за который по её разумению этот виддатори должен забыть своё никчемное прошлое. «Три дня, - машинально повторил он про себя, слова лишённые смысла. Посмотрел вслед покачивающимся широким бёрдам косситки и прислушался к своим ощущениям. Связь с кристаллом, закреплённым под планширом на полубаке, он ощущал сейчас особенно остро. – Menavaris festus landem, shutta».

"Инфанта" На палубе отбили вторую склянку "собаки". Гном прислушался и согласно кивнул, соглашаясь с человеком. - Ладно, пойду я, - он спрыгнул с мешка, - Любимый гамак ждёт. Ты извини, если прервал тебя. Ещё раз посмотрел на высоченного храмовника, вспомнил насколько всё было проще в Доме на Утёсе, когда он был мячом, а падре конём, усмехнулся в чёрные усы и потопал наверх в кубрик. Х

"Инфанта" - Ну... - затормозился Рино, так и не вняв намёкам святого отца. - Я думаю... как-то ведь существует Тевитер столько веков, - выдал он крамольную мысль. - И не рухнул, и демонами не заполонился. А наоборот, в древности весь континент покорил. Так вот я и думаю, а может это Церковь-то не права, а?

"Инфанта" Бывший орзаммарский пыльник слушал о такой далёкой и непонятной ему жизни, затаив дыхание. В свои двадцать он много чего знал о магах. Об их одержимости и преследовании церковью, о Кругах-тюрьмах и ужасном Тевинтере, но представить корабль полный беглых отступников и человека, который может ими управлять ему не хватало ни знаний, ни фантазии. Глаза прозрачного хрусталя с глубоким уважением уставились на капеллана. - Ну ты силён, падре, - прозвучало неподдельное восхищение. Рино выдержал паузу, достаточную для осмысления прошлого тевинтерского храмовника и, размышляя, вслух произнёс: - Так по сути, те маги одну клетку на другую меняют, - сделал он вывод. - Только пошире. И Хирол-то наш прав тогда - что ненавидит так всё магическое. Наверное, есть у него причины на то.

"Инфанта" - Так у него в команде маги выходит. Хм... а что ж они не сместят его, раз он такой до братвы несправедливый? Тем более жизни их для него медяк. В этих широтах капитанов быстро снимают, если команда против. Количеством голосов решают. Или по "доске", или на пустой остров. Или в матросы. На Лломерине, на Иствоче такой закон. До сих пор вон перед отплытием команда капитану "добро" даёт и подчиняться обязуется. А ты значит храмовником на том корабле был? И магов поди убивать приходилось?

"Инфанта" - Этот корабль принадлежал Кортезе, тому, под флагами которого я ходил до Лломерина, - поделился он открытием, сделанным на острове. - Не знаю, может, потому и не спится. Жалко, если пропал он. Вроде ушел я без сожалений, а все ж... Сегодня на острове искал следы хоть какие. Да все там искали. Ничего. Он вздохнул. - А тебя разбудил, чтоль? Или... вахта? - Та не, - мотнул головой Рино. - На "Хельгу" мотался к Дагу Бешенному. По поручению капитана нашего. Грамоту каперскую вручал. А чего, хороший мужик этот Кортеза был? Лучше Хирола? Хотя, как сегодня, так лучше к Хиролу-то не попадать под руку. Злой, как тыща демонов. Братва говорит, что де разозлился он на то, что капитанша "Проказницы" магичкой оказалась. И как узнал только, хрен его знает.

"Инфанта" - А, ну это да, - охотно согласился капеллан, задумчиво кивая. Но как же... - Но как же тогда ты определишь, что грешно, а что нет? Погода-ка... "Она"? У дварва камень что ж, э... женщ... "Она"? - Ну да, - подтвердил коренной орзаммарец, как само собой разумеющееся. - Кнурл. Камень. Скала. Это люди Камень в мужском роде воспринимают. Дварва - нет. Рино поёрзал на мешке, поудобнее подминая содержимое: - Да мне-то вообще на всякое "грешно" плевать, раз я не верю. А вот если я с тобой рядом молиться начну, так подставлю тебя выходит, своим неверием. Перед Андрасте-то. А тебе я меньше всего навредить хочу.

"Инфанта" - Тоже не спится, - констатировал капеллан, сел уже на пол поудобней, скрестил на согнутом колене руки. - Да вот и мне. Андрасте не дает. Песнь Света возношу. Присоединишься? Вопрос был задан со свойстаенной святому отцу манерой задавать вопросы, ответы на которые он и сам прекрасно знал. - Смеёшься чтоль? - Рино уселся на какой-то мешок, за что тут же бы получил от коков по шее будь они рядом, и присмотрелся в потёмках к лириумным радужкам падре. - Я на Камень-то никогда не надеялся и ничего у неё не просил. Ибо даже после смерти пыльник к ней отойти не может. А уж Андрасте... не, не верю я в её защиту и помощь. Так чего тогда воздух молитвой сотрясать. У клеймёных богов нет. А лицемерить за компанию грешно, наверное.

"Инфанта" В трюме раздавалось тихое пение. Святому отцу опять не спалось. Едва сомкнешь веки, как встает пред тобой грозная и прекрасная Спасительница и затягивает свою песнь. Так что невольно подскакиваешь, словно тебя пнул кто-то в спину. И сна ни в одном глазу. Клин клином, — подумал храмовник и отправился в уединение с бочками и солониной возносить хвалы неугомонному божеству. Он возвращался уже после того, как отчалила от борта "Инфанты" беспечно-смелая донна Амелл. Спустился на жилую палубу и услышал тихие звуки - то ли кот мурчит, то ли сеньор Пипо курлычет. Источник неясных звуков нашёлся меж коробом с ямсом и бочкой с солониной. - Эй... Аврелий? - Рино узнал святого отца по знакомым обводам могучего тела. - Ты чего тут? Батат перебираешь? Провинился чтоль? - хохотнул гном.

"Инфанта" -Ох,Создатель-на лице Элианы промелькнуло огорчение,а плечи опустились.-Получается,я и вовсе зря побеспокоила Вас столь поздно.Там,на "Проказнице",я почему-то решила что лидером экспедиции будет капитан Хирол. Он так уверенно говорил о тактике и выдвигал планы...-она устремила взор в море,на покачивающуюся в иссиня-звездных водах изящную "Стрелу"капитана Торнадо.-Тогда мне нужно будет исправить свою ошибку,и утром заглянуть к капитану Керро. У него очень милая невеста,но вряд ли сейчас их стоит беспокоить. - Капитан Хирол всегда несколько категоричен в своих суждения, но это связано лишь с его уверенностью и богатым жизненным опытом старого моряка. И это не значит, что капитан Керро не может настоять на другом решении, - что видимо и случилось, когда вы бросили в лицо Барта своё признание, равносильное вызову. Каким-то образом Торнадо удалось предотвратить продолжение абордажа и вашу казнь. - Да, пожалуй, так вам и стоит поступить, донна Амелл, - улыбнулся Хес, передавая гостье судовой журнал. - Капитана Хирола я уведомлю о новой информации. И, - немного растерянно он оглянулся назад, - прошу меня простить, что не приглашаю вас, донна, на чашку чая. Час поздний и перед ранним выходом в море нам всем нужно выспаться, - а вам желательно на этом корабле не попасться на глаза капитана, ибо это будет встреча с непредсказуемым и опасным для вас финалом. - Но я надеюсь мы ещё не раз с вами встретимся и проведём много времени за приятной беседой. Дон Гарсия полупоклоном головы поставил точку в диалоге с гостьей, ненавязчиво указывая ей на выход от греха подальше.

"Инфанта" -Дон Гарсия-искренняя,теплая улыбка озарила ее лицо.-Прошу прощения за столь позднее вторжение.Я не отниму у Вас много времени.Это-судовой журнал "Тритона",корабля,разбившегося на Острове Переговоров.Его капитан занимался уничтожением кунари на восточной территории. Орлесианский дворянин...который зачем-то искал контакты с ферелденскими следопытами.Еще здесь есть данные о странном месте к северу отсюда-посреди моря доносятся звуки морского колокола.И о морских тварях...последнее -правда.-она нахмурилась и покачала головой.-С одной такой мы сражались,перед тем,как высадиться на остров.Некоторые записи зашифрованы-дешифровать их я не смогла.Возьмите-она протянула журнал дону Гарсии.-И я немедленно покину ваш корабль. Немного помолчала,потом еще раз улыбнулась-Спасибо Вам за все,дон Гарсия-в ее голосе звучала неподдельная теплота.-Я ценю то,что Вы для меня сделали.И передайте мою благодарность капитану Хиролу,за то,что удержал свою руку,и пощадил моих людей,хотя мог бы не делать этого. "Было бы за что меня благодарить, - с сочувственным вздохом и тёплой улыбкой подумал квартмейстер "Инфанты". - То, что сейчас ваша хорошенькая головка и всё, ещё более прекрасное, "остальное" не болтается на рее этого брига, заслуга исключительно происходящего в данную минуту чуда. И ваш покорный слуга внёс лишь самый минимальный вклад в укрощение бушующей стихии". Он внимательно рассмотрел записи капитана "Тритона", выслушал рассказ о тварях и обратился к гостье: - Донна Амелл, спора нет это безусловно ценная информация для любого капитана. И мы безмерно благодарны вам за доверие. Но почему вы решили отдать её нам? Целесообразнее передать журнал капитану Керро. Ибо он стоит во главе будущей экспедиции и решения о возможных тактических отступлениях принимать в первую очередь ему, поскольку мы идём в направлении указанных координат.

Инфанта -Я капитан "Проказницы" и я хочу поговорить с кем-то из командного состава!У меня есть судовой журнал разбившегося корабля!-прокричала Амелл в ответ.-Не надо-могу уплыть! - Щас передам, - сообщили поздней гостье и голова исчезла из поля зрения. На шкафуте двое, сидящие около бочки с кофейником, посмотрели друг на друга. В серо-зелёных глазах одного вспыхнул недобрый блеск, в чёрных глазах другого мелькнула досада и разочарование. Капитан Амелл намеренно играла с огнём. Или она совсем не знала Бартоломью Хирола. - Может это что-то важное? - осторожно предположил Хес. Взбудоражить Барта сейчас можно было любым словом, действием, намёком. После возвращения из долийского лагеря его ненависть к магам усилилась стократ и градус накала не меняла последние полгода. Жестоко казнённые саирабазы были тому подтверждением. И Хес не сомневался, что человека с магией в крови постигнет та же участь. Ответом на вопрос был щелчок портсигара и густое облако дыма. Капитан откинулся на бухту троса и скрылся в ночном мраке, который окружал пятно света от горящей на бочке свечи. - Барт?.. - Хес обратился к темноте. - Что? - Мы не будем её убивать? Давай, хотя бы выслушаем? Может, нужная информация. Молчание и дым. - Хорошо, - на свой страх и риск, со слабой надеждой, что при необходимости сможет обуздать гнев капитана, квартмейстер поднялся и пошагал к борту. Через несколько минут ожидания, гостье бросили штормтрап.

Инфанта Спустя какое-то время у борта брига прокричали: -Эй,на "Инфанте"!Гостей принимаете? - Поздно для гостей-то, - крикнул кто-то из вахтенных и из-за борта показалась чья-то лохматая голова. - Кто спрашивает и чего надо?

Рино - Ну, ладно. Пойду я. Домой. Встретимся ещё, - вслед капитану гость с тем же недоверием посмотрел в сторону лохматого любимца. - Atrast tunsha, - простился он с соплеменниками и людьми, подняв руку в прощальном жесте, и пошагал к борту.

Рино - А, ну понятно, - принял клеймёный познавательное из жизни живой наземной природы. - Я-то мало про таких сви.. э, кабанов знаю. А наги они не очень плавают и не долго. А как же он сосиску ест? - удивился бывший подземный житель. - Это же, вроде как, каннибализм. Или он не свиные сосиски ест?

Хельга Рино - Наг друг гнома, - не особо настаивая, заметил Рино. Причём, друг в основном в котелке. - Но на поверхности и кабан - друг, - тут же исправился он, сообразив, что его безобидные замечания были невпопад, ибо "лучший друг Фелиций" тут на особом положении и сидит вон по команде. - А плавать-то он умеет? Если, вдруг, за борт упадёт.

Хельга Рино - Да сочтёмся, не без этого, - согласился клеймёный и снова покосился на лохматого свина. - А он чего у вас не в трюме-то? Гадит же везде. Сбежал что ли, выгородку сломал? Здоровый. Всю команду накормить можно, - на глаз прикинул пыльник вес неприкосновенного запаса, не подозревая о его истинной духовной ценности для командования.

Хельга - "Здрасьте", говорит, - пояснили ему откуда-то из-за спины, после чего там действительно обнаружился гном с похожими татуировками, который и дернул крепления трапа, - Залезай, сальрока, - и добавил в темноту, - Кликните капитана, кто-нибудь. - Ага, - крякнул Рино, принимая штормтрам стриженной макушкой. Зацепился за перекладину и быстро вскарабкался наверх. - Дарова, - обрадовался он, увидев сородича, на которого, топчась в паре метров, подозрительно хрюкал кабанчик, - Ну чего там Хирол, выкипел? - И вам здравствовать, капитан Даг, - переваливаясь через борт увесистым колобком, ответствовал визитёр. Выпрямился, огладил плетёную бороду, зыркнул на кабанчика и предстал перед дружественным подразделением будущей эскадры Торнадо. - Ага, остыл. Дон Гарсия умеет с ним. Друзья они давние. А я это... - Рино вытащил из-за пазухи кожаный непромокаемый футляр и подал капитану "Хельги", - обещанное принёс. Каперская грамота за подписью самой Гортензии. Её Святейшества, ага. Так что теперь именем Орлесианской Империи вам много чего позволено. Всё спишется. Держите.

Инфанта => Хельга Рино Уже поздним вечером при свете народившейся луны и россыпи жемчужных звёзд к борту тевинтерского брига причалила знакомая даговой дочери шлюпка. Правда сидел в ней не недоношенный эльф, а самый настоящий гном. Бородатый, коренастый, коротконогий и излишне татуированный. Его хрустально-голубые глаза поднимали позднего визитёра для знающих сородичей до породистых членов кэлна, а густые чёрные татуировки тут же низвергали в прах Пыльного города. - Atrast 'vala, knurlagn*, - поприветствовал он сородичей курсирующих вдоль борта. - Я с "Инфанты" к капитану вашему. С посланием от нашего. Трап бросьте. ------------------------------------------------ * привет, мужики

"Инфанта", кафетерий верхней палубы Сидели долго, вспоминали много, до самой полуночи, пока не началась "собачья вахта".

Симлар - Ай, - отмахнулся расстроенный эльф. - Заскучаешь тут. Пусто всё, как в Андерфелсе. Ничё путного нет. Всякая шняга дешёвая. Видать кто-то уже пошерстил тут до нас. А может и не было ничего ценного, - уговаривал себя эльфинажник. - Да чего уж теперь. Поплыли, - и он взялся за весло.

Остов корабля, Симлар Если бы ушастый кирквольский эльфинажник знал насколько его трофеи отличались по ценности от трофеев найденных "малосольной селёдкой", он бы удавился от зависти и горя тут же на обломанном бушприте. Но он не знал и, распихав по карманам эльфийский корень и алхимические склянки, выбрался из заплесневелого нутра утопленника. Уселся на полуистлевший борт и вытянул на свет ещё одну находку. Размокший комок бумаги, с остатками печати. А вдруг, хоть тут ему повезёт. И это окажется карта клада. Но на развёрнутом листке, вынутом из конверта, чей-то уверенной рукой, красивым подчерком было выведено. Что такое "не везёт" и как с ним бороться - Симлар решил спросить у дона Фурло, который имел амулет на удачу. Письмо вместе с конвертом нашло своё последнее пристанище под корпусом затонувшего корабля, тихо опустившись на дно, унеся с собой всю боль расставания и предательства. Симлар не стал дёргать святого отца, наставляющего пузатую креветку на путь истинный и отправился в шлюпку, чтобы внимательнее рассмотреть пузырьки, вдруг, в них какое-то ценное вещество, которое можно продать, раз уж алхимиков на борту у них никогда не было. "Инфанта" На камбузе имелось всё, что требовалось для двух чашечек кофе, - капитану и квартмейстеру. И кок в придачу. С подносом и полотенцем. И печеньем из командных запасов. И бутылкой бренди. Всё равно же долго сидеть... Явился и быстро расставил приборы на бочке у борта. - Я еще нужен, капитан? Весь внимание. В уголках глаз таится улыбка. Поглощённого раздумьями Хирола вырвал в реальность вопрос кока. Он обернулся. От третьей сигары голова шла кругом. Осмотрел импровизированный стол, Хеса и Матиаса. - Спасибо, сеньор Брук, - поблагодарил старания кока. - Нет, не нужен. И... за бренди спасибо. Отдыхай, пока время есть. Квартмейстер, подпирающий борт, быстро переместился к чашке кофе и уселся на канатную бухту поближе к "столу". Основная опасность хирольского гнева миновала и можно было расслабиться. Он приподнял фарфоровую чашку и отсолютовал, подарив своему солнышку тёплую улыбку.

"Инфанта", на закате Его ссутуленную спину и ароматное облачко сизого дыма от хорошо знакомых ривейнских сигар, квартмейстер увидел и ощутил сразу, как только вышел на палубу из камбуза. Капитан прилип к борту в районе шкафута и казалось следил за работой абордажной команды. На самом деле – боролся с тяжёлыми последствиями своих давних комплексов. В воздухе витало напряжение. Оно ощущалось во всём. На лицах матросов, в необычайно строгом взгляде месье де Пре, притихшем на рее сеньоре Пипо, во вздыбленных вихрах Зоркого Рекса, в замершем такелаже и не скрипящем рангоуте. Капитан был не в духе. И это могло грозить самыми непредсказуемыми последствиями. То, что в обход кодекса Хирол мог не замечать обычно, сейчас, могло выползти наружу каким-либо взысканием или выговором с занесением. И по кодексу он был бы прав. Не каждый рискнёт подойти к разъярённому льву даже в клетке. И уж совсем единицы смогут в эту клетку войти. А щёлкнуть по носу хищника и не быть тот час сожранным, будет иметь шанс лишь один единственный и неповторимый. И таковой сейчас, лёгкой непринуждённой походкой, со свойственной только ему элегантностью герцинских аристократов, которую не смогли из него выбить без малого десять лет пиратской жизни, подходил к одичавшему лломеринскому зверю. Он встал рядом, касаясь плечом плеча, и навалился спиной и локтями на фальшборт. - А что такое, что такое… - на распев протянул Хес, задрав голову к полощущемуся на ветру марселю. – Какое небо голубое, - продолжил он в рифму свою импровизированную песнь, не желая принимать общий взволнованный настрой. Ответом было молчание, холодная сталь глаз и глубокая затяжка с последующим облаком дыма. - А что у нас случилось? – спросил Хес, словно интересовался у Матиаса меню на ужин. - Она магичка, - выдавил из себя злой капитан. - Кто? – не понял Хес. В пол оборота сменив своё положение в пространстве и став ближе к терзаниям капитана душой и телом. - Капитанша, - рыкнул Барт. - Бооже! – восхищение было искренним. А улыбка торжествующей. Длинные пальцы подкрутили тонкий ус и поправили шейный платок. – Сколь многих талантов дама. Сейчас должен был произойти взрыв. Лев вцепиться в глотку, а кулак Хирола отпечататься на холёной физиономии квартмейстера. Но этого не случилось. Случился уничижительный взгляд и отвращение написанное на обветренном капитанском лице. - И какова природа её магии? Она случайно не огненной стихии? – был задан следующий вопрос, бессовестно пренебрегая ранимыми чувствами и духовными скрепами. Злость перетекала в бешенство. На квартмейстера бросили испепеляющий взгляд. - У тебя с ней столько общего, Бартоломью, - Хес намеренно шёл по краю, в очередной раз ступая на тонкий лёд, за которым лежала пропасть разрыва их давней и самой крепкой дружбы, дружбы, которой Хью Фланаган дорожил с первого дня их встречи не меньше, чем Бартоламью Хирол. - Не испытывай судьбу, Хес, - сквозь зубы процедил Барт. На несколько минут дон Гарсия замолчал. Шоковая терапия с кровопусканием состоялась. Теперь пациенту требовалось наблюдение и помощь сиделки. - И что, мы всё ещё в экспедиции Торнадо? – спросил Хес, когда остаток сигары улетел за борт, и огоньком занялась новая. Молчание. На рее вскрикнул сеньор Пипо. Месье де Пре оттаял, а матросня потянулась на отдых. - Смею предположить, что «да». В противном случае мы бы отсюда уже летели, как в попу ужаленные. Эмиль! – окликнул квартмейстер нового юнгу. – Сбегай к сеньору Бруку, пусть нам с капитаном кофе сообразит. Да покрепче. С бренди и апельсиновым ликёром. Полагаю, сегодня мы долго не уснём. - Да, дон Гарсия, - подхватился мальчишка и в два прыжка уже был на камбузе. - У нас что, есть апельсиновый ликёр? – донеслось до Хеса. Пациент исцелялся на глазах и переключался на другие темы. - А ты думал у нас только бочки ромом есть? На камбузе… - Осторожней, Хес. Как бы сплетни доказательствами не обросли. - Не учи дедушку кашлять, дон Вирнен, - улыбнулся квартмейстер, наваливаясь на борт рядом с капитаном.

"Инфанта" Послушно держать компас при этом было особенно нелепо, словно бы чтение книжки не прошло впустую. Спустя минуту, следуя замыслу своего творца, компас мог бы задымиться и расплавиться, если бы попал в руки двух влюблённых одновременно и начал потакать курсу их желаний, но столь креативный способ порчи древней техники был предотвращён топотом ног на палубе. - Что-то происходит, - руки квартмейстера замерли на серебристой пряжке ремня своего сокровища. Он поднялся, - не слишком быстро, но и бдительности не теряя, ибо зависть отдельных членов команды не лучший попутчик в дальних рейдах, - оставляя несколько долгих секунд для поцелуя. - Если честно, я пока не знаю как всё это применить, солнышко, - улыбнулся Хес, бросив взгляд на вскрытый тайник. - Но я очень надеюсь на свой вечерний кофе, сеньор Брук. Он отступил на шаг, полупоклоном головы вновь возводя невидимую грань официальности, и вышел.