julia37

- У тебя тут уютно, Винс, - вынесла наконец свой вердикт Мона, располагаясь на диване и оставляя кресло хозяину квартиры. Бывший коп, бывший агент, бывший... словом, этот эпитет можно было смело делать его позывным, показался из кухни со вскрытой ножом банкой консервов в руках. - Кружевной салфетки только не хватает.- усмехнулся детектив, плюхаясь в кресло. Замелькал каналами телевизор, включенный на самую минимальную громкость, во всяком случае, звук скребущей по консервной банке вилки перекрывал новости. - Там есть еще, бери, если надо. - толком не прожевав, мистер Джонс кивнул в сторону кухни, бросил взгляд на часы и чертыхнулся. Из кармана выскочила ручка-шприц. На секунду больной сморщился, но уколы были не так уж болезненны и более чем привычны.

Проклятый собор. 14:40 Результат оказался ошеломляющим, на алтарь брызнуло костяным крошевом вперемешку с кусочками мозга, залитыми кровью с характерным оранжевым отливом, а обезглавленное тело рухнуло на пол. Суровое лицо окропило чужими мозгами. Патрик брезгливо утер подбородок, и первым делом попытался оглушить ближайшего продавшегося, что с топором. Увы, даже удар могучей руки не сломил его сопротивление с первого раза, но инквизитор не оставлял попыток и в конце концов, когда разум врага сдался под натиском ведьмовства, резким грубым движением впечатал пленника лицом в пол, заламывая руки тому за спину. Щелкнули наручники, Патрик поднял голову, стоя на одном колене, чтобы увидеть - его будущая жена, несмотря на всю внешнюю хрупкость, способна внушать врагам страх, а ему - успокоение. Нет, он все равно не перестанет за нее бояться, но, по крайней мере, весомых оснований для этого у него будет значительно меньше.

Патрик иронии не уловил, будучи слишком уж зациклен на происходящем. В любом случае, венчание, которое, что греха таить, иногда и он представлял себе, должно было произойти не в этой церкви, а брак заключен - не таким священником и не в присутствии фальшивых прихожан. С чего бы доброму падре так кривиться при виде инсигнии? А ведь его, можно сказать, перекосило. Не удовлетворившись встречным сомнительным вопросом, Патрик решил для себя- вот он, враг. И прочёл молитву. С потолка полился жемчужный свет и декорации переменились во мгновение ока. У святого отца прорезались чудовищные когти, прихожане давно продали свои души дьяволу, образа оказались испоганены, а в потире плескались жабы. Инквизитор выхватил меч, лезвие которого необычайно ярко засияло. Такую наглость следовало наказать самым жестоким образом.

Церковь св. Петра. 14:40 Инквизитор первым толкнул тяжелые двери и шагнул в гулкий, таинственный сумрак храма. Замер. Пятеро прихожан, пристроившихся на скамьях, соблюдают благоговейную тишину, священник возжигает свечи у алтаря. На первый взгляд, обычная месса, но если приглядеться... Пламя свечей почему-то отливает зеленым огоньком, верный признак затаившейся поблизости нечисти, а некоторые из прихожан вовсе не так уж сосредоточены на службе. Они то ли утомлены, то ли чувствуют себя не в своей тарелке. Патрик поморщился. Издалека не получалось ничего толком разобрать. Он бросил взгляд на Кьяру, но и она не подавала никаких сигналов. Тогда, ирландец решительным шагом двинулся вперед, к алтарю, на ходу вытаскивая из ворота святую инсигнию и держа ее перед собой, подошел к священнику. - П-прервитесь, отче. - грудной бас несколько раз отразился от стен храма, инсигния замаячила в опасной близости от физиономии священника. - У Инквизиции к вам неотложное дело. Бесцветные глаза впились в фигуру падре. Как ни старался, Патрик так и не смог решить, кто именно из этих шестерых оскверняет церковь.

Когда все уселись, форд без лишней спешки тронулся с места, развозя поджигателей по более или менее тайным убежищам. Фрэнк крутил баранку молча, затем так же молча сунул ключи Винсу, дождавшемуся наконец воссоединения с честно оплаченным автомобилем, и с потяжелевшей сумкой за плечами двинулся к дому, буркнув на прощанье что-то, совсем не похожее на пожелание спокойной ночи. Распрощавшись с мрачными мужиками, мистер Джонс пересел за руль. Медленно и печально фордик покатился по ночным улицам, соблюдая все чертовы правила дорожного движения. Припарковавшись метрах в ста от дома, Винс запер авто, закурил и пошагал в одному ему известном направлении. *** Лисбурн-роуд находилась в опасной близости от городской больницы Белфаста. Возможно, старый и больной человек снял здесь жилье с умыслом. Возможно, это была случайность. В любом случае, однокомнатная квартира, тесная и ветхая, была до боли похожа на его жилье в Буэнос-Айресе. В прихожей при всем желании нельзя было разойтись вдвоем, как и на кухне. Верхний этаж был бы не самым лучшим выбором для горе-шпиона, если бы не надежная пожарная лестница за окном, выходившим в глухой двор. В комнате с трудом умещался довольно большой, старомодный диван, кресло, стол и шкаф. - Располагайся. - великодушно позволил Винс своей гостье, и пошел на кухню, разорять холодильник, в котором, кроме консервов и полуфабрикатов отродясь ничего не водилось.

- Рудольф никого не заметил. Мне кажется, этого фотографа в какой-то момент просто отозвали по неизвестной мне причине. А что, есть предложения, где мне провести ночь? Мистер Джонс пожал плечами в ответ. - Можешь переночевать у меня, если хочешь. - как нечто само собой разумеющееся, предложил он. Это могло бы звучать двусмысленно, но, почему-то, не звучало. Да и никого, кроме нее, детектив бы не позвал к себе домой ночевать. Все же, Мона была человеком проверенным в деле, так что в ее присутствии, даже Винсентова паранойя могла ненадолго задремать и дать поспать ему самому. *** - Держи. Спасибо за помощь, ты молодец, - протянула Мона приборчик хакеру, прежде чем сесть в "форд". - Сможешь посмотреть, что у них там на жестком диске? Может, накопаем что-нибудь интересненькое. - то ли начисто забыв о мимолетной перепалке, то ли не придав ей никакого значения, поинтересовался детектив у толстого соседа. - Мона, ты забирала.

Винсент взглянул на Мону, единственного человека в группе одного с ним роста, прищурил один глаз и, наконец, закурил. Теперь опасаться пожарной сигнализации не было никакого смысла. - Как думаешь, хвост, который ты сегодня зацепила, засветил твою гостиницу? Стоит ли тебе сегодня возвращаться туда? Детектив был глубоко убеждён, что от присутствия Моны, Фрэнка и кого угодно ещё, исключая, разве что, Михаила Архангела, его шансы выйти из штаба контрразведки своими ногами не меняются от слова совсем. Баланс сил в любом случае был слишком неравен. - О Брукс мы утром поговорим. - натянуто улыбнувшись, Винсент легонько хлопнул сослуживицу по плечу и отошел на несколько шагов, чтобы с грохотом опрокинуть ящик с коньяком. Потом ещё один. Тщательно облил вскрытый сейф и стеллажи. Чиркнула спичка и разлитый на полу спирт вспыхнул. *** Вскоре, с бутылкой, зажатой под мышкой, детектив в обществе Моны спокойно, но без лишних задержек проследовал в Форду. Нужно было отчаливать. Не вызывая подозрений излишней спешкой.

- Что ты за жмот такой, - поморщился Фрэнк, помахав Тесс на прощанье. - Давай еще поторгуйся теперь, нет бы вон с журналистки пример взять. Тебе что, так неймется что-нибудь сжечь? Ну так вон полный бар всякой дряни. Ладно уж, - он посмотрел вслед хакеру, который, набив защечные мешки, тоже уже отчаливал, - потерплю и вразумлю, заметано. Детектив сощурился еще немного больше и, вдруг, озлобился. Врет. Прямо к глаза врет. Даже не старается, гад! - Когда в следующий раз соберешься вешать лапшу мне на уши, потренируйся перед зеркалом подольше. - попытка сдержать раздражение не слишком удалась. (обман - провал, без степеней) - Может получится не так бездарно. Обманутый, можно сказать, в лучших чувствах, Винсент был твердо намерен спалить весь доступный кокс дотла, хотя бы ради того, чтобы проучить лгуна. - Хватит с тебя того, что есть. Выметайся. Я сам тут все закончу. - мрачный, словно Харон, диабетик, махнул рукой в сторону выхода. А ведь могли бы договориться.

- Друг обокрал, - проговорил он таким тоном, будто его интересовало нечто другое - например, что сегодня можно прикупить на завтрак в этой забегаловке, - я помог. - Обокрал?.. - рыжая заноза округлила глаза и прикрыла ладошкой рот. Что-то в ее поведении за последние дни изменилось, и это что-то могло бы подсказать жрецу, что вот так просто припугнуть ее и заставить замолчать уже не получится. Возможно, виной всему была отсутствующая борода. - Жрец обокрал храм. - Маэв хихикнула. - Какой кошмар.

- Когда будешь разговаривать с овчаркой, попроси ее за нас, чтобы она прикрыла на это глаза, - посоветовал вернувшийся с кухни Фрэнк. - И можешь заодно сказать своему Конолли, что я не буду возражать против набора клюшек в качестве награды за чистую работу. - Как только научу ее команде "сидеть" и "лежать", так сразу и попрошу. - съязвил детектив. Судя по рассказам о характере дамы, дрессировать ее определенно было опасно для жизни, а Винсент был убежден, что бесславная смерть еще не настолько заждалась его, чтобы просить у с таким трудом добытого контакта в разведке всякую ерунду, вместо того, чтобы сосредоточиться на деле. Конолли тоже наверняка будет в восторге от чистоты работы. - А вы оба можете сразу пойти и сдаться. Чистосердечное признание облегчает вину, это я вам, как краевед говорю. На месте Конте, он начал бы именно с того, что выяснил бы, кто внезапно после грабежа и поджога начал торговать халявным коксом. Очевидно же. - Так может, отдашь мне свой кокс? Килограммом больше, килограммом меньше, для спецслужб разница невелика, а мне деньги не помешают. - Тридцать тонн за кило, Фрэнки. - прищурившись, заметил детектив после недолгого молчания. - Ничего не треснет, а? Тут не только дочку с бывшей женой, тут целый детский дом можно было обеспечить до конца дней. - Килограмм. - предложил он. - Если улучшение твоего благосостояния откладывается, как минимум, на неделю. То есть, до тех пор, пока все они не разлетятся в разные стороны, как перелетные птицы. - И если вразумишь толстого на этот счет. В то, что у Маккензи хватит убедительных аргументов для любого, в этом детектив не сомневался. Возможно, как раз потому, что сам был практически лишен грубой силы, обладая лишь необходимым ее минимумом, присущим всякому представителю своего пола. Мисс Маклейн удалилась, не упустив возможности съехидничать над его недоверием. Увы, меньше оно от этого не стало. А на странные речи Троя вообще не счел нужным отвечать. В конце концов, на то он и бывший коп. К полиции все равно уже никакого отношения не имеет. И доказывать ничего никому не собирается.

- Слушай, я конечно все понимаю, принципы там, все такое. Но черт меня подери, давать пропадать такому количеству добра - это... - Он просто не знал как выразиться. - Иди отдай свою почку умирающему ребенку, меценат хренов, а кокаин уйдет со мной. - Слышь, ты, уставший от жизни циник, - огрызнулся Винс, вся эта ситуация начинала его откровенно бесить. - здоровья-то тебе хватит на долю твою? Потому что берешь ты его строго для личного пользования. Любая попытка продать его в таких количествах в этом городе, и, скорее всего, в этой стране, неизбежно выведет Конте, а значит и разведку, на нас. Понимаешь ты это? Мистер Джонс произнес последнее предложение нарочито громко, дабы услышал и Фрэнк, возвращающийся с кухни. - К тебе это тоже относится, громила! Оставалось лишь надеяться, что у обоих новоиспеченных барыг хватит ума придержать вещества хотя бы до конца следующей недели, когда закончится саммит. А там... черт с ними, пусть делают что хотят. - Не завалите все дело, черт бы вас побрал. Как оказалось, мотивы Винсента были не так уж похожи на совестливые страдания о добре и зле. Маклейн пересчитала бумажки. Детектива чмокнули в щеку: - Спасибо, Санта, - и предупредили: - Еще немного и ты превратишься в Гринча. Она порылась в многочисленных карманах, на свет божий явился коробок спичек, который и впихнули детективу в руку. - Мой вклад в дело борьбы с наркотиками, - гордо возвестила Тесс. - Джонс, как мне связаться с Олли? Сигарета выпала у Гринча изо рта. Винс пришел в себя только когда коробочек оказался впихнут ему в руки. Хоть и странно было полагать, что у заядлого курильщика не найдется, чем поджечь амбар. - Какого... черта? - предельно меланхолично вопросил детектив, подбирая с пола улику, на которой остались образцы его ДНК. - Впрочем, не важно. - на последний вопрос он ответил весьма уклончиво. - Что-нибудь узнаю, сообщу. Если вдруг Олли захочет связаться с мисс журналисткой, то Винс сообщит ему ее номер.

- Знаешь, Винни, - заявила она, - я думала-думала, но так и не придумала, почему вы с Моной мне так не доверяете. Видимо, просто не сошлись характерами. А я-то вам все прощаю... Тем не менее, я считаю, что ты еще не раз вспомнишь меня добрым словом, как человека , с которым было легко и приятно работать. Я тоже хочу двести фунтов. Носок обязательно снимать? Винсент снова закинул так и не зажженную, но уже всю обмусляканную сигаретку в рот и посмотрел на мисс журналистку с плохо скрытой неприязнью. - Господь воздаст тебе за смирение. - обнадежил он легкую и приятную в сотрудничестве даму. Нет, на самом деле, пока (пока) от Маклейн действительно была одна только польза. Просто мистер Джонс терпеть ненавидел, когда его звали Винни, и Тесс, что характерно, прекрасно об этом знала. Отсюда проистекало раздражение, не имеющее выхода. Детектив отслюнявил ей двести баксов без лишних разговоров. - Колпак и бороду забыл дома, так что обойдемся без носок. Веди себя хорошо в будущем году.

-Да всё с ними так, просто наш безбородый без бороды стесняется, а там главный жрец дворф! -Пояснила Наорми в шутку. Всё конечно же было намного сложней... - Что может быть так не так в фанатиках, мечтающих о полном контроле над людьми? - иронически подметил жрец, явно опуская причину, что буквально вчера он ворвался в этот самый храм и изрядно навел там шороху - это ведь так несущественно. - Вот именно. Маэв недоуменно взглянула на Наорми, но та, кажется, не имела ввиду ничего, сверх сказанного, физиономия Форлорна выражала полнейшее безразличие, а вот сам безбородый жрец выглядел слишком уж невинно. Друидка подозрительно прищурилась. - И что же ты натворил? - в упор поинтересовалась она у Сейма. Детское лицо с таким взрослым выражением на нем выглядело по меньшей мере странно.

С минуту Винсент смотрел снизу вверх на Фрэнка, слегка прищурившись. Что ж, никаких рычагов воздействия на гвардейца у него в самом деле не было. Особенно, после того, как с его подачи эти двое совершили тройное убийство. Детектив это понимал. Фрэнк тоже. Так что, оставалось лишь согласиться. - Со своей долей я сам разберусь. - безразличный взгляд скользнул по мисс Фернандес, которая шла по той же дорожке. Кокаин расползался в разные стороны, но теперь-то какая разница? Говорить что-то журналистке после беседы с Фрэнком было тем более бессмысленно. - Что ж, давайте заканчивать тут.

Физиономия детектива заметно помрачнела, хотя, казалось бы, куда уж больше. Он, наконец, вытащил чертову сигарету изо рта. - Ты что ли решил заделаться наркобароном? - поинтересовался он у Фрэнка, загребущие руки которого уже протянулись к очередной находке, по поводу которой сам Винсент не чувствовал никакой радости. Клуб - черт с ним, а вот за это могут и убить. - Положи-ка на место, будь добр. Мы здесь не за тем, чтобы барыжить дурью. - Амстердам повсюду, мать твою. - Санта уже сделал тебе подарок. Мистер Джонс выразительно глянул на автомат, покорно болтающийся на внушительном Фрэнковом теле. - Скоро он положит в твой рождественский носочек двести баксов и, если хочешь, пару бутылок приличного бухла. А это останется здесь.

Потерев пострадавший затылок, Маэв с минуту сидела спокойно, если не считать очередного, неприлично пристального взгляда на пострадавшую бороду. Впредь, она видимо так и собиралась разговаривать, глядя не в глаза жрецу, а в область подбородка. - А что не так с храмом Тира?.. - любопытство сгубило кошку.

Патрик смотрел ей в лицо с высоты своего роста, задумчиво изучая спокойные, скованные волей черты. Чуть удивленные дуги бровей, бледность щек... Взгляд сполз к рукам, вопреки обыкновению, неподвижным, потом вернулся к карте. Небо над головой с самого утра хмурилось, сизоватые облака слиплись, словно пласты сахарной ваты, но дождя все не было. - Церковь ближе. - подытожил он. - Пойдём сперва туда.

Кратким ответом рыжая не удовлетворилась. Она принялась ерзать на стуле, уронила ложку, подняла ее, стукнулась затылком о край стола... - А когда пойдём?..

- Наверняка в этом районе, но не слишком близко к святилищу, - ответила Ирисса спокойным тоном. Любой экзорцист учится держать себя под контролем, как бы не было тяжело. Его срыв всегда смерть кого-то другого и, возможно, не одного. Но это не значит, что они ничего не чувствуют. И потому в следующих словах Ириссы ощущалась тяжесть могильной плиты. - Среди убитых мной защитников святилища были только мужчины. Нужно найти этот приют. Патрик кивнул. Ему требовался свежий воздух. *** Тайерс-Террас. 14:20 (?) Карта, разумеется, нашлась. И через полчаса самого тщательного ее изучения выяснилось, что в указанном допрошенным призраком направлении, на расстоянии ста тридцати ярдов, в которые метаморфировали триста детских шагов, находится ничто иное, как церковь Святого Петра на Кеннингтон-лейн, идущец параллельно Тайерс-Террас, которая и была перекрыта силами Инквизиции. Кроме того, в районе был только один сиротский приют, на Кардиган-стрит, 27, на расстоянии немногим больше полумили. Что ж, Патрик мог сказать лишь одно, устраивать святилище в церкви было очень... умно. И одновременно очень рискованно. Искать в соборе стали бы в последнюю очередь, но с другой стороны, риск того, что нечистое почувствует одаренный служитель, весьма высок. - Куда? - он взглянул на мисс Бирн, делегируя полномочия принимать решение хрупкой экзорцистке. Впрочем, если та затруднится с выбором, всегда можно было ткнуть пальцем в небо.

Званый обед далее проходил в молчании, потому что возразить против нападок на пирожки было особенно нечего, да и не хотелось. А когда тарелка опустела, Маэв живенько так поинтересовалась. - Так куда мы сегодня?

Мисс Фернандес, после отключения сигнализации, легко справилась и с этой дверью, за которой оказался гибрид склада и винного погреба. Детектив заглянул под крышку початого ящика. Оттуда на него мутным боком блеснула бутылка дорогого коньяка. - Бухло. - задумчиво констатировал Винсент, перекинув дохлую сигарету из одного уголка рта в другой. Неужели такая чудесная бронированная дверь, двойная сигнализация только ради того, чтобы сохранить пусть и очень дорогой, но все же просто алкоголь? После десятиминутного блуждания между ящиками, мистер Джонс лишь подкрепил свои подозрения. Не только ради этого. - Здесь сейф. - сообщил он, пересчитывая патроны в своем трофейном Глоке. Вот он, корень зла. Он готов был поставить свою квартальную зарплату на то, что ирландцы именно ради этого их сюда и прислали.

Подвал проклятого магазина - Их было много, больше десятка. Приковали меня к алтарю, надругались, а потом пытали, пока я не умерла. Последний удар нанесла миссис Бранка. Зачем они это сделали со мной? Что я им сделала? ЗАЧЕМ?! - Кьяра, успокаиваем ее и отпускаем! Вместе! Давай! - отреагировала Ирисса, с ее ладоней все лился и лился свет, утишая ярость души и обещая ей покой. Теплое золото текло и текло от пальцев, мелькающих в очередном плетении. Заключительный пасс, словно целительница завязала последнюю петлю на кружевной ленте - и свет сосредоточился вокруг размытого силуэта. Утешающее, настойчивое объятие. Тише, Катарина. Все закончилось. Возвращайся. Все закончилось. Кьяра и ее сестра по дару упокоили несчастное создание, заставляли забыть обиду, которую нельзя простить, а в ушах инквизитора все еще стоял звон ее голоса. Гневный вопль: "ЗАЧЕМ?!" Со стен сошла потусторонняя изморозь, а Патрик все еще видел перед собой по-настоящему страшные черные глаза несправедливо обиженной души. Череп пронзило болью, инквизитор зажмурился, но подсознание, милосердно не тревожащее его ночами, на яву не стеснялось, и хлестало по натянутым нервам адским бичом задавленных в обыденности воспоминаний. Силуэты, один за другим, всплывали перед мысленным взором. Разные. Большие и маленькие, мужские и женские. Все, как один, неподвижные. Застывшие навсегда. Они всегда внутри его головы, там, где теперь останется воспоминание о Катарине, маленькой сироте, зверски замученной потерявшими человеческий облик людьми. И только одна фигура выбивалась из этого ряда. Ее, как ни старайся, не поставишь рядом с одаренной сиротой, с несчастными сестрами Хэмиш, со многими-многими другими. Ее ирландец не желал видеть более, чем других, но она всегда приходила. Тихая и неподвижная. Облеченная в женственную, нежную полноту, которой просто НЕ ДОЛЖНО БЫЛО БЫТЬ... не должно, но увы, было. Патрик натужно вздохнул и запястьем коснулся лба. Чертова галлюцинация стекающей по лбу крови. Преследовала его с тех самых пор. И только многолетняя выучка позволила ему спрятать постыдный страх в глубине выцветших глаз. - Сиротский приют, должно быть, п-поблизости? - тихо, очень медленно и членораздельно спросил он. Кьяра уже знала, что это значит. Извержение Везувия близко и лучше бы миссис Бранке быть уже мертвой, когда они придут за ней. Может, не стоило спрашивать ее об этом? Не стоило тревожить? Но теперь было поздно. Он знал ее имя. - Нам нужна карта.

Подвал проклятого магазина - Вы светитесь! Таким белым светом, очень красивым. А тетя справа как будто из янтаря! И...ой, - девочка повернулась влево и застыла, глядя куда-то за спину мисс Бирн. - Там сердце из огня. Грязное. Шагов триста. Оно меня тянет к себе. Тянет...больно! Пока экзорцистки занимались своим делом, Патрик пытался заниматься своим. Пытался не думать о том, что в потустороннем аспекте их фигуры излучают таинственный белый свет. - Катарина. - голос прозвучал несколько громче, напряженнее, чтобы заглушить страх и боль, снова приковать внимание к себе. - Слушай меня. - бесцветные глаза впились в оттиск души, инквизитор медленно и раздело произнес. - Кто убил тебя?.. Кто сделал тебе так больно, что ты оказалась здесь?

Подвал проклятого магазина - Катарина, сэр, - спокойно ответила девочка. - Вы не видели моего мишку? Миссис Бранка сказала, что я могу взять его с собой. Патрик помолчал. Манера речи и обрывки призрачной одежды на ребенке довольно однозначно говорили, что малышка была воспитанницей сиротского приюта. Значило ли это, что святилище следовало искать рядом со школой для сирот? Возможно. - Нет. - инквизитор вдруг немного смутился и зачем-то добавил ненужное по его мнению. - П-прости, но.. нет, мы не видели его. В следующую секунду он вновь был собран и беспристрастен. - Катарина. - имя прозвучало, как заклинание, и в целом, таковым и было. Всякое обращение к призраку следовало начинать с его имени. Так им проще было сосредоточиться. - Что ты видишь вокруг? Этот мир больше не был реальностью для нее. Все воспринималось иначе.

Маклейн, увязавшаяся следом за Джонсом, одобрительно похлопала того по плечу и поинтересовалась: - А это что у них, бронежилеты?.. - Есть "Глок" и "Браунинг", можешь забрать оба, я все равно предпочитаю нож, - улыбнулась Мона, протягивая отобранный у сторожа пистолет Винсу и кивая на лежавший на полу "глок". - Запасные обоймы я у них не нашла. Мистер Джонс вовсе даже неодобрительно посмотрел на распускающую руки даму и дернул плечом. Он достал сигаретку, приклеил ее к губе, но поджигать передумал, подозрительно глянув на потолок. Пожарная сигнализация тут была наверняка. Вздохнул. Пошарил в карманах убиенных. Глок забрал себе, а Браунинг вручил Моне. - Пригодится. Впрочем, кое в чем, они с мисс Фернандес сходились. Бронежилетик Винсенту тоже приглянулся. У него был такой. Испортился за давностью лет. Теперь вот будет новый. Некоторое время детектив ошивался по помещению. В кассе, внезапно, оказались деньги. Задумчиво пересчитав их, мистер Джонс решил, что раздаст всем сестрам по серьгам. В качестве премии. Выходило по двести баксов на нос. После такого откровенного грабежа, он вернулся к своим и теперь на пару с Маклейн пялился на бронированную дверь. - Винсент, как тебе дверь? - Хорошая дверь. Надежная. - несколько неразборчиво сказал он, потому что все еще держал незажженную сигарету во рту. - Трой, кажется, по твоей части. От двери расползались провода. Параноик Конте установил еще одну сигнализацию. Параноик Джонс незамедлил обнаружить ее.