FOX69

Парк Убежища Ника шла уже довольно долго, никуда не сворачивая, по осенним листьям вдоль парковой дорожки. Горизонта видно не было, только вечная золотая осень вокруг. Кажется, здесь она уже была. Дерево знакомое. Впрочем, оно мало отличается от многих других. Ника остановилась, прикрыла глаза, сконцентрировалась, направляя свои мысли уже конкретному адресату: «Винсент, я хочу поговорить. В парке. Ты найдёшь». Он нашёл. И довольно быстро. Хотя, и не понимал - зачем. Нет ничего проще по знакомому желанному запаху, который перебивает все остальные и от которого приходится отстраняться, найти объект его хранящий. - Далеко ты ушла, - донеслось до Ники со спины. - А здешние горизонты, похоже, не достижимы. Охотник стоял поодаль, прижавшись к дереву плечом. От прежних ран и порванной одежды не осталось и следа, словно оборотни не развлекались недавно, калеча друг друга на поляне у террасы.

И опять ванная Мечты Что-то сегодня он сюда зачастил. Открыл двери. Закрыл. Общая слабость приткнула к стене спиной. Медленно начал стягивать порванную одежду. Мысли текут спокойно и в привычном направлении, к которому он давно привык. И, если уж что-то менять, то точно не сейчас. - Эй! - донеслось возмущённое откуда-то снизу. - Ты так и будешь стоять? Стриптизёр хренов! От неожиданности ликантроп вжался в стену и посмотрел туда, откуда исходили звуки. - Ты... к-кто вообще... такое? - за последние дни Винс привык уже ничему не удивляться, но выползшее из-под ванны "зелёное" сразило его наповал. - А где... Он не успел договорить. - Снимай одежду! Некогда мне тут! Привыкли на сиськи пялиться. Муженёк её на работу сегодня не пустил. - А почему? - растерянно, но всё же спросил Винс, продолжая раздеваться уже немного шустрей. - Приревновал! - Он же заяц... - заметил охотник и пожалел. - А что заяц ревновать не может?! - окрысилось зелёное. - Да я просто спросил, - оправдался завсегдатай ванной. - Давай сюда! - нечто выхватило из рук человека одежду и скрылось в тёмном углу. - Смену я ей задолжала. - А ты кто вообще? - любопытство Винса всё же не унималось. Он издалека посмотрел в угол. Никого. - Дух! - ответили ему эхом, прокатившимся под потолком. - Чей? - это точно последний вопрос, дал себе зарок испанец, заползая под душ. - Прачки! - Аа... - но был ещё один вопрос. - А что с тобой случалось? - Доска стиральная на меня упала, - гавкнуло в ответ и затихло, а на полке появился комплект новой одежды.

- Сам сможешь регенирировать или тебе прописать особо болючий укол ведьмачьего снадобья? - спросил уже у испанца, но в голосе не было шутливости. Пальто, он вспомнил, осталось в библиотеке. - Пошёл ты на хер, - по-дружески далеко отправили Лиама. Когда он выслушал душевные излияния Тэй, у него остался только один вопрос - а Рэн в исполнении Тэй такой же, эээ... ранимый и психически нестабильный? Кажется, халковатая Мэри-Энн ликантропу была ближе по охотничьему духу, чем этот фиалковый кот. Нет, он мог поддержать её в выпивке и душевной беседе, понять и принять. Но сегодняшняя жёсткая психотерапия была явно не для котёнка. Вместо иронии и дружеского взаимопонимания, весёлого валяния в грязи, крови и листьях, волк получил слёзы, сопли, обиды, жалобы и душевные стоны. Слишком. Для него. Много. Извините, девушки. Жилетка из меня так себе. Наконец-то, он поднялся. Раны затягивались, уже не мутило от кровопотери, только слабость мешала привычно быстро двигаться. - Занялись бы лучше донорством, раз крови лишней много, - она подняла потемневшие глаза на Тэй, создала в пустоте облачко жемчужно-золотого света, толкнула к ней, исцеляя раны. - Спасибо, Ника. Я подумаю о вашей рекомендации, - сказал Винс, цепляя недовольный взгляд медиума. А чего он хотел? Пара прикосновений, желание в глазах, дрожь тела. Всего лишь химия. Уж кому как не охотнику об этом не знать. Да, она ему нравилась. Но сама суть охотника слишком примитивна для высокоорганизованного ментального пространства медиума. Ведьмак и впрямь ей ближе. Серый взгляд устало переполз на Лиама. Тем более такой. -Винс...-голос дрогнул,и слезы,постыдные слезы слабости и стыда полились из ее глаз.-Прости меня. - Всё нормально, котик. Охотники мы или кто, - похлопал волк по плечу Тэй. - Мне понравилось. Обращайся. Прости, что помешал предаваться меланхолии в баре. - И ты извини, амиго. И ты Ника. Честно, не хотелось нарушать вашу прогулку, - ликантроп улыбнулся всем участникам действа и отправился на террасу.

- Что здесь случилось? - она, как во сне, подошла к Винсенту, снова опустилась рядом с ним на колени, простёрла над ним подрагивающие ладони в попытке вылечить раны. Но целительская часть её дара осталась глуха. - Ника, - через боль Винс еле сдерживал смех. - А она кусается.

-Я не драться.-с обезоруживающей прямотой сообщила котолак.-Я собиралась сексом заниматься.А тут ты. "Давай подеремся,давай подеремся" - Ты сказала и тем другим хочешь заняться, - напомнил ей Винс. -Я тебя сейчас добью,собачатина ты дохлая-возмутилась Тэй.- Регенерируй давай. Кишки у него видите ли. Из одного места. Что я должна сказаь Нике?Что я тебя побила и пыталась сожрать твой труп? - Некрофилка-людоедка. Всё Нике расскажу, - почему-то бобику стало смешно. - Хреновый из меня волк. Надо было щеночком оставаться. Тогда бы ты не подняла на меня лапу, котяра блохастая.

Подходит к поверженному противнику,тормошит. -Винс,ты живой? Подарили. Подарили. Как-то неравномерно подарили. Кому-то чупа-чупс, а кому-то "узишник". Ворчал волк, медленно перекидываясь в человека. Лёжа на жёлтой осенней листве в луже тёплой крови. Снова крови своей. Ещё раз убеждаясь, что лучше винтовки оружия нет. Кошачьи когти были для него смертельны. С таким сокрушительным уроном можно на слонобойне работать. И хоть он за один удар её неплохо покалечил, она его добила за два. - Кошка драная, - клацнул зубами поверженный бобик. - И с кем ты драться-то собралась в городе? А если убьёшь кого? С таким-то ударом. Ты же себе потом не простишь. Он обессиленно провёл ладонью по лицу, размазывая кровь. Осмотрел рваные раны на груди и животе. - Хорошо хоть кишки не вывалились. И на том спасибо. Он попробовал подняться, но не смог. Второй раз за день, вернее за утро, терять половину объёма крови ликантроп устал. - Всё, - сдался волк. - Иди. Дай мне умереть спокойно. Со своим позором. Вали отсюда кошатина. Кажется, эта шутка стоила ему ещё лишних миллилитров багровой жидкости, утекающих в землю.

Она жестом показывает ему на выход в сад. Я принимаю вызов. Смех хищника был злобным и азартным. Он выскочил из-за стола, расстегнул и сбросил с себя рубашку. - Пошли, - сказал ей, стремительно удаляясь в сад. И трансформируясь прямо на ходу. - Поторопись, котейка!

-И то и другое-почти нормальный голос.-Боюсь навредить тебе.Там в Аду....произошло что-то.Я стала намного сильнее.Не стоит.Но все равно спасибо. - Ты меня что ли испугать решила, кошка драная? - волк намеренно подразнил неугомонную мартовскую кошку. Он оскалился, с лёгкостью продемонстрировав трёхсантиметровые клыки. Трансформация нынче давалась играючи. - Ну давай, покажи, что тебе там в Аду подарили.

-В город.Нужно перекинуться.Не в зверя.-она качает головой.-Не здесь. - В Рэна, - не трудно догадаться в кого кошка собралась перекидываться, если не в зверя. - За девушками собралась охотиться? Винс почему-то улыбнулся и сунул в рот сочное мясо с кровью. Кайф для охотника. - Тебе не кажется, что ты слишком нервная и девушки от тебя сбегут? Или ты подраться собралась? Так подерись со мной. М? - он подался вперёд и заглянул в лихорадочно блестящие глаза охотницы.

-Ошиблась. Надо уйти.Сейчас. Винс тряхнул головой. Его замутило от той концентрации гормонов, которая хаотичным бульоном плескалась в крови Тэй. - Ну и каша в тебе, - он снова потряс головой, стараясь отгородиться от резких запахов. - Что случилось-то? Куда уйти?

-Да.Встретила.Они там.Где качели.Спасибо,что повесил.Мне было хорошо. - Кто повесил? - не понял ликантроп. - Я? Да я первый раз слышу про качели.

Гостиная Запах.Резкий,бьющий в нос,прокатывающийся по горлу и замирающий у сердца. -Винсент?-немного растерянно.-Приятного аппетита. Он кивнул, пережёвывая мясо. Проглотил. Чутьё. Да будь ты проклято, охотничье чутьё. Он ясно ощутил её волнение. И частый ритм в груди. Кровь ударяющую в стенки сосудов под давлением. - Ты чего такая взъерошенная? - спросил, отрезая следующий кусок. - Там где-то Ника с Лиамом гуляют. Видела их?

Кухня Полившаяся лесть из грубых уст английской бобби была приятна. Месье Оливье дёрнул щетинистым ухом, скосил на обидчицу маленький глаз. Ещё что скажешь, женщина? Да, хорошо. Я легенда. Кто бы сомневался. На тарелку перед Мэри-Энн упал один биточек. Для полноценного обеда и искупления вины ей нужно было наговорить приятностей раз в десять больше.

Кухня Еще с поваром поссориться не хватало, мрачно думала Мэри-Энн, ожидая, когда Оливье вернется из кладовки. Он вернулся. Через некоторое время. Но на сержанта не обращал ни малейшего внимания, будто её здесь не было. Демонстративно переворачивал золотистые биточки на сковородке, мешал в жаровне ароматную картошку с укропом и насвистывал "Bella Chiao".

Кухня Но на слова Мэри-Энн хозяин кухни напрягся, насупился, сдвинул колпачок на глаза и отвернулся. Его ещё никто так! не называл. - Хочется, перехочется, - недовольно хрюкнул он и скрылся в кладовке.

Прихожая => Гостиная Вот и все ответы на вопросы. Винс вздохнул. Проводил спины занятых родственников. И, наконец-то, вспомнил о пустом желудком. И не только о нём. А где-то там в Гостиной давно накрыт стол. Ещё раз разочарованно вздохнув и передвинув звукосниматель патефона на наружную дорожку, он снова завёл механизм и отправился в гостиную. Стол ещё не успели опустошить, и Мажордом всего лишь убирал лишние тарелки. - Сеньор Солер, - пригласил двухголовый кот нового посетителя, - проходите. Завтрак давно готов. - Да, спасибо. Он сел за стол. Но запах не давал покоя. Такой знакомый и желанный. Запах обещаний и надежд. Головокружительно-одуряющий аромат её тела. Он тянулся лёгким шлейфом от стола к террасе и парализовал все охотничьи органы чувств. - А сеньорита Ника была здесь? - поинтересовался Винс. - Была, - кивнул кот. - А куда ушла? - глупый вопрос. Он точно знал - куда. И всё же спросил. - В сад, я полагаю. Они обедали с мистером Тиммермансом, а потом, видимо, решили прогуляться. - С Лиамом... - немного растерянно произнёс ликантроп. Запаха ведьмака он почти не ощутил, оглушённый насыщенными, стойкими следами женщины. - Ну да, - он скрыл неловкую улыбку и приступил к еде. Кухня - Мистер Оливье! Есть тут кто, тук-тук? Спросила она, постучав по дверному косяку. - Конечно, есть! К вашим услугам, миледи! - взвизгнул порось и махнул раздвоенным копытом.

Прихожая - Я... да, хочу, - охотник поднял голову. - Каким я был? Но ответа на этот вопрос охотник так и не получил, потому что со стороны спален раздался призывный детский крик: - Wujku Chris! Patrick nie wie, jak zbudować tratwę! - к Кристофу бежал взволнованный Болек, с неподдельным удивлением доказывая истинность своих слов. - Nie może być! On jest aniołem, - рассмеялся дядя, опуская на вихрастую голову мальчишки свою ладонь. - To prawda! - дыхание у Болека перехватило. "Ну что за бездарь пернатая". "Сам попробуй! У меня пальма тонет!" Обменялись мыслями постояльцы 9 и 10 комнат. - Chodźmy do? - Болек с надеждой смотрел на Кристофа. - Dobrze chodźmy, - согласился дядя. - Извини, Винс. Ещё будет время, - бросил он оборотню и ушёл на побережье просвещать в вопросах плотостроения божьего дилетанта.

Через пол часа в прихожей прямо на полу стоял трофейный немецкий "Odeon" и голосом Диего Морено рассказывал незатейливую историю сопротивления гарибальдийских партизан. Винс выглянул из-за капота машины. Улыбнулся Кристофу и не смог удержаться, чтобы не напеть знакомый мотив. В армейке легиона "Беллу" частенько исполняли в строевой. - Что, нравится? - спросил Кристоф. Заняться тёмному похоже было не чем. - Классный патефон, - разогнувшись сказал испанец, вытирая грязные руки ветошью. - Да я не о патефоне, - отмахнулся Крис. - Хотя, он ещё лучше, чем песня. Раритетная вещь. На аукционе коллекционеры с руками оторвут. Что с такси? Машина нам ещё нужна. - Ничего серьёзного, - ответил Винс. - Масляный фильтр. Дольше искал причину. Винсент захлопнул капот и неуверенный в своих словах проговорил: - Слушай, Крис... я всё хотел спросить. Может, ты знаешь, - испанец замолчал, продолжая машинально тереть уже чистые руки. - Когда люди хотят спросить, они задают вопросы, - поддел его неловкость тёмный собеседник. - Да, - кивнул Винс, отбросил тряпку и, пересилив волнение, сказал: - Мои опекуны сказали мне причину, по которой от меня отказались мои биологические родители, - он осёкся, к горлу подкатил тяжёлый ком. - Каким я был при рождении, Крис. Ты ведь знаешь. Ну не ты. А тот кто в тебе. - Ты точно хочешь это знать? Потрясений не хватило на сегодня? - взгляд Тёмного пытался зацепить потухший серый взор прилипший к колесу машины. - Я... да, хочу, - охотник поднял голову. - Каким я был?

- Леонард, - ведьма потрясенно установилась на Кристофа. - Я вспомнила! Лукреция Борджа, это была я! И Локуста! Но я не хочу так больше! - Вполне возможно, - отозвался Кристоф. - Кем вы только не были. Поэтому, вас на покой и тянет. Но лучше не вспоминать прошлые жизни. Физическая оболочка всё-таки не приспособлена к таким нагрузкам. Ты, кажется, порезалась, - заметил он вскользь, разглядывая патефон.

Ушедшего с Беатой брата он понял лишь только посмотрев тому в глаза. Достаточно сегодня испытаний для женской психики. Лицезреть почившего пять лет назад кузена, ныне в полном здравии, сейчас не было необходимости. Ещё одно "чудо" Беатка могла не пережить. Кристоф ретировался в дальний угол кабинета и вышел в общую прихожую, когда шифровальная опустела. Ощущают ли демоны усталость и опустошение? Хотят ли остаться наедине с собой? Или податься во все тяжкие? Кристоф не знал. Но сейчас желания его личного демона целиком совпадали с его желаниями. Немного покоя и созерцания в компании снифтера и арманьяка. Леонард был не против. Он мог бы с ним поговорить. Но говорить с самим собой Крис не хотел. Потусторонний Тёмный давно был им. И грани их разделяющие остались в забытом прошлом. В прихожей было тихо. Только неугомонный испанец редко постукивал разводными ключами под капотом своей машины. Каждый развлекается, как может. Усмехнулся Кристоф. На сегодняшний день потрясений для их семьи хватило с лихвой. Тем радостнее будет старшему увидеть брата поспешно удаляющегося в компании Мэй в известном направлении. Не подведи, братишка. Напутствовал Шиманский-старший. Машинально сунул руки в карманы брюк, только сейчас заметив отсутствие пиджака, жилета и галстука. Рукава рубашки по-прежнему подвёрнуты, ворот расстёгнут. Сдаю позиции. Совсем обжился и одомашнился в Убежище. Впрочем, теперь уже не в Убежище. Теперь после становления агентов этот вневременной объём пространства по полному праву можно было переименовать в Штаб Сопротивления. Кому? Они разберутся. Кристоф не сомневался. Сопротивление они получат. И серьёзное. Вот только у каждого сопротивления должен быть свой гимн. И он даже знал какой. Через пол часа в прихожей прямо на полу стоял трофейный немецкий "Odeon" и голосом Диего Морено рассказывал незатейливую историю сопротивления гарибальдийских партизан.

Мэй отшатнулась и угрюмо воззрилась на остатки изгнанной бестии. Раздались аплодисменты. Неторопливые, редкие, но явно не равнодушные к достижению своей ученицы. - Браво, мисс, - похвалил Мэй Кристоф. - Пожалуй, тебе больше нечему учиться. Когда лицо Беаты, искажённое гримасами иного стало прежним, на собравшихся взглянула обычная милая женщина. В её взгляде читалась растерянность и удивление.

- Я готова. - Я не препятствую, - Кристоф развёл руки в стороны и отступил на шаг. - Слова заклятья на столе.

Мэй подняла руку. Взгляд серых глаз на мгновение скользнул по лицу профессора. Да, она обещала быть осторожной, и будет. С Беатой. - Это должен делать кто-то один? - поинтересовалась Ника. - Или помочь можно? - Исключительно один, - ответил Кристоф. - И ещё момент. Слова и пентаграммы традиционны, а вот те силы, которыми изгоняют сущности будут разными. Кто-то возьмёт энергию светлых, кто-то тёмных, возможно кто-то захочет взять её у иных. Вы это почувствует, когда начнёте проводить ритуал. Дерзайте. Вацлав промолчал. Он порывался что-то сказать, но так и не стал. Только вздохнул невольно, когда Мэй вызвалась. Пожалуй, он доверил бы ее рукам Беатку в первую очередь. Сцепил в замок руки. "Всё хорошо. Пока я здесь с ней ничего не случится," - Кристоф посмотрел в сторону Вацлава, ощутив с его стороны неспокойные вибрации. --------------------------------------------------------------------------------------------------- Если хотите можете определить броском кубика, какие силы ваши: 1в3. 1-светлые, 2-иные, 3-тёмные.

- Так что ты говорил про силу, которую нам нужно выбрать? - Ах да, - Крис спрыгнул со стола и подошёл к одержимой. - Сейчас, я вам покажу с чем мы имеем дело. Не бойтесь. Оно страшно. Но уже не опасно. Обычно после общения с ангелом напрямую, они только гавкать умеют. И снова он упирались в глухую стену, сотканную из сомнений. Пока что. - Почему ритуала три? По каждому на вариант? Если сработает третий, то что? - Минутку, Мэй, всё по-порядку, -отозвался Тёмный. - Итак. Он протянул ладонь к лицу женщины и начал медленно сжимать кулак: - Я Леонард. Князь Тьмы. Повелеваю. Покажись. Через несколько секунд к сжатому кулаку Тёмного из тела женщины потянулась иная сущность весьма отвратного вида. Она была сложена из растёкшихся, бугрящихся ошмётков и злобно клацала зубами в сторону Вацлава. - Вот это наш иной. Чёрть его знает что это такое и из чего оно состоит. Да и не важно. Порою в одной сущности намешано несколько сот тысяч фрагментов. Разжав кулак, он отпустил уродца. Беата застонала. - Так вот. Есть ритуалы изгнания. Иных. Тёмных. И Светлых. И вы должны знать все три. Ловушки и заклятья. Начнём. Чего тянуть. Он быстро начертил на столе пентаграмму удерживающую иного, уже знакомую Тей, а рядом написал слова. Ещё через минуту, на той же деревянной поверхности, появились очередные пентаграммы и ритуалы экзорцизма. Иной "BRA DE GAH RA MA beh rah deh gah eh rah ma" Тёмный "Exorcizamus te, omnis immundus spiritus omnis satanica potestas, omnis incursio infernalis adversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta diabolica. Ergo draco maledicte et omnis legio diabolica adjuramus te. cessa decipere humanas creaturas, eisque aeternae Perditionis venenum propinare. Vade, Satana, inventor et magister omnis fallaciae, hostis humanae salutis. Humiliare sub potenti manu dei, contremisce et effuge, invocato a nobis sancto et terribili nomine, quem inferi tremunt. Ab insidiis diaboli, libera nos, Domine. Ut Ecclesiam tuam secura tibi facias libertate servire te rogamus, audi nos". Светлый "Omni potentis Dei potestatem invoco, omni potentis Dei potestatem invoco, abrogo terra, hoc angelorum in obse quentum, Domine expuere, Domine expuere, unde abeo Dei per". - Первые две пентаграммы рисуются подсобными материалами, третья кровью человека. Лиам уже рисовал такую в аду, когда мы вызволяли Патрика, - добавил Кристоф. - Попробуйте изгнать тварь из Беаты. Только осторожней, ей уже и так досталось. Ну, кто смелый? ---------------------------------------------------------------------------------------------- ЭКЗОРЦИЗМ Бросок на СВ. Изгонять может любой агент: медиум, ведьмак, охотник. Если бросок успешен - вы изгоняете сущность. Демона в ад. Ангела на небеса. Иного в междумирье. Если бросок провальный - ХП одержимого уменьшается на 1в ХП. Последующий неудачный ритуал вновь отнимает ХП. Если ХП=0, то подвергшийся экзорцизму погибает.

- Остался бы в Аду? - Вацлав удивленно воззрился на брата. - Патрик бы остался в Аду? - Да, - ответил Кристоф, - если бы его не грызли сомнения. Это его крест. Хотя, и не справедливый, как по мне. Но что такое Справедливость? А поскольку все пернатые считают своим долгом самопожертвование, он и дальше висел бы на этой раскалённой скале и придумывал себе наказания. В аду ведь каждая мысль материальна. А у ангелов богатая фантазия. У них изощрённо-профессионально получается себя истязать. Демоны мыслят примитивней.