julia37

Полагаю, от недели до двух. В идеале. Народу же еще нужно набрать человек 10 хотя б.

"Женись, несмотря ни на что. Если попадется хорошая жена, будешь исключением, а если плохая - станешь философом" (с) Сократ )) Судя по цитате, сам ее автор исключением так и не стал)

- Нет, - вполголоса процедил Гай, - на чай к Обвинителю. Я прочту молитву о смирении, потом вы с Пфеллом покажете карточные фокусы, а потом мы скажем ему, что он лживый двуличный ублюдок. - А неплохая идея... - пробормотал псайкер, бредя в арьегарде их грозной процессии, медленно, но неуклонно движущейся в сторону средней палубы. Про себя отметил, что молитву о смирении кое-кому в их компании точно следовало бы выучить. И применять почаще.

- Пойдемте отсюда. - В каюту? - вопросил Лем, преданно заглядывая в лицо священнику. Не то, чтобы он питал иллюзии насчет того, что ему удастся сразу заснуть, но прилечь уже хотелось.

- Здесь есть глазок, - Гидеон указал на соответствующую деталь двери, - Покажи ему побрякушки, может передумает. Меж тем, виноватый во всех смертных грехах псайкер скромно и очень тихо подпирал стену. - Я не брал. - прошептал он, качая головой. - У братца, наверное.

- Да идите куда ходите! - рявкнули за дверью. - Только спать не мешайте, Императора ради! - Может, и в самом деле, завтра придем? - кислым шепотом поинтересовался Лем.

Пришлось опрос удалить и сделать заново. Вроде открылся сезам)

- Так уж и не ходят, - встрял в разговор бледный, своим скрипучим голосом, - даже взглянуть не хочешь? А я попрошу Арти больше не стучать. Скажешь не интересно, пойду искать другого, ему и карты в руки. Арти. Лем посмотрел сначала на сестру, потом на псайкера. Снова на сестру и опять на псайкера. Вот и новое прозвище готово - можно огребать за дерзость по новой. Пока что кучерявый тесно прижимался к стене рядом с дверью и молча прислушивался к тому, что творилось за дверью.

Справочная информация

Грохот бронированного кулака о переборку мог разбудить не одну дюжину торговцев в округе. Сестра даже не думала никуда отходить, возвышаясь перед проёмом. Леман рефлекторно пригнулся. - Ну так-то зачем?! - зашикал он на громкую сестру. - Нам же не весь корабль перебудить надо! За толстой дверью раздалась возня и приглушенные ругательства. Затем до аколитов донесся страшно недовольный и сонный голос: - Эй, кого там еще?.. Псайкер приладился спиной к косяку, так, чтобы в случае стрельбы из-за двери, не сильно пострадать и сладким голосом пропел. - Клиенты, уважаемый. С ооочень выгодной сделкой. Откройте - не пожалеете. В конце концов, они же и правда собирались продать ему ту штуковину из каморки Ярна.

- Не хочешь нарушать сон честного торговца с упоминанием которого совершенно случайно связалась аквила Дария? - удивленно взглянул Арнеб, - Разбуженый среди ночи человек может быть гораздо разноворчивее выспавшегося. Постучим и отойдем? Если он сразу через дверь палить начнёт. - Я постучу! - подозрительно воодушевилась Артурия. Леман пожал плечами на обе реплики и демонстративно зевнул. Все-таки, время действительно было позднее. - Ну так стучи. Если мы будем стоять под дверью и болтать, он, чего доброго, сам проснется.

Ждем тебя, как и прежде) :teddy:

- Я не об этом, - решил пояснить бледный, пока аколиты всей толпой не начали ломать чью-нибудь дверь, - Вот с револьвером все ясно. А продирающимся через непролазные дебри с тесаком в руке чтобы принести слово Императора очередному дикому племени... - не договорил он, предоставляя Леману самому возможность представить Гая в такой роли. - Спасибо, - просто сказал Гай. Лем проводил ускоряющего шаги священника взглядом. Тот явно не горел желанием продолжать разговор. - Не вижу разницы между святым словом, принесенным с помощью револьвера и при помощи тесака. - он пожал плечами. На месте оказалось, что магазинчик уже закрыт. - Что, будем будить? Или подождет до завтра?

- Святой отец, а зачем вам ножи? - поинтересовался Арнеб,когда все спустились вниз и направлялись к следующей цели своего визита в трюмы. Сей предмет, которым было вскрыто письмо, был явно не кухонным и из снаряжения мирного священника несколько выбивался. Как, впрочем и бронежилет, - Доводилось воевать? - Наверное, зачем нам с тобой пистолет и меч. - Лем, который приобрел, наконец, более или менее естественный цвет лица, спустившись из квартирки Ярна, снова заскочил в бар. Там он аккуратно сложил во вверенный его попечениям конверт шесть лишних тронов, а священнический сороковник, который Гай, вероятно, в суматохе забыл, сгреб в кулак. - Часто ты видишь людей без оружия, братец? А Император не хватит никакого свободного времени, чтобы совершать чудо для каждого попавшего в беду верующего. Самому-то плошать не стоит. И немного помявшись, протянул святому отцу кулак с зажатыми в нем деньгами. - Я собрал там твои деньги. - было странно говорить это и вообще, чувствовать себя... казначеем что ли? - Ты, верно, забыл. Лишними не будут.

- К полудню этот Ульф уже будет знать, что его ищут. - возразил Лем.- И заляжет на дно. Если там, где он обитает, оно есть, конечно. Впрочем, спорить с пеной у рта не было ни сил, ни желания. Трудный был день. - Что ж, к торговцу, так к торговцу. Х

- Ты же нашел конверт, - пожал плечами Гай, не желая углубляться в эту тему. Псайкер моргнул. - Да. Конечно. - сложенный в четверо конверт скрылся в недрах потрепанной шинели. - Предлагаю выяснить это на месте, - ответил он. - Ярн мертв, допрашивать уже некого. Тут нам больше нечего делать, по-моему. - А как же этот Ульф Бритва? Если бармен не лгал, а мне кажется, он был слишком напуган для этого, то этот тип ошивался возле собора как раз перед убийством.

- Письмо писал посредник, - арбитр более не сторонился псайкера, но время от времени бросал в его сторону подозрительные взгляды, - А имечко это может кому угодно принадлежать - от их лидера, до... существа из варпа, - слово "демон" он произносить не стал. - Сказано "помни Его взгляд"... С чего бы такая формулировка? - Меня больше интересует, как он его прочитал. В наши дни не так-то легко найти человека низкого сословия, умеющего без проблем складывать буквы. - Пригодятся, - сказал Гай, пряча деньги обратно в конверт и возвращая его псайкеру. - Пусть послужат против тех, кто написал письмо. Лем с некоторой опаской принял конверт и держа его в руке, на некотором отдалении от себя, решил переспросить. - Ты отдаешь их на хранение... мне? - не то чтобы он был против, просто не ожидал.

- Странно все это. - Лем поднялся с колен и потер лоб пальцами. С драгоценностям в тайнике не прикоснулся. - Ему, кто бы он ни был, нужны сторонники на нижних палубах. Выходит, сам он засел на верхних? Забавно будет, если служителем этого самого... - произносить имя Кроаха вслух не стал. Испугался опять. - ... окажется кто-нибудь их этих. Обвинитель или вдова капитана... А что? Жуткая тетка. Что будем делать с деньгами, святой отец?

Сдержанно кивнув на странным тоном высказанную просьбу, арбитр сделал шаг в сторону, и теперь молча наблюдал за "прокажённым" псайкером. Лем злобно сощурил глаза. Хотел еще клацнуть зубами, но передумал. Опустившись на колени, он принялся совать в замочную скважину все ключи из связки по очереди. Похоже, им невероятно везло сегодня, но и тут один подошел. Лючок открылся. Внутри оказались какие-то драгоценности, псайкер плохо в них разбирался и запечатанный конверт. Он поднял его и попытался посмотреть на просвет. - Распечатаем?

Дуло указывало на кривоватый, но явно старательно выведенный рисунок - копию того, что только что вызвал переполох двумя этажами ниже. - Не прикасайся к этой дряни. - посоветовал псайкер, впрочем.. сестра, наверняка, и так не собиралась. Она ведь была такой благоразумной. Такой правильной! А самое главное, чистой. Следом по расшатанной после силовой брони сестры лестнице наверх поднялся Гидеон, и, стараясь держаться как можно дальше от Лемана, будто бы тот переносил какую-то смертельно опасную болезнь, вслед за Артурией принялся обыскивать жилище покойного еретика. Кучерявый, который занимался в основном тем, что жалел себя и следил, как остальные входят и принимаются обыскивать комнату, не преминул отметить забавную реакцию. Лицо его приобрело мстительное выражение. - Взгляните сюда, - Тарниус повернулся к коллегам-аколитам, и кивком указал им на находку. - У меня есть ключи. - раздалось непосредственно за спиной арбитра. Совсем близко. Лем буквально впился глазами в затылок Гидеона, с интересом ожидая, шарахнется ли тот в сторону от зачумленного и если да, то как далеко. - Отойди. - загробным голосом порекомендовал он. - Может, я открою.

Подопечный, меж тем, явно выражал желание учета и контроля избежать. Выйдя за дверь, он покрутил головой и совсем скоро уже лез наверх по ржавой, весьма ненадежной на вид лестнице. Преодолев положенное расстояние, псайкер потоптался на крайне маленькой площадке перед входом. Один ключ из связки подошел ко входной двери и кучерявый вошел внутрь, оставив ее открытой. Облезлые металлические стены не блистали роскошью, в отличии от странного тюфяка в углу. Видимо, это было что-то вроде матраса, обтянутого дорогим шелком. Этот предмет странно смотрелся на полу и вообще, в этой комнате, в остальном, обстановка соответствовала нижней палубе как нельзя лучше. Устало опустившись на жесткий табурет в углу противоположном, Лем прислонился к стене затылком и принялся ждать остальных. Должны же они были сюда когда-нибудь подняться?

- Ты там в порядке? - спросил он за стойку. Лем наконец выбрался из своего убежища и встал в полный рост. Кожа побледнела и даже приобрела интересный зеленоватый оттенок. Ох, правду говорят, меньше знаешь, крепче спишь. - Не хуже, чем обычно. - мрачно отозвался он, прочесывая пальцами легкомысленные кудряшки и, стараясь не глядеть никому в глаза, побрел к двери. - Нужно осмотреть его жилье. Сколько можно тут торчать? Двери достался сдержанный пинок и псайкер покинул помещение.

- Domine Imperator, dimitte nobis debita nostra, salva nos ab igne inferiori... - пробормотал Гай, снова складывая бумажку. Молитва оказалась очень кстати. Жаль только... помочь уже ничем не могла. Лем, сидя под стойкой, скрипнул зубами, после чего тщательно утерся тряпочкой. - Я нашел связку ключей в его кармане. Надо бы осмотреть жилище этого... этого... - накатила волна неописуемой удушливой злобы на мертвого бармена. Как будто это Ярн был виновен в его дурости. -... человека. - не без усилия закончил он. Х до 18.

Отыскав на столе тряпку почище, он протянул руку над стойкой и, не глядя, сунул ее страдающему аколиту. - Ну все, все, - сказал он. - Не торопись, спокойно. Через секунду или две малоприятные звуки повторились, но, кажется, организм уже заканчивал бунт. Бледная, с подрагивающими пальцами рука, показалась откуда-то снизу и сгребла такую необходимую тряпочку. - Я - идиот. - глухо и жалобно раздалось снизу, псайкер, судя по звуку, кашлянул и сплюнул во что-то металлическое. - Знаки не прикрытие. Похоже, мы столкнулись с настоящей ересью. Он помолчал еще немного и добавил совсем упавшим голосом. - Спасибо. - так сложилось, что кучерявый очень высоко ценил желание другого человека не повышать и без того перманентно зашкаливающий градус унижения его проклятой варпом персоны. - Спасибо, святой отец.