FOX69

К северо-востоку от Иствоча, 8 солиса, около 15:00 Их цель находилась в тринадцати милях от северного мыса Иствоча.. Сигнальный огонь красного цвета был хорошо виден в течении нескольких минут на голубом небосводе. В этом районе судов Армады в данный момент быть не могло, а сигнал бедствия фиксировал только форт, да суда патрулирующие остров по периметру. И «Инфанта», недавно завершившая теневую экспедицию, похоже, была единственным кораблём, который мог в кратчайший срок прийти на помощь члену эскадры. Ровно через двенадцать миль вперёдсмотрящий сообщил о двух кораблях на горизонте. А ещё через полмили в подзорную трубу хорошо просматривались обводы барка и баркентины. Баркентина шла на восток, а барк её преследовал. - И что-то дредноутов я не наблюдаю, - сообщил Хесус, оценивая курс и класс кораблей. Он передал подзорную трубу капитану. – Странно. Мне казалось, мы не помогаем брать призы друг другу. - Какого-то из наших прижали, - ответил Хирол, наводя окуляр. - Решил сожрать рыбку, которая не лезет в рот? - Похоже на то… Мать твою, - вырвалось у Барта через несколько минут наблюдения и в подтверждение его слов с марсовых грота прокричали: - Орлейский флаг! - Бооже, - Хес прикусил свой ус, глядя на потенциальную чужую добычу, - это кто же из «Армады» законы нарушает? Кто-то из новичков, висеть мне на рее. - Угу, - подтвердил Хирол, не отрываясь от трубы. – Баркентина… У кого из наших носовой фигурой морской конёк? - У Дикого на «Быстрой лани», - подсказал боцман. – Тот, который месяц назад в Братство пришёл. - Месяц назад пришёл, а уже в общий котёл плюёт, - поморщился Хес, оглядываясь назад в поисках тёмного затылка и белой рубашки. С камбуза тянуло чем-то съестным и кофейным, и очень уж не хотелось квартмейстеру нарушать почти домашнюю идиллию предстоящим боем, но работа есть работа и, тяжело вздохнув, он вернулся к оценке ситуации: - Никак с каботажного рейса торговца зацепил. Табак, специи, антиванские шелка. Прямо у Иствоча. Совсем ума лишился? - Угу, ума, а заодно и членства в Братстве, - недобро проговорил Барт. - Что там? - «Виконт Дюмар». - Бооже. Его же недавно вооружили. Четырёхдечная посудина с двадцатью баллистами. И куда же Дикий полез? - Наверное, понадеялся на скорость и маневренность «Лани», - предположил дон Диего. – Хотел с ходу взять, да не вышло видать. Добьёт его «Дюмар» носовыми, если мы не успеем. - А я б его добил за тупость, - зло бросил капитан, складывая телескопическую трубу и передавая квартмейстеру. – Эй, на гитовых! Добавить парусов! Бом-брамсели ставить! Мы не должны их упустить! - А ну шевелись! Каракатицы беременные! – заорал боцман, как ошпаренный, подгоняя матросов. – Фор-брамсель ставить! Фор-брамселя гитовы и гордени отдать, шкоты выбирать! Пошёл фор-брам-фал! Верхние фор-брам-брасы потравить! Стоп фор-брам-фал… Попутный ветер был им в помощь. На несколько секунд «Инфанта» завалилась на нос, но вскоре выровнялась и, набрав полные паруса, рванула вперёд. Нагнали быстро. Без предупреждения из носовых баллист разрывными зарядами снесли фальшборт вместе с мостиком и частью юта, и продолжили сближение. «Лань» Дикого отсигналила радостное приветствие собрату и по широкой дуге, чтобы барк не зацепил из бортовых, ушла на выгодную позицию под прикрытие чёрных парусов. «Дюмар» продолжил движение вперёд, видимо, решая - сбежать или принять бой. - Заряжай! – орали Чико и Пабло на оружейной палубе канонирам. – Стрелять по команде! - Ждём! – Хирол предупредительно вскинул ладонь. Теперь пиратов было двое и при желании от барка они могли оставить за несколько минут лишь корпус, расправившись с рангоутом и парусами, и уложив судно в дрейф. – Ждём! - Если начнёт разворачиваться, нас основательно накроет, - предупредил месье де Пре. - Мы не дадим им развернуться. Обстенить грот! Держаться в створе их кормы! – скомандовал Хирол. Уменьшив парусность и обрасопив реи грота, «Инфанта» сбавила ход, а на манёвр разворота ответила движением влево, словно привязанная к корме противника. - Залп! И снова разрывные снаряды угодила в корму «Дюмара», снося орлесианскую позолоту и первую обшивку. Следующий выстрел пробил бы корму насквозь. А в это время «Лань» Дикого пришла в себя и, перезарядившись, переместилась к носу барка и тоже дала залп. Барк был в тисках. Ему не позволяли развернуться и разрядить грозные баллисты, и методично добивали с двух сторон, теперь уже бортовыми орудиями. Через десять минут бестолковой борьбы орлесианцы выбросили белый флаг. - На абордаж! – взревел боцман. – Кошки готовь! Вороны ставить! - Мда, - дон Гарсия скептически почесал переносицу. – А вот теперь, наступает самое интересное. Сдаётся мне, святой отец, у вас будет много работы по отпеванию орлесианских душ. Ибо отпустить мы их просто не можем. Святой отец, не то чтобы пылал энтузиазмом, но проявил определенный оптимизм: - Давно не приходилось никого отпевать, - признался капеллан, - Дурацкое бессмертие. Приготовился следовать за абордажниками, вероятно, надеясь успеть кое-кого и исповедать. За последние часы жизнь, кажется, обрела прежние краски и простоту. Паруса хлопали, видна была палуба орлейца. Аврелий пригнулся, проходя под натянутым канатом, выбрался на открытое место, нашел глазами Рино. У Ломо Кошки, стаявшего сейчас на баллисте, в глазах вновь пылал огонь убийцы. О том, что будет дальше, догадывались все. Кроме, возможно, нового кока. Три корабля сошлись бортами. Орлеец в середине, пираты заботливыми спутниками по бокам подпёрли, не дёрнуться. Принайтовали кошками и воронами, и сошли на борт. Команда торговца не сопротивлялась. Даже, когда им связывали руки. Все семь десятков ждали распоряжений командования. Орлейский капитан, стянувший маску, ибо пираты в здешних широтах недолюбливали закрытых лиц, подал торговый манифест, в надежде, что налётчики примут капитуляцию. Бумага была протянута Аврелию, за спиной которого стояла дюжина головорезов во главе с клеймёным гномом. - Винсент Арно, капитан торгового барка "Виконт Дюмар", - представился орлеец. - А где ваш капитан? Эти паруса принадлежат Долийцу, верно? А капитан на палубе орлейца как раз встречал того, из-за кого сейчас Вал Руайо мог расторгнуть договор о весомой части обязательств по снабжению новой пиратской колонии на Иствоче.

Хиссера - Ну что, любезные сеньоры.Теперь, когда мы у пирса, настал момент, чтоб представить вас друг другу официально. Это Росс. Моя Росс. Маг и... моя невеста, я надеюсь. А Это Хиссера, иногда просто Сера. Сильная и смелая девочка из разграбленной деревеньки на острове и, надеюсь, мой юнга. Ну, если мы не найдем ее родителей, конечно. Рогатик шмыгнула носом и стёрла пот со лба, размазывая грязь: - Я буду твоим юнгой, - сказала она, стараясь не думать о гибели родных.

"Инфанта"-"Стрела" - Ну, команду ж надо набирать, - улыбнулся Торнадо. - Кстати, если у Хеса еще есть на балансе зелья лечения, киньте в меня, а? В Торнадо добрый дон Гарсия "кинул" сразу три зелья, по количеству человек в скромной команде "Стрелы", а недобрый дон Хирол посоветовал остановиться на какое-то время на Иствоче, собрать команду, подлечить раны, окрепнуть, оснастить корабль и без спешки спланировать свою дальнейшую судьбу. Уже к полудню бриг и клипер были у Затворной гавани. Но в отличие от "Стрелы" "Инфанте" не суждено было пристать к знакомому берегу. Через час после того, как команда Хирола воссоединилась, судно под чёрными парусами спешно покинуло пределы острова и ушло курсом норд-норд-ост. А причиной тому послужил условный световой сигнал флота Армады, который предписывал всем военным судам Братства прийти на помощь, терпящему бедствие кораблю.

Хиссера - Ты с Итвоча? - спросила она коситку, когда люди Хирола перешли на их борт, чтобы помочь довести судно, и можно было не думать о парусе. - Неа, - мотнула головой Хиссера, да так что чуть не зацепила рогами мимо проходящего моряка. - Ой... Я жила на маленьком острове.

- Давай. Я пойду на том, что осталось, - Торнадо взглядом показал на остаки битых парусов, - чтоб не разгоняться. Потому что иначе что влечу с тамошим дном как сопляк. Через час корабли сблизились, "Стрелу" притянули к "Инфанте" абордажными крюками и перекинули мостки с борта на борт, по которым в распоряжение Торнадо поступили сорок матросов. - Смотрю девушек у тебя с каждым днём всё больше, - съязвил Хирол, глядя на рогатую косситку и вновь обретённую Роксан. Он перешёл на время высадки на "Стрелу", чтобы лично убедиться в чудесном восстановлении сгнившего судна.

- Усмиреные ушли в Тень. Собственно, им по возрасту пора. Если б я мог твердо стоять на ногах, я б сказал, что нам стоит проверить - что там с дядей Пью. Но, к сожалению, сейчас меня можено только любить... и плакать... - Ну, любить я тебя не обещаю, а плакать по тебе ещё рано, - Хирол усмехнулся, - а вот человек тридцать-сорок дам, чтоб до Иствоча дойти. Мы где-то рядом. Сейчас мы к вам поближе подойдём, борт к борту.

"Инфанта" Торнадо выдохнул. Ему хотелось осесть и растечься лужей... И чтоб ничего не болело... Чашку кофе и власть над миром... С шумным плеском морская пучина извергла на свою прозрачную поверхность обновлённый клипер. Бывший "Меченый", нынешнюю "Стрелу". Поднявшееся судно было в десятке метров, его внешние палубы хорошо просматривались и не могли не удивлять. - Что-то я не пойму, - падал голос дон Гарсия от борта, откуда наблюдал за всплывшим коллегой, - а где команда? Он посмотрел в подзорную трубу и убедился в полном отсутствии членов экипажа на борту. - Капитан, - позвал он Хирола, протягивая трубу. - Ты видел это? Барт отодвинул руку с оптикой. - Я и так вижу, что палубы чисты. Каэди! Торнадо! - крикнул Хирол. - Что с командой?

"Инфанта" Когда-то его хвалёная удача должна была вернуться. И кажется сейчас, команда «Инфанты» наблюдала это долгожданное явление, потому что волна, ударившая в штирборт, развернула бриг, закружила на месте и утащила в образовавшийся колоссальный водоворот. Всё повторилось, только в обратном порядке. *** Над головой светило яркое солнце, и чистое голубое небо дарило уверенность, что всё закончено. Не было и напоминания о Тени. Обычный день, обычное море, обычный ветер. Но как же он был рад этим привычным составляющим. Солёному запаху, искрящимся брызгам и даже стайке макрели, крутившейся поблизости в прозрачной лагуне. С них ещё стекала вода и палуба, разбитая хвостом богини, напоминала о прошедшем, но на лицах робкая надежда сменилась радостью. - Билли, Грег, Ломо, Дин, дон Розарио… - стоя на мостике, Барт перечислил всех бывших усмирённых поимённо, - вы вернулись, братья? Покажите мне, что вы это вы. И всё не напрасно.

Хиссера Торнадо взял арбалеты. - Молодец. Теперь беги к штурвалу и постарйся удержать его, чтоб нам руль не заклинило. Я сниму паруса и сменю тебя. - А как держать? - крикнул рогатый ребёнок, хватаясь за штурвал. Тот крутанулся, отрывая её от палубы, и она повисла в воздухе, но из рук колесо не выпустила. - Ровно?

Хиссера - Сера, лапуль, беги в оружейку - это дверь сразу за капитанской каютой. Неси два арбалета и бельты - там все должно быть. Иначе нас перевернет к кильке в дырку. Она побежала так быстро, как только могла и вскоре притащила оружие и целый колчан тяжёлых болтов.

Хиссера Рооосс! - повторил Торнадо изо всех сил и закашлялся. Голову повело от глубокого вдоха и выдоха. - Роооооос! - заорала Хиссера вместе с Торнадо, чтобы тому помочь.

"Инфанта" - Имя мое Натрамар. И я хочу получить причитающийся мне приз. Воды Тени молчаливо наблюдали за явлением легендарного божества. готовые впитать и поглотить любую магию или тело. Им было все равно, что попадет в их объятия. А вот тем, кто оспаривал право на ключ к магии Беленас, предстояла тяжелая борьба. Или, возможно, лишь добровольный выбор? Зелёные глаза не отрывались от великой и устрашающей богини древности, в её змеиной ипостаси, которая могла убить его, здесь в Тени, одним касанием. Но всё же медлила. И он не понимал - почему. Видимо на то была какая-то причина. Взгляд на кольцо. Кулак не разжимался. Он не знал авварских легенд и мифов. Всех перипетий в небесных сферах тех времён. Не знал, что Натрамар, когда-то воевала с Кортом и уничтожила гору. Не ведал о страданиях Хозяйки Небес и о её слезах. Он первый раз попал в Тень в физической оболочке и в одиночку противостоял магическим соблазнам. Ему были не известны здешние законы. Но он точно знал, чего он делать не должен. Это, как дышать. Гора Беленас, казалось, проснулась. Нечто сдвинуло камни, посыпавшиеся с вершины. Побеспокоило орлов, поднявшихся стаей над морем. И показалось из-за хребта. Божество. Другое. От него веяло землей и покоем, это была сама сущность Беленас. Орлы кружили, обозначая контуры его странного тела, словно проросшего древними корнями деревьев, источенного червями, наполненного живительной влагой и пустившего молодые ростки. И было бы разумно предположить, что если и впрямь к "Инфанте" явилась Натрамар, то кому, если не Корту пристало помешать ее намерениям осуществиться? - Проклятие, Хирол, верни мне дар! - воскликнула Натрамар. Ему не нужно смотреть на оживившуюся гору. Ему не нужно видеть, чтобы знать. Чтобы призвать слуг Корта. Он растворяется в её змеином взгляде и слышит за спиной шум от широких крыльев. Кулак разжимается и древний артефакт, покинув капитанский палец, взмывает ввысь: - Возьми.

Хиссера Он кивнул в сторону Инфанты. - Помоги мне подняться. Надо посмотреть что там на горе происходит. Где-то там должна быть моя Роксан. Я должен ее спасти. Она подала ему руку и придержала на сколько было в её силах. - Твоя Роксан? А кто она такая? - поинтересовалась девчонка.

Хиссера Она помогла ему приподняться и сесть удобней, предварительно накинув на обнажённые плечи тиснутое из кубрика одеяло. - Тебе лучше? - заботливо спросила Сера, боясь задать другие вопросы.

Хиссера Пока хирург осматривал раны, она сгоняла на бак и притащила скарб Торнадо. Развязала тесёмки и на всякий случай подала медику. Вдруг, у него чего-то нет. Потому что у её спутника было всё. От перевязочного материала до безрассудной смелости. Сама пристроилась в сторонке, наблюдая за действиями взрослого.

Хиссера Ей было страшно, но его боль она ощутила, как свою. На четвереньках выбралась из своего укрытия, подползла и, с ужасом косясь на раны, сдвинула с его мокрого лба слившийся волос. Ты жив... - Помогите! Он ранен! Помогите ему! - крикнула косситка матросам "Меченого".

"Меченый" Хиссера Воды Тени приняли тушу дракона. Торнадо отступил назад от борта и взревел. Запрокинув голову – безудержно и победоносно, на восстанвливающей равновесие палубе. Она в очередной раз вздрогнула от драконьего рёва и ещё сильнее вжалась в деревянную стену. Под лестницей, ведущей на мостик было безопасно, ну почти, и всё видно. Она видела превращение своего спасителя в рогатого зверя, видела второго дракона и наблюдала их бой. Хотела бы она сейчас убежать, скрыться и забыть, но она ведь сама вызвалась идти с ним. Кто он? Всемогущий маг-оборотень? Или сам Создатель?

- Не шути так, капитан. Ты получил то, что хотел: твои люди вернут свои души, как только ты покинешь это место, проклятие больше не будет угрожать тебе и твоим потомкам. Никто более не сможет помешать тебе распоряжаться своей жизнью как пожелаешь. Ты вернул себе свою свободу, и я помогла тебе. Верни же то, что было украдено проклятым Янто, и мы больше никогда не встретимся, капитан. - И где гарантия, что ты меня не обманешь? - он приподнял руку, сжал кулак и посмотрел на древнее кольцо. - Кто ты?

- Так что же, капитан, отдашь ли ты мне по доброй воле доставшийся тебе дар? Барт обернулся. Тот самый призрак, который направлял его на Иствоче. - Почему-то я не удивлён твоему появлению, - сказал он, невольно ощущая тяжесть кольца на собственном пальце - трофей доставшийся ему лет десять назад в одном набеге. Он снял его... теперь уж и не вспомнить. - Дар? О чём ты?

"Инфанта" Как оказалось из водоворота реальности в Тень "Инфанта" переместилась последней и теперь, даже идя на всех парусах, вряд ли поспевала на помощь двум других кораблям вовремя. Издалека они смутно видели битву двух драконов на "Меченом" и схватку спрута с "Неспокойным", а когда подошли на дистанцию выстрела, то поняли, что бой закончен и, как ни странно, победа на стороне смертных. Но не были бы истории о злодеях полными, если бы они не восставали из пепла и не кидались в последнем приступе ярости на своего противника. Вор Янто, вкусивший небесных плодов, исключением похоже не был. Потому как предстал собственной, основательно попорченной временем, персоной прямо на шкафуте, напротив мостика и бросил вызов капитану. — Я вызываю тебя, Долиец. Смертельный поединок по законам вашего братства. Команда была в замешательстве. Капитан замер с дымящейся сигарой в зубах. Он очень надеялся, что героический Торнадо с яйцами дракона и Улва Кровавая Потрошительница уже прикончили ублюдка и ему останется без повреждений корабля и жертв покинуть героическое поле боя, вернуться в Армаду и забыть, как страшный сон случившееся, но его надежды рухнули со звоном ржавых сабель. А говорят в Тени обычное оружие не действует... Опять обман и лицемерие магии. Он затушил сигару о перила и выдохнул остатки дыма. Осмотрел зловещую фигуру. Такой соблазн. Властитель Мира. И Жопа Восседающая на Беленас. Заманчиво, однако. Но с мостика Долиец не сошёл. - Я не приму твой вызов. Потому что к кодексу пиратов ты не имеешь никакого отношения. Ты вор. Укравший у моей команды самое ценное. Души и свободу. Ты вор. И я не буду пачкать руки о такую мерзость. Ты не достоин схватки. Предатель, обокравший братьев, не может быть пиратом. Ты вор, - он сделал паузу и обратился к людям: - А что мы делаем с ворами на этом корабле?! Шквал голосов было не унять. Все сто с лишним человек желали мести. - Взять его! - крикнул квартмейстер, не дожидаясь действий противника, и первым выстрелил из арбалета. Через некоторое время сторонние наблюдатели могли заметить на конце фор-брам-реи "Инфанты" покачивающийся на верёвке труп с отрубленными руками.

"Инфанта" - Капитан, - Тилани не походил на прежнего капеллана. Суровая морщина пролегла между бровями, походка отяжелела, а в руке показался обнаженный меч. - Позволь мне быть рядом. Здесь не годятся сабли. Он ничего не сказал. Только коротко кивнул, не отрывая взгляда от приближающейся земли, стараясь унять вспыхнувший звериный гнев ко всему магическому.

Тому ли морю? Такому же синему, да. С высоко возвышавшейся вдалеке высокой сушей. С пляшущей по воздуху, вырывающейся из собственной формы водой. Морю в Тени. Команда заранее была предупреждена о том, что нашествие любой стихии они примут, как должное. Поэтому, в разверзшийся водоворот "Инфанта" вошла на всех парусах, а хлынувшая на палубу вода почти мгновенно затопила уровни. - Держитесь крепче! - только успел крикнуть Барт, перед тем, как корабль скрылся в пучине. Их вытолкнуло через мгновение после того, как они утонули. Мокрых и постепенно осознающих случившееся, с мыслью, что они всё ещё живы и в лёгких не булькает вода. А в мыслях и сознании капитана, что-то надломилось. Здесь, в объятьях Тени. Навязчивое желание овладеть обернулось яростной, слепой ненавистью. Сейчас бы он убил любого мага, от мала до велика, и объявил Право Уничтожения во всех кругах Тедаса, а в Тевинтер согнал бы порождений тьмы с глубинных троп, с их архидемонами и мором.

"Инфанта" Расправив чёрные паруса по ветру, "Инфанта" поспешила следом за удаляющейся "Стрелой".

"Инфанта" Наверное, это здесь. Нужно вернуть принадлежащее морю. Скользнула в сознании мысль. Как-то быстро всё. Барт нащупал в кармане зернышко жемчуга и вытащил на свет. Рассмотрел на ладони, подошёл к борту и бросил в воду, надеясь, что капитаны "Неспокойного" и "Меченого" поступят также.

Ривениец встал из полуприседа и пошел на палубу. На палубе Хиссера пристроилась за спиной Торнадо и недоверчиво смотрела на полоумного мага.