julia37

Видимо, инквизитор был достаточно убедителен, потому что у охранников, судя по всему, не возникло даже тени сомнения в том, что Патрик не способен сделать так, как заявил. - Мы обо всем позаботимся и приглядим за парнем, - отозвался один из охранников, в его голосе все же звучала определенная обида профессионала, чье умение ставят под сомнение. - Здесь затронута честь ордена. - Рассчитываю на вашу бдительность. - обижаться было не на что. В Ордене просмотрели десяток предателей, так что репутация их была подмочена. Как, впрочем, и репутация Инквизиции. Но об этом, Патрик, разумеется, умолчал. Совещание - Проклятье! - не сдержал эмоций Лафайет. - Мои люди вам помогут всем, что потребуется. - Я отдам нужные распоряжения. Что касается подслушивания, я еще с первого вашего прибытия приказал отключить паутину Арахны, вас никто не слушал. Патрик помолчал немного, осмысливая услышанное. - Возможно, я снова вас расстрою, капитан.. - начал он издалека, понимая, что теперь уж молчать бессмысленно. Даже если их продолжают слушать. - ...но, есть вероятность, что ваше распоряжение не выполнено. Мисс Нойман обследовала такое устройство в моей комнате и ничего не сказала о том, что оно отключено. Вряд ли она могла бы пропустить такой факт. Это раз. Кроме того, свидетель показал, что женщина, называемая Арахной, так же состоит в Братстве, она разговаривала с убитым, и теперь я уверен, что речь шла именно о той, что заведует этой п-паутиной. Это два.

Идрис мог бы улыбнуться и просветить юную деву, что гладить и носить на руках ее можно и без превращения в кошку, но чужие мысли он читать не умел. Потому, собственно, приходилось задавать разной степени неудобности вопросы. Еще раз вздохнув, Идрис просто молча притянул Маэв поближе к себе. Я здесь, я рядом, я поддержу. Маэв тоже не читала мысли. Честно говоря, никогда и не хотела. Слишком уж неприятное это дело, лезть в чужую голову. Сперва она подняла глаза к его лицу, в них не было недоумения, возмущения, неприязни. Только вопрос. А потом, вздохнув, расслабила плечи и позволила обнимать себя столько, сколько охотнику будет угодно. Ей было тепло и немного странно.

"Грязная луковица" - Не люблю оперу. И балет тоже не люблю. А наведаться в стрипклуб этой компании не позволяет дип-ло-ма-ти-чес-кий э-ти-кет, - пожаловался Ричард конному чаепитцу, - Подсказать - подскажу. Приезжаете в североирландскую штаб-квартиру конторы, это минутах в двадцати езды отсюда и просите аудиенции. Потом уезжаете в черном мешке. Серьезно, ее так просто не достать. Могу вам помочь, но тут уже и должка перед Беном не хватит, придется немного поработать, - агент пожал плечами и выжидательно взглянул на собеседника. Безумный шляпник уперся локтем в стол, утвердил подбородок на кулаке и проникновенно заглянул в лицо толстому шпиону. - Время притупило чувство признательности? Бен будет очень расстроен, что вы так мало цените его. Не то чтобы мистер Джонс рассчитывал надавить на совесть человека, которому по должности положено забыть о ней навсегда, но плох тот конь, который не мечтает обойти препятствие, а не перепрыгнуть его. Получить информацию на халяву было значительно привлекательнее, чем пахать ради нее. Впрочем, внутренне Винс уже смирился с тем, что ради встречи с принцессой Шерил придется грохнуть какого-нибудь дракона.

Допросная - Я постараюсь, сэр, - просто ответил Джек, не уточняя особо, к чему именно относятся эти слова. Наверное, ко всему сказанному Патриком сразу. Постарается выжить или хотя бы одного из убийц забрать с собой. Постарается жить по закону. Если сумеет. Патрик встал и принялся отстегивать арестанта от стола. Беглый взгляд на побледневшее лицо показал: не слишком-то он ему поверил, полагая, что один вид смертной казни просто заменят на другой. Инквизитор не стал разубеждать Джека. Не хотелось внушать ложную надежду. Да и время, в любом случае, рассудит их. Получится - хорошо. Нет - О'Коннел не хотел чувствовать себя виноватым в том, что заставил поверить себе и обманул. - Идем. Джека Миллера вернули в одиночную камеру. Инквизитор лично проследил, как заперли решетку и отозвал охранников чуть в сторону. - Смотрите, чтобы все было, как п-положено. По протоколу. Никаких не зафиксированных в журнале посещений, передач и прочего. Чтобы комар носа не п-подточил. Не приведи Господь, что случится до суда - вернусь, всем причастным головы по-отрываю. - пригрозил он, беззастенчиво пользуясь преимуществом в размерах и слегка нависая. - Ясно? И по смене передайте, товарищам. Совещание - Анализ его служебных и личных взаимоотношений вместе с независимым наблюдением показал, что "Белая Акация" более не используется как место вербовки и штаб культа Лилит, они перебрались в "Красное колесо", тоже элитный бордель, услугами которого неофициально пользуются инквизиторы высокого ранга. Разумеется, с полным сохранением тайны. На этом в высшей степени интересном моменте в зал для совещаний бочком и пригибая голову вошел инквизитор. - У меня плохие новости для вас, капитан Лафайетт. Внутри Ордена существует некое "Братство", действующее созвучно с враждебными нам культом Лилит и обществом Иллюминатов. Сегодня мы нейтрализовали двух его членов, но осталось еще восемь. Впрочем, есть и хорошие. - новости принято было сообщать парами. Сначала плохую, потом получше. - У меня есть зацепка на одного из восьми, и мы должны обыскать гараж штаба. Как можно быстрее. Инквизитор подошел поближе к Лафайетту, понизил голос, переходя на доверительный тон. - Кроме того, я попросил бы вас п-присмотреть за Миллером. Думаю, его вскоре попытаются ликвидировать из мести и в назидание прочим колеблющимся. Может быть, следует приставлять к нему охрану из новобранцев, которых еще не могли обработать предатели, или менять дежурных почаще... Надеюсь, вы позаботитесь об этом. И кстати... вы уверены, что нас сейчас не п-подслушивают? Я заметил, что по всему штабу рассованы подслушивающие устройства.

Мистер Джонс не удивился. Почему бы после кроликов не обозвать собеседника безмозглым идиотом? Пусть и завуалированно. Нет, разумеется, он не рассчитывал услышать о тайных планах агентства прямо здесь и сейчас. И да, именно вот это он и хотел узнать. Что известно самому Коулману и где можно выяснить больше. - Том Круз мне никогда не нравился. - тактично умолчав о том, что шпионы нынче стали не только задиристы, но и склонны к чрезмерно пространным лирическим отступлениям, детектив продолжил ворошить палкой муравейник, надеясь, что таки докопается до местной королевы. - Красивое имя, Шерил.. Винс уже прикидывал, что нужно будет сделать, чтобы такая вот породистая овчарка согласилась выпить с ними чаю. Наверняка что-нибудь похуже, чем разбомбить ночной клуб и припугнуть наглого торгаша. - Уверен, я смогу ей понравиться. - как это утверждение вписывалось в теорию тотального невезения в знакомствах с женщинами, Фрэнку предлагалось додумать самому. - Если, конечно, вы подскажете, как. Чаепития - мой конек. - Заявил безумный шляпник и словно между прочим, добавил, с невинным видом разглядывая вилку в своих руках. - Кстати, у вас не завалялось парочки лишних приглашений в оперу третьего числа?.. Ну а вдруг?

- Ваш вес, в отличии от профессиональных качеств, никак не повлияет на моё дело. - невозмутимо заметил Винс. Какие обидчивые ныне шпионы пошли. - Не принимайте на свой счёт. Я тоже привык... кхм.. подвергать сомнению все подряд. Бен сказал, у вас есть нужная нам информация. Итак, нас интересует совсем немногое. Винсент составил пальцы, и остановил взгляд печальных, как у брошенной собаки глаз, на лице "толстого" Коулмана. - Планы "ISA" в этом городе на этом саммете. - воистину, скромные, бессеребреннические запросы. - Или кто может о них знать. Или кто знает о том, кто знает. Что угодно. Детектив улыбнулся тонкой улыбкой кардинала Ришелье. - Вы ведь наверняка обладаете необходимым массивом сведений. Такая серьёзная организация... просто не может находиться в стороне от этакого переполоха.

- И да, бутылка - с тебя. - Да понял я, понял. - кисло отозвался Винс, снова засовывая руки в карманы. Плечи его печально поникли. - Лори! Бирмингем, девяносто третий! Ты-то тут какого хера забыл?! А ну хватай... - мужчина икнул, - Хватай своих ребят и пойдем посидим. Эй, ты! Да, ты! - Окликнул он официантку, - Давай нам с Лори местечко потише. Устал я от этих пьяных морд. Целыми днями, как будто у нас тут не хер знает какой саммит, а Марди Гребаный Гра!.. "Лори" старательно выражал радость от нежданной встречи, правда, от тычка в грудь физиономия его болезненно скривилась. Ох уж эти солдафоны... В девяносто третьем Винсенту было семнадцать беззаботных лет, он собирался поступать в колледж и вообще смотрел на мир сквозь розовые очки, но надеждам его не суждено было осуществиться, вместо учебы пришлось срочно искать работу. Так что, в теории, мог быть и Бирмингем. Если бы он представлял, что там такое случилось, и причем тут Марди Гра. - В этом весь Бен. Годами ни весточки, а потом я должен возвращать ему должок, помогая людям самого Мора. Конечно, он убеждал меня, что вы белы и пушисты как стадо пасхальных кроликов, но позвольте мне сомневаться. Рассказывайте. Бен был на удивление краток, как будто его фонтан красноречия заткнули... Кхм. Остановились. Армейский юмор. Мистер Джонс уселся напротив британского шпиона, потер солнечное сплетение, которое чуть не проткнули пальцем и для начала вздохнул. Группа плотоядных кроликов разместилась за столом, внимая ядреному военному юмору с соответствующими ситуации скабрезными минами. - Оставим анималистические отступления. - чуть поморщился Винсент, косясь в меню в руках Фрэнка и предвосхищая опустошение своего кошелька. Тем более, шерсть на том же мистере Маккензи была какой угодно масти, но только не белой. Да и не кроличьей. Мистер Джонс огляделся, прежде чем излагать. - Место действительно надежное?

- Намерения подкрепляются действиями, - серьезно ответил Идрис, отметив, как изменился голос девушки. - И вот тут я допускаю вероятность, что то, что я о тебе не знаю, может мне помешать тебя защитить, действовать эффективно. - Я устала... - эти слова словно бы вырвались из нее, дикарка и правда выглядела почти изможденной. Наверное, Маэв хотела бы остаться той рыжей кошкой, которую гладили и носили на руках. Кошек ни о чем не спрашивают, а если и спрашивают, то те ничего не отвечают. - Завтра выйдем на рассвете? - бесспорно, следовало обсудить завтрашний выход за город. Наконец-то, лес. Наконец-то, возможность сменить тему.

- Что, такое неудачное знакомство было? - посочувствовал Фрэнк мировой скорби в голосе детектива. Посмотрел на Троя, словно тот мог прояснить ситуацию, пожал плечами: - Ну а нам-то что теперь, телохранителей из себя изображать, или наоборот? - Посмотри на меня. - ради разнообразия Винс вытащил руки из карманов и повернулся вокруг своей оси, как обычно делают маленькие девочки, демонстрируя новое платье, только вот это была очень мрачная, небритая и страшная девочка, да и платья не было, а были затертые джинсы и растянутый свитер. - Разве похоже, что у меня бывают удачные знакомства с женщинами?... Вопрос не требовал ответа, так что мистер Джонс продолжил. - Пока что сотрудничаем. Но очень осторожно. В конце концов, она может быть нам полезна.

- Пришлось нюхнуть газку, когда вы укатили, - беспечно отозвался Фрэнк. При виде Винса с хакером, плывущим в кильватере, словно аэростат заграждения, он отлепился от подпираемой стены, демонстративно глянул на часы и покачал головой: мол, что поделаешь, одни выигрывают, другие проигрывают. - Потом заглянули в едальню, то да се, позавтракать же мне не удалось как следует. Ну и познакомились заодно с хозяйкой, так что здесь все на мази, не беспокойся. Журналистку-то раскололи? Аэростат молчал, как и положено техногенному объекту. Винс хмыкнул. Не смотря на то, что сказала Мона, выглядел Фрэнк вполне себе работоспособно. Ну и к черту тогда. Главное же результат? - Хотел бы я ее расколоть.. - мрачно отозвался детектив. - Говорит, намечается покушение на одну местную шишку. В опере, третьего числа. Все удобства для нас. Но вся проблема в том, что мы знакомы с этой дамочкой. Судя по интонации, это последнее было плохой новостью. Хуже, чем покушение на убийство.

Допросная В глазах парня стыл холод обреченности, иллюзий на свой счет он не питал. - Трибунал Ордена или трибунал Инквизиции. В любом случае - смертный приговор. - Если доживешь до трибунала. - безжалостно уточнил воспитатель. Предупрежден, значит вооружен, да и перед ним все же сидел мужчина, а не обморочная девица, чтобы беречь тонкую натуру от потрясений. - Твои бывшие братья наверняка попытаются убрать тебя. Будешь сидеть в одиночке. Кроме того, я попрошу Лафайета п-присмотреть за тобой. Но ты все равно будь начеку. - глава Ордена все же имел здесь несравнимо более широкие полномочия, чем Патрик, а переводить из парня из тюрьмы в тюрьму не имело никакого смысла. Его могли настигнуть в любой из них. Кроме того, даже в случае ошибки, инквизитор надеялся получить дополнительную информацию о предателях. Вдруг и сам Лафайетт состоит в этом масонском кружке? Эта информация, пожалуй, стоила жизни одного запутавшегося мальчишки... Впрочем, к чести мистера О'Коннелла, эту последнюю вероятность, он не исключал лишь для порядка, считая ее почти призрачной. Складка на переносице немного смягчилась. - Не спеши себя хоронить раньше времени. Это же не убийство, а только п-попытка. Слава Господу, неудачная. Надеюсь, у тебя будет время п-подумать над своим поведением до суда, и если все закончится.. - "хорошо" все это закончиться не могло по определению, и Патрик вздохнул. - если все не закончится смертной казнью, держись подальше от таких вот "друзей". Бесцветный взгляд стал очень многозначительным. - Живи по закону, Джек. Ты понял меня? - речь шла явно не только о сегодняшней попытке убийства. Но следом Патрик чуть смягчил тон, добавив. - А я постараюсь добиться смягчения п-приговора. Может быть, это будет даже не каторга.

Чуть раньше - Да иду я, иду. - произнес кулхацкер, завязывая шнурки. Покинув комнату, Трой в первую очередь убрал ноутбук в рюкзак, а потом направился к выходу. - Как поедем? - На метро. - буркнул Винс. В списке он не нашел ничего полезного, впрочем, фаталистично ожидал как раз чего-то подобного. У дома двух товарищей дожидалось такси.

Идрис издал тяжелый вздох. - Что ж, выспрашивать не буду, захочешь, расскажешь, Маэв. И твои тайны никак не повлияют на мое намерение тебя защищать. Маэв подняла голову, в карих глазах не трудно было приметить глубочайшие сомнения. Она помолчала, приканчивая какой-то сладкий пирожок, неспеша поправила волосы. - А раз не повлияют, зачем тебе знать?.. - проговорила она совсем другим голосом, в котором не было ни прежней беззаботности, ни ребячества, ни испуга.

- А у вас там что, запрещается доедать то, что осталось от больных? - в трубке жизнерадостно заржали. - Ну валяй, приходи. Только я пешком, колеса твои остались у немца. Кажется. Куда прешь, козел, слепой, что ли? А я разговариваю, мать твою! На некоторое время уличный шум сменился неразборчивой руганью, затем трубка снова ожила: - Что за дебилы, а? Надо же смотреть по сторонам... В общем, встретимся на месте. Кто последний, тот проставляется. Непосредственность Фрэнка вызвала в душе детектива приступ умиления. Попросить что ли мастер-класс по выпусканию пара? - Тогда готовь бабки. Эй, Трой, ты готов там или как? *** Впрочем, Винс никогда не считал себя везунчиком и на то были основания. Не считая того раза, когда автоматные пули почти не задели жизненно важных органов. Правда, считать это удачей или невезением, оставалось вопросом открытым для обсуждения. Так или иначе, они опоздали. И что-то подсказывало Джонсу, что Трой платить за выпивку не станет ни при каком раскладе. Фрэнк уже стоял у входа в бар. Весь с ног до головы в кошачьей шерсти разных мастей. - Слыхал, у вас было насыщенное утро. - вкрадчиво начал он, засунув руки в карманы и привычно сутулясь, от чего казался еще ниже, чем был, на фоне своих откормленных коллег-гвардейцев. Ну, исключая хакера, конечно, он на гвардейца не был похож.

- Отправить тебя одну и без присмотра в город такого размера - все равно что учить щенят плавать, просто бросив в воду. Выплывут, не выплывут, - пожал плечами Идрис. - У нас с твоим отцом, очевидно, критерии добра несколько разнятся. Или, - прищурился Идрис, - он знает о тебе то, чего я не знаю и что ты боишься мне рассказать. Извини, но обманывать ты не умеешь, Маэв. Маэв снова пожала плечами, подвинулась и принялась за еду. А так как за едой разговаривать нехорошо, то и она молчала, уткнувшись взглядом в тарелку. Обманывать она действительно не умела, знала об этом прекрасно, значит ей только и оставалось, что молчать.

- Все равно, отправлять тебя одну и без присмотра в крупный город, не самый хороший способ знакомить юную девушку с большим и не слишком добрым миром, - не сдержал осуждения в голосе Идрис. - Чего ты боишься? Маэв обезоруживающе улыбнулась и спустила ножки со скамейки, после чего чинно сложила ладони на коленях. - Юные девушки не заслуживают знать истинного положения вещей? Он хотел мне добра. - она пожала плечами, и сдула рыжую прядь, попавшую в глаза. - Боюсь? Вовсе я ничего не боюсь. Мне только не нравится, когда вокруг меня слишком много людей, это правда.

Допросная - Алекс был моим другом. Я ему верил. Мистер О'Коннелл взял себя в руки и вернул свой стул на место, чтобы снова сесть напротив и закончить этот разговор на еще более неприятной, но к сожалению, необходимой ноте. - Не был. - холодно заметил инквизитор. - Другом он тебе не был. Во-первых, так с друзьями не поступают. А во-вторых... Кузнец выпрямился на стуле, слегка увеличивая дистанцию. Это получилось у него неосознанно. Точно так же, как без его на то желания всплыла в голове статья, за которую всего лишь шестьдесят лет назад просто вешали, а сейчас гуманно отправляли на каторгу. Прямая линия губ брезгливо надломилась. Алекс был той еще циничной сволочью, если не погнушался играть на такого рода чувствах к себе... Впрочем, не похоже, что Братство особенно щепетильно относилось методам, позволяющим достичь цели, да и дальше молчаливого поощрения безоглядного доверия дело, похоже, так и не зашло. Лично Патрик с подобными неуставными отношения до сих пор не сталкивался. Может быть, мораль Инквизиции была выше, может быть, сам он был достаточно силен и буен для того, чтобы его реакции опасались, а может просто повезло. Такие вот разговоры "по душам" досаждали тем, что иногда узнаешь о людях то, что совсем не хочешь знать. - Не говорил, - отрицательно покачал головой Джек. - Я и сам не знаю, меня приводил туда Алекс, с завязанными глазами. Это точно под землей, наверное, какой-то старый склеп или церковное убежище. Там красиво, цветные витражи, скульптуры ангелов, есть уютные альковы, где можно поговорить наедине. Вход в гараже, в одной из мастерских. Алекс завязывал мне глаза, а потом что-то скрипело и скрежетало. Наверное, потайной ход. Пожалуй, гараж стоило обыскать незамедлительно. Может быть, там остались какие-то следы. - Альковы, говоришь.. - задумчиво пробасил он, пронизывая своим неприятным взглядом юношу, сидящего перед ним. Частенько взгляд этот заставлял людей отводить глаза, даже если их совесть была чиста. Интересно, кто? Папаша, или кто-то из сослуживцев? Кто сделал с ним это? - Ты п-понимаешь, что тебя ждет теперь, Джек Миллер?

Допросная - Я не знал, Алекс мне этого не сказал. А когда утром я увидел у нее краешек инсигнии, то испугался и запаниковал. - Мы мало разговариваем на этих встречах, больше касаний, а те слова, что звучат, всегда тихие, чтобы слышал только тот, к кому обращаются. Но...я уверен, что трое точно женщины. Комплекция разная, но таких огромных, как вы, сэр, никого не было, да и не хромал никто, у нас с физподготовкой строго. О! Я вспомнил! Одна из женщин обращалась к Алексу и я случайно услышал, как он назвал ее "Арахна". И добавил, что, надо бы зайти к ней, в центр паутины, навестить. Я подумал, что это какой-то тайный разговор и дальше не слушал, простите. Это все, что я знаю, честно! - Незнание не освобождает от ответственности! - Патрик раздраженно, со скрипом, отодвинул стул, вставая и принимаясь ходить туда-сюда. Парнишка сам вырыл себе могилу. Его захотят убить. Возможно, очень жестоко. В назидание другим членам "братства". А если даже и удастся ему выжить под следствием, что дальше? Суд-каторга-могила где-нибудь на теплых Андаманских островах. Говорят, малярия и желтая лихорадка выкашивают там заключенных бодрее, чем сделал бы это сам Бледный Всадник. Максимум, при большой удаче, можно было бы постричь его в монахи и закрыть навсегда в какой-нибудь глуши. Не самый лучший выход, но... выбирать было особо не из чего. Так, по крайней мере, у него был шанс дожить до своего тридцатилетия. Вся жизнь к черту из-за этого ублюдка Алекса. - Не знал ты, что убивать человека можно только по п-приговоду суда, и когда его вина доказана? "Алекс сказал, что она опасна". Да мало ли что еще мог сказать Алекс?! - вспылил вдруг он, хотя далеко не всегда следовал букве закона. - Своей головой думать не п-пробовал? Инквизитор замолчал и еще с минуту прохаживался из угла в угол, словно волк в клетке. Остановился и подняв голову, зачем-то уставился в угол, где сходились плоскости двух стен и потолка. - Успокойся, я тебе верю. - он все повторял это слово "честно, честно!". Оно царапало уши, а Патрику нужно было сосредоточиться. Три женщины, остальные, вероятно, мужчины. Таких огромных, как он, нет. И Арахна. Это было что-то из курса по истории Древнего мира в семинарии. Ткачиха, чьему искусству не было равных, бросила вызов самой Афине Палладе. Богиня отличалась вспыльчивым нравом и оскорбилась. Ткачиха навсегда была превращена в паука, чтобы прясть свою паутину, не отвлекаясь на радости человеческой жизни. У него хватило ума понять, что это такая метафора. Увы, в метафорах инквизитор был не силен, и медлительный ум его отказывался понимать, какой еще паутиной окутан весь Орден. Но в любом случае, как сказал детектив Блэк, работаем с тем, что есть. А Арахна и ее паутина - это уже неплохая зацепка. - Так, где ты сказал, вы собирались?.. - уточнил он уже совершенно спокойно. Арестованный мог созерцать лишь могучую широкую спину, да затылок с корявым рваным шрамом, но не слишком долго, потому что во время ответа кузнец желал видеть его лицо. Ирландец прекрасно слышал, что по этому поводу бедняжка Джек не сказал ничего. И ему хотелось бы знать, от чего так?

- И чем это желание было продиктовано? - мягко продолжил расспросы Идрис. - Вообще, расскажи о своей семье, пожалуйста. Мой отец, к примеру, был лунный эльф, поэтому у меня волосы наполовину серебристые, это не седина. А мама - обычный человек, опытная травница. Маэв молчала, застыв в неподвижности. Ей нравилось, что тут темно, что больше никого нет. Довольно слабое, но подобие уединения леса. Можно закрыть глаза и представить, что вокруг могучие вековые стволы, надтреснутая, словно почва в засуху, кора на них заросла парчовым мхом. От старых листьев запах прелый и терпкий.. - Он сказал, я уже стала большая. - ее взгляд стал неуверенным, дикарка теперь держала голову прямо, но на Идриса избегала смотреть. - И я смогу вернуться через год. Если захочу. Рыжая вздохнула и замолчала.

- Зачем ты пристала к каравану в Сузаил? Тебя никто не встретил, тебе никто не нужен в городе и сам город тебе не нравится, - без всяких экивоков задал прямой вопрос Идрис. - Какая причина стронула тебя с места, заставила покинуть родной лес? - Я не хотела уходить. - обхватив себя за колени крепче, Маэв повела плечами, словно бы от прохлады. И сказала просто. - Это было желание моего отца.

- Расскажешь что-нибудь о себе, Маэв? Дикарка осмотрелась. Лопаты, вилы и грабли были ей по душе значительно больше, чем толпа людей в масках. Она села на скамью, прижала колени к груди и устроила голову на них поудобнее. Рыжие волосы волной накрыли зеленую юбку, карие глаза замерцали в сумраке. - Что? Что рассказать? - переспросила она, когда, наконец, переборола желание сразу сказать "нет".

- Я...я полгода уже в Братстве. Меня Алекс пригласил, сказал, что я выбран старшими товарищами. Это как особый круг посвященных внутри Ордена, я так горжусь...гордился, что меня выбрали. О той женщине...Алекс сказал, что она смертельно опасна и ее надо любой ценой убить при встрече, иначе возможно все, в том числе и новый Прорыв и даже фотокарточку показал. Но я не думал, что увижу ее так скоро, буквально на следующий день. И я растерялся. Мы раз в месяц собирались в Круг, но лиц других я не видел, знал только Алекса. Десять человек еще. Они тоже в Ордене, но я не знаю, кто, честно! - Эта женщина.. - Патрик немного склонился вперед и вкрадчиво произнес. - ..инквизитор, как и я. Черт бы побрал этого Грейвса! Грохнуть такого свидетеля... с Алексом можно было бы как следует поработать.. А тут, овечьи глаза и полнейшее детское недоумение. Ирландец с трудом подавил желание стукнуть себя по лбу. Еще восемь человек. И это только в Ордене, самом скрытном, таинственном и бла-бла-бла. А сколько их в Инквизиции? В Скотланд-Ярде?.. А он сидит тут с этим наивным мальчишкой, который, как баран, пошел на скотобойню за старшим товарищем- тем еще козлом. - Что за фотокарточка? Портретный снимок, по п-пояс, в полный рост? Держит ли что-нибудь в руках? Что за Братство? Где вы собирались? О чем говорили? Лиц ты не видел, хорошо, но рост, комплекция, голоса мужские/женские? Какие-то особенности речи, походки? Может быть, кто-то из них запинается, как я, или не выговаривает буквы? Хромает, дергает плечом?.. Огромные кулаки на спинке стула непроизвольно сжались. Опять эта чертовка Кларисса крутнула хвостом и с хохотом умчалась. Наверняка ведь ее ручные убийцы. - Давай, Джек, - с нажимом, немного сдавлено, продолжил О'Коннелл, изо всех сил выдерживая нейтрально-строгое выражение лица. - напряги память. Может, вспомнишь что-то важное.

- А что мне сделается? - Фрэнк, очевидно, не учуял подвоха. - Не я же из себя изображал Джекса Теллера. Жрать только хочется... Он рассеянно посмотрел через дорогу на вывеску продуктового магазина и повысил голос, перекрикивая шум проезжающих автомобилей: - Так что вы как хотите, а я в "Грязную луковицу". Совмещать приятное с полезным. - У меня как раз смена закончилась. Надеюсь, не возражаешь против компании? То, что луковица "грязная" как-то не возбуждало. Но, селяви, как говорят французы, выбирать не приходилось. Да и общество детектива, фигура и разрез глаз которого даже отдаленно не напоминали фигуру и разрез глаз мисс Юко, вряд ли могло порадовать Фрэнка. Но и у него выбора не было тоже.

- Какой же ты скучный. - Я в курсе, не поверишь. - хмыкнул Винс, проходя в квартиру и водружая завернутую в фольгу курицу рядом с самым дорогим, что было хакера, с компьютером. Он сел, но с экрана читать ему было, как видно, тяжело и детектив то и дело подслеповато щурился. Потом, словно бы что-то вспомнив, достал телефон и набрал номер кошачьего короля. - Фрэнки, дружище, как твое здоровье? - сочувственно поинтересовался голос из телефона. Мистер Джонс цинично пытался выяснить, способен ли Маккензи еще к труду на благо общества, и его, Винсента, лично. Или придется поднимать веки. ! Вузя

- Пойдём. - Маэв обвила руку охотника своими, словно виноградная лоза древесный ствол и прижавшись щекой к его плечу, прикрыла глаза.