Перейти к содержанию
BioWare Russian Community
Karissima

ME team - работы

Рекомендуемые сообщения

(изменено)

fb_me_team.jpg


 


Специальная тема для работ - чтобы не терялись в обсуждении.


Изменено пользователем Karissima

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
(изменено)

Визитка команды. Сообщение будет редактироваться.

 

Адепты эффекта массы

h_1459670021_4619212_6574579685.jpg

«Progress cannot be halted. Evolution cannot be stopped».

 

О команде.

                Мы люди потому, что смотрим на звёзды, или мы смотрим на звёзды потому, что мы - люди? Сколько раз каждый из нас поднимал взор ввысь, к постоянно меняющей цвет глубине и задавался вопросом: что скрывается за нашим взором?

                Разглядывая одну из ярких точек в ночном небе, мы представляем себе звезду, которая не обязательно, но быть может похожа на наше Солнце. Только находится так далеко, что при всей своей скорости, свет от этой звезды долетает до Земли на протяжении миллиона-другого лет. Практически с приветом из прошлого.

                Быть может в безопасной близости от этой звезды есть планета, похожая на нашу Землю. И быть может на ней существует настоящая жизнь - не просто простейшие или активные белковые соединения, а самые настоящие наши братья по разуму.

                Мы не знаем сколько у них рук или глаз, и есть ли у них вообще таковые. Но, как и мы, они - дети сверхновых, звездной пыли занесенной на милосердную планету космическим ветром по чьему-то грандиозному замыслу. Как и мы, они прошли трудный путь эволюции и роста. И они сделали много ошибок, прежде чем научились правильно обращаться с доверенным им миром и с самими собой. Задаваясь вопросами, которые сейчас волнуют наше воображение, пройдя через уроки и открытия, в конце концов достигли того, чтоб не поморщившись называть себя «Цивилизацией».

                Неизвестно - будет ли возможность узнать - каких вершин достигли наши вероятные братья по поставленным вопросам. Потому что их солнце давно выросло и взорвалось, стерев из пространства практически всю образовавшуюся вокруг систему. Но цивилизация, о которой мы размышляем, десятки миллионов лет назад до этого события, смогла пройти через мертвый космос и обрести где-нибудь новый дом. Возможно, даже не один... далеко не один. А если нет, то она канула в лету вместе со всеми следами своего существования.

                Какое наследие достанется нам в таком случае? Яркая точка и наши размышления. Хотя то, что кажется нам звездой в небе в настоящем времени не существует, а глаз улавливает всего лишь до сих пор долетающий до нас свет из прошлого, который когда-то исходил от настоящей звезды, приютившей жизнь рядом с собой.

 

                Мы переводим взор на другую точку в ночном небе. На этот раз намного более яркую. Это уже не звезда, а галактика. Просто находится она на расстоянии еще более далеком, от чего мы и видим ее такой крошечной и мало отличимой от остальных точек. А ведь галактика состоит из миллиардов звезд со своими вероятными историями.

                И окинув общим взглядом эту россыпь звезд, туманностей и галактик на тёмной пелене. Осознав то, что куда большее их число мы просто не видим. Попытавшись представить масштабы окружающей нас вселенной, мы наконец понимаем - насколько безжалостно, ничтожно, малы мы сами.

                Нам бы впору загрустить, но почему-то от этого озарения перехватывает дух в загадочной эйфории.  А грустим мы лишь тогда, когда нас вынуждают оторваться от своих размышлений и думать о чем-то другом, например, о рутинных проблемах. Какое уж тут «Когда же мы построим первую исследовательскую станцию на Марсе и что-нибудь там найдем».

 

                Космос манит нас. Несмотря на опасности, который в себе таит. Побуждает мечтать, строить теории, затем - шаттлы... Ведь при всей необъятности вселенной, какова вероятность того, что тайна под названием «жизнь» зародилась лишь на нашей крошечной планете?

                Нам нравятся эти вопросы и ответы, которые хочется им дать. Нам хочется верить, что где-то там есть кто-то еще. Возможно, наш старший брат, более развитый и могущественный, способный поделиться своим опытом. А быть может не братья, а.… создатели? И как только мы узнаем воодушевляющую цель, ради которой были созданы, то все сразу станет на свои места.

                Но ввысь мы смотрим не только с надеждой, но и со страхом. Что если цель, ради которой нас вырастили вероятные создатели, нам совершенно не понравится? Какая-нибудь Жатва, эксперименты или банальное «потому что могли». И что если наши вероятные братья не только более могущественны, но и более порочны?

                Устоим ли мы перед угрозой порабощения или экспансии, или методичного истребления по причинам, которые нам не назовут? А быть может в далеком будущем мы сами станем для кого-то такой угрозой на правах лучшего положения...

                Но до этого еще так далеко, что может и задумываться слишком рано. Конечно, если только мы внезапно не найдем протеанские диски с данными. А пока наш максимум - отправлять мыльницы к Плутону и пару-тройку туристов на Луну с обязательным условием, что «Хьюстон» в процессе трижды наложит в штаны.

                Именно поэтому мы раз за разом возвращаемся в одну из грез. Исследуем ее, защищаем ее. Мы поднимаемся на борт вымышленного межзвездного фрегата, который вновь проведет нас сквозь пространство загадочного Млечного Пути в последний раз перед тем, как эффект массы перенесет нас в другую галактику.

               Мы – адепты эффекта массы.

              Запись бортового журнала. Примечание: Тренировочный полет экипажа завершен.

 

О вселенной.

h_1459671251_7801895_d5fcd15882.jpg

Мы все разные. По большей части незнакомые друг с другом. Но всех нас объединяет любовь к вселенной игры «Масс Эффект». Кто-то любит за потрясающего(щую)  коммандера Шепард(а), который(ая) может быть с любым лицом, характером и предысторией. Но главное сохраняется - это выдающаяся личность, протагонист сквозного сюжета всех трех частей и спаситель Галактики.Кто-то любит за боевку, как за одиночную - по ходу игры, так и за зажигательные командные вылеты в коллективной игре с реальными людьми. Кто-то за ярких и разнообразных персонажей - и врагов, и друзей главного героя. Кто-то за лучшую романтическую историю в его игровой жизни. Кто-то даже за то, что финал игры заставляется задумываться, строить теории, философствовать и обосновывать свой выбор в жарких совместных баталиях.То, что ему по душе найдет себе каждый.

 

Человечество издревле хотело дотянуться до звезд. Когда-то люди использовал их для навигации, строили целые религии для поклонения им, считали духами умерших, волшебными огнями, драгоценностями на небесном своде... Но мы не стоим на месте. Для изучения звезд и космического пространства основываются новые науки. Строятся шаттлы и станции. Научный прогресс принес новые знания. Теперь звезды - это облака горящего газа в бесконечной пустоте космоса, вокруг которых вращаются планеты, и кто знает, может быть, некоторые из них населены разумными существами. Кроганы, турианцы, азари, ханары, дреллы, волусы, ворка, кварианцы, другие выходцы с обитаемых планет... А иные расы потеряны навсегда и нам остается только наследие некоторых из них.

 

Путешествие на Нормандии расширяет границы восприятия мироустройства. Мы заслоняем собой Легиона в осознании того, что жизнь - это не обязательно органическая био-машина на основе углерода. Это наличие самосознания, души. Мы находим Торианина, рахни и понимаем, что преступление загонять в рамки понятие «разумная» форма жизни, так как разум в различных уголках галактики не обязан следовать образу мышления по нашему подобию.

 

Вселенная Масс Эффект - очень древний мир. Но это мир будущего, мир открытий и технологий, которые настолько удивительны, что можно процитировать третий закон Кларка: “Любая достаточно развитая технология неотличима от магии". Мир выдуманного, но все еще возможного будущего. Нулевой элемент, на котором базируется все технологии на основе эффекта массы, еще может быть открыт. Архивы древнейших цивилизаций, которые помогут человечеству долететь до самых удаленных уголков Галактики (и даже за ее пределы) за небольшое время, еще могут быть найдены на Марсе.

martianin4.jpg

h_1459710982_5305059_a1279faa4d.jpg

 

Может быть узел галактической сети ретрансляторов - ретранслятор Соль - просто еще не обнаружили искусственные спутники. И еще будут совершены прорывы в науке, технике, медицине, вооружении. Колонисты полетят на другие планеты строить города, еще будет основан Альянс систем.

 

Мы с вами сейчас только мечтаем об этом, а азари нашли уже нашли Цитадель - примерно тогда, когда на Земле родился Пифагор и правил Тарквиний Древний. В России устроили покушение на Александра II, а на Раннохе геты обрели самосознание и выгнали своих создателей кварианцев из родного мира. Мы играем в игру, а ханары уже спасают дреллов с их истощенной планеты. Где-то за пределами Галактики в темном космосе возможно таятся враги - Жнецы, уничтожившие своих создателей, которые наблюдают за развитием цивилизаций и ждут своего часа, чтобы прийти и уничтожить тех, кто слишком далеко ушел по пути прогресса. Но мы знаем, что Герой обязательно объединит Галактику и победит.

«Масс Эффект» - это история о человеке в космосе, о прогрессе, о взаимодействии разных народов, и, как бы там ни было, о движении вперед. О том, что врага можно побить разным оружием, но только вместе. Что очень разные, чуждые друг другу расы могут найти общий язык и спасти Галактику, потому что жизнь и ее разнообразие - это ценность, за которую стоит сражаться.

И кто знает, может быть в бесконечном разнообразии обитаемых миров однажды будет открыт еще один, под названием Тедас.

 

Над визиткой работали:

Название: DAO занят кемто другим :)
Девиз: Mor-Mor
Баннер: Mor-Mor
Тексты: DAO занят кемто другим :), ShatrisLerran, Shield
Видео: DAO занят кемто другим :)

post-24875-0-29303600-1459700821.jpg

post-24875-0-98504100-1459711564.jpg

post-24875-0-46682800-1459711570.jpg

post-24875-0-47924500-1459711775_thumb.j

Изменено пользователем DAO занят кемто другим :)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
(изменено)

1. h_1459648786_7045666_5f7a68a049.jpg

 

 

2. h_1459670021_4619212_6574579685.jpg

 

*

два варианта, пусть пока до вечера отлежатся, что-то из них выкину.

если кто-то будет тут пробегать и будет время - напишите  в чате, плиз,  вам больше нравится 1 или 2  или все  равно/разница не заметна -  это поспособствует обдумыванию какой из них оставить^^ )

 

 

народ, сорри, пока баннер на масс еффект тим (не потому, что  продвигать собиралась таким хитрым способом, хотя, посмотрела, по голосовалке два голоса за это название) а потому что сам пролез, ну и раз пролез, а времени в обрез - решила сначала его допилить, получился вообще не с тех капсов, с которых изначально планировала о.О >< 

 

я честно пыталась сначала сделать с нормандией, но на нее плохо не только слоган ложится (это ладно-то), но и текст компонуется. и пробовала сюда поставить название  еволюшн еффект тим на пробу, но оно слишком длинное

 

т.е. по факту баннер получился на mass effect team или mass effect brc team (может его, а? название площадки вроде как разбавляет немного уныние)

 

я еще попробую по-другому вмочить что-то с нормандией, но если за час не управлюсь, сорри.

 

UPD

 если будет me-team - сделала вариант из нормандии с ме-тим названием (в случае normandy team см. коммент ниже  https://www.bioware.ru/forum/topic/31171/#entry2922147 ),  подадим как сет (с нормандией баннер считаю дополнительным, если что), чтобы была одна работа от одного автора
h_1459671251_7801895_d5fcd15882.jpg
 
 
UPD 2
напилила по-быстрому типаобои из баннера, все в тот же сет, который теперь будет гордо называться "сет рекламных материалов"

ТРЕБУЕТСЯ ПОМОЩЬ, как тут верстается с  превью? >< (сорри, к утру моск вообще не работает, вчитываться и вдумываться нет сил)

h_1459662409_7115400_59f08c71fd.jpg

1366 x 768 пикс:

http://storage2.static.itmages.ru/i/16/0403/h_1459662319_6278144_2de2843e10.jpg

 

 

 

**************

я вот не осознала, надо ли к визитке шапку работ?

(и как там с голосванием, именно  в визитке? за визитку как целое  - или по работам авторов (и тогда шапки нужны)? )

 

 

 

общая шапка на все

 

Название: Evolution cannot be stopped
Автор: Mor-Mor

Задание: визитка (сет рекламных материалов команды: баннеры и обои)

Размер: баннеры 600 Х 180, обои 1366 х 768
Пейринг/Персонажи: абстрактный хьюман, техника и технологии

Исходники: скриншоты из тризера-трейлера к Mass Effect Andromeda (https://www.bioware.ru/forum/topic/30889/#entry2847717), 

скриншот ME2 с BRC, скриншоты из своих записей прохождения ME, скриншот оформления с официального сайта mass effect andromeda; фото коллекционной модели Normandy с BRC, фото M31 (Хаббл&NASA)

Примечание: Андромеда, жди нас! кто сказал "новые жнецы летят"?!

 

 

PS

Если решим, все-таки, называть команду Норманди-тим, то, считаю, ничего страшного, если в сете будет один баннер с нормандией и надписью норманди-тим (см. след коммент) а все остальное с надписью масс эффект - типа имелось ввиду не само название команды, а канон за который играем,   если что, впишу в примечание в шапке 

Изменено пользователем Mor-Mor

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
(изменено)

 с нормандией так и не сложилось в что-то нормальное, соответствующее и слогану и названию.

прямо скажем, к эволюции пристроить у меня с набега не получилось =(  

если будет норманди-тим не знаю ((( мне кажется, что композиция от Гвен и то более содержательная.

 

h_1459667200_5767315_7264e3c754.jpg

Изменено пользователем Mor-Mor

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Адепты эффекта массы

h_1459670021_4619212_6574579685.jpg

«Progress cannot be halted. Evolution cannot be stopped».

 

Христос воскрес, друзья! В этот праздничный весенний день "Адепты" порадуют вас несколькими работами на тему любви. Желаем всем хорошо провести майские праздники и надеемся, что труды ребят нашей команды будут вам по душе.

 

 

Название: Обними вечность
Автор: Paper Tigers
Задание: "Любовь не ведает преград"
Пейринг/Персонажи: Джейн Шепард/Кайден Аленко, Лиара Т'Сони/Джон Шепард

 

Рисунок

post-44860-0-54965300-1461968597.jpg

post-24875-0-78280100-1462091854_thumb.j

  • Like 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Название: TRUE SOULMATE
Автор: Mor-Mor
Задание: Любовь не ведает преград
Форма: диптих
Размер: обои 1920 х 1080 пикселей
Пейринг/Персонажи: фем!Шепард/Гаррус, фем!Шепард/Явик
Исходники: собственные скриншоты из игры, фото галактик M66 и M31 (Хаббл&NASA)
Предупреждение:
soulmate!AU, личные пристрастия автора при выборе персонажей (это мои любимые котаны и именно поэтому они здесь =^.^= )
Примечание:
примеряя персонажей Mass Effect к соулмейт-вселенной с ее особенностями (и в которой, вот уж точно, "любовь не ведает преград"), задумалась вот о чем:

если в рамках подобного кроссовера оставить возможность выбора парагон | ренегат - какие интересные повороты могут получиться, если выбор будет влиять на определение соулмейта!
Например, ситуация, когда у Шепард проявляются два, не до конца сформировавшихся, соулмейт-знака, один из которых по мере развития событий, в зависимости от выбора, становится полноценным знаком, ведущим к родственной душе, а второй пропадает/становится невидимым/переходит к Шепард из другого потока пространства-времени/etc.

И моя Шепард точно получила бы в парагонские ЛИ Гарруса, а в ренегатские - Явика, и они бы парагонили/ренегатили в таком тандеме с задором, размахом и лучами любви эвер.


А если уважаемый зритель не интересуется новомодными фикрайтерскими безобразиями - буду рада, если это пригодится хотя бы просто как картинка.


 

  • Like 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
(изменено)

Название: Исполнить мечту
Автор: ShatrisLerran
Задание: Любовь не ведает преград
Форма: комикс
Размер: 2 страницы размером 700 x 900 пикселей
Пейринг/Персонажи: Джокер/СУЗИ
Исходники: собственные скриншоты из игры, фотографии из интернета, 3D модели для XNAlara из открытого доступа

b5ee513bfbc49824f9a4221c53217efc.png

fe41477420c117ca366acb461e67a41f.png

Изменено пользователем DAO занят кемто другим :)
  • Like 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

У меня там где-то в инкубатор коуб валялся, может на внеконкурс сгодится

У меня там где-то в инкубатор коуб валялся, может на внеконкурс сгодится

В комиксе не вижу первую страницу, но я с телефона смотрю

  • Like 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Название: "Малютка-волус"

Автор: Doc. 69

Задание: "Любовь не ведает преград"

Форма: Хэндмейд

Использованные материалы: мамин носок :D, синтепон, холодный фарфор, акриловые краски, шнурочки, бумажки, клей, нитки

 

Раз

DSCN0754.JPG

 

Два

DSCN0741.JPG

 

И три

DSCN0760.JPG

  • Like 2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты

Название: Операция «Зловещий шкаф»

Автор: --Нажмите для просмотра--

В любой истории, где есть Несгибаемый Герой, время от времени случается что-то Неизбежное. Подобно щепке, угодившей в бурлящий водоворот, герой стремительно несётся в заранее известном направлении, увлекаемый потоком непреодолимых обстоятельств, и, если по пути ему не совсем отшибло мозги, постепенно осознаёт, что не столько совершает великие деяния, сколько позволяет им произойти. Это не значит, что спасение мира не требует никаких усилий и жертв — совсем наоборот! — но заявленная несгибаемость героя и его маниакальная сосредоточенность на достижении цели исключают свободу выбора, превращая жизнь Легенды в цепочку единственно верных решений.

Коммандера Джона Шепарда, не склонного к рефлексии, обычно не слишком беспокоил такой расклад. Для терзаний времени не было: чуть ли не каждый день выяснялось, что в каком-то уголке галактики спонтанно самозародился очередной злодей, всем своим существованием прямо-таки умоляющий, чтобы кто-нибудь пустил ему пулю в лоб. Шепард, как наиболее квалифицированный специалист по насильственной имплантации металла, первым откликался на этот отчаянный зов — и его всегда поддерживало ощущение правильности происходящего. В самом деле, вот опасный террорист (работорговец, вышедший из под контроля ИИ — список можно продолжать бесконечно), вот коммандер со штурмовой винтовкой; так ли сложно сделать очевидный вывод о том, что должно случиться дальше?

Однако настал момент, когда судьба полностью исчерпала запас комфортных неизбежностей и перешла к мучительным. Шепард пошатнулся. Гранит дал трещину. Капитан «Нормандии» заперся в своей каюте и выходил оттуда только затем, чтобы отдать необходимые распоряжения и проверить исполнение предыдущих приказов. Когда он удалялся в своей традиционно ураганной манере, дробно топая ботинками по металлу палуб, то, казалось, оставлял за собой инверсионный след из невысказанных угроз (в адрес Жнецов, разумеется) и предчувствия надвигающейся беды. К первому экипаж уже давно привык, а вот второе…

Второе появилось совсем недавно, когда Шепард «позволил произойти» событию, которое в новостных сводках с Кхар'шана именовали не иначе, как «геноцид батарианского народа». Более трёхсот тысяч колонистов в системе Бахак испарились в бушующем пламени сверхновой вместе с планетой, на которой они имели несчастье жить — и Шепард один нёс полную ответственность за случившееся.

На «Нормандии» стало тихо и неуютно. Команда пребывала в смятении — одни перешёптывались по углам, планируя поскорее смыться с корабля, другие предпочитали помалкивать, опасаясь вездесущей ИИ: неизвестно ведь, что взбредёт в её таинственные электронные мозги. Чаквас скорбно распечатала упаковку тёмных флаконов с надписью «Боярышника настойка», Келли после первой и единственной попытки оказать психологическую помощь коммандеру подозрительно притихла, а корабельный повар-ассенизатор Гарднер, по привычке потирая лоб рукавом, то и дело бормотал себе под нос: «Ну и дела». Готовность капитана «делать всё необходимое для победы над Жнецами» оборачивалась какой-то совсем уж зловещей стороной.

«Нормандию» даже посетил сам адмирал Хакетт, лично велев Шепарду явиться на Землю, чтобы предстать перед строгими, но справедливыми ликами трибунала.

— Надевайте свой парадный мундир, — сказал он тогда, — и ждите вызова.
— Но у меня больше нет мундиров, — развёл руками Шепард.
— Раздобудьте, — лаконично ответил адмирал и был таков.

Шепард раздобыл. Это заняло у него ровно одну неделю: первый день ушёл на поиск и покупку похожего одеяния в магазине маскарадных костюмов на Цитадели, а остальные шесть были заполнены экспресс-курсом по кройке и шитью, а также миллионом проклятий, сопровождавших каждый этап приведения непокорного мундира к уставным стандартам. Получившийся монстр Франкенштейна от мира одежды натирал и жал даже там, где не мог этого делать теоретически, а выглядел всё равно немного фальшивым. Джон, однако, результатом был удовлетворён.

«Я уже и солдат Альянса немного фальшивый, в конце концов», — подумал он.

Эти хлопоты помогли скоротать время до момента, когда пришло письмо от командования Альянса. Написанное чудовищным канцелярским языком, оно пыталось донести до адресата нехитрую мысль, что он, адресат, в узких кругах известный под именем Шепард, обязан явиться в Комитет Безопасности в Ванкувере, вооружённый зубной щёткой и готовностью к чистосердечному признанию во всех своих многочисленных грехах. Неизвестный штабной офицер ухитрился вместить всю бездну смыслов всего-то в две страницы, что свидетельствовало об его молодости и неопытности.

Делать было нечего.

— Через час мы отправляемся на Землю, — объявил коммандер по внутренней связи. — Я хочу поблагодарить команду «Нормандии» за первоклассную работу. Для меня было честью служить на одном корабле с вами, пусть он и принадлежал раньше «Церберу». Но я не могу — и не стану — требовать, чтобы вы следовали за мной теперь, когда нам противостоят не Коллекционеры и Жнецы, а политики Альянса и Батарианской Гегемонии. Их, к сожалению, я взорвать не могу. Каждому из вас было занесено на счёт денежное довольствие за два месяца. Используйте его, чтобы выбраться с Цитадели и вернуться домой. Или к Призраку под крыло, если угодно. Это ваш последний шанс не влипнуть в неприятности — небольшой шанс, но ничего лучшего я предложить не могу.

Кое-кто внял рекомендации Шепарда, но остальные — почти вся команда — остались. Лучше всего настроение экипажа (и неугасимую веру в капитана) выразил Джокер, который, естественно, отказался вылезать из пилотского кресла.

— Если я оставлю вас одного, шкипер, — произнёс он, криво усмехнувшись, — вы с СУЗИ по пути случайно начнёте галактическую войну, победите и заставите Жнецов платить контрибуцию. А я хочу быть поблизости, когда Совет приползёт сюда на коленях с кучей медалей.

***

— Должен вам сказать, коммандер, — говорил Хакетт, сидя в своём кабинете за дубовым столом, усыпанным бумагами, — я рисковал, полностью полагаясь на ваше обещание явиться по первому зову. Но это был оправданный риск. Я хочу командовать офицерами, для которых данное слово — не пустой звук, а чтобы найти таких, иногда нужно быть неосмотрительно доверчивым.
— Язык мой — враг мой, — Джон трагически вздохнул.
— Особенно теперь, — осадил его адмирал.

Невозмутимый голос Хакетта не изменился ни на йоту, но Шепард интуитивно уловил ударение на слове «теперь» и малость пожух.

— Нам пришлось сдерживать настоящий шторм, — продолжал адмирал. — Очень многие почуяли возможность заработать кое-какой политический капитал на этом деле. Одни собираются защищать вас до последнего вздоха, другие — будут просто счастливы сделать вас на голову короче.
— И на какой стороне вы, адмирал?
— Я посередине.
— Звучит обнадёживающе, — на лице коммандера явственно проступила сардоническая усмешка.
— Поверьте, это лучше, чем полагаться на милость оппортунистов, которые за кресло в сенате или где повыше родную мать продадут. У вас множество искренних сторонников, даже если порой вам так не кажется, но им сегодня приходится нелегко. Батарианцы жаждут крови.
— В чём же проблема? Дайте им крови, донорская программа в Альянсе работает замечательно, — попытался пошутить Джон.
— Я бы попросил вас прекратить клоунаду, коммандер, но подозреваю, что вы, как человек флотский, в цирке никогда не были. За ненадобностью.
— И в зоопарке тоже, — радостно подтвердил Шепард.
— А вот в этом сомневаюсь, — адмирал ненадолго задумался, после чего продолжил: — Как бы там ни было, немедленная опасность вам не грозит. Ведётся расследование, и продлится оно ещё долго. Без суда и вынесения официального приговора вы не заключённый.
— Я слышу здесь «но».
— Посол Гегемонии потерял дар речи от ярости, описывая все казни, которым вас собираются подвергнуть. Тогда он начал рисовать картинки. Я на флоте провёл большую часть жизни и многое повидал, коммандер. Но впервые мне встретился батарианец с таким талантом к живописи и пугающе богатым воображением. Если мы заставим посла ждать официального заявления от дипломатического корпуса Альянса ещё неделю, он объявит охоту за головами. Если же мы скажем, что подозреваемый в акте геноцида офицер пойман и содержится под наблюдением…
— Стало быть, мне уже сейчас начать привыкать к полосатой одежде, сэр? — с деланной безмятежностью поинтересовался Шепард.
— Обойдёмся без этого. Я не допущу, чтобы первый Спектр-человек спал на подушке толщиной с палец дистрофика и довольствовался ведёрком.
— Ведро — это не страшно, — продолжал хорохориться коммандер. — Ведро я как-нибудь переживу.
— Вы уже давно служите под моим началом, Шепард, — отвечал Хакетт, — и должны бы знать, что художественные вольности — не мой стиль. Если б там было ведро, я так бы и сказал, но там именно ведёрко. Майонезное.
— О, — только и смог выдавить Джон.
— Не стоит недооценивать деморализующую мощь майонезного ведёрка, коммандер. Вы не поверите, скольких осуждённых оно сломало.

Адмирал поворошил бумаги на столе и вытянул папку совершенно затрапезного вида, из рыхлого желтоватого картона.

— Секретные документы запрещено хранить на электронных носителях, — пояснил он, отвечая на немой вопрос в глазах капитана. — Существует только один надёжный способ украсть бумажный архив целиком, и он включает в себя грузовой вертолёт.

Открыв папку, Хакетт сверился с содержимым первой страницы, на которой виднелась чья-то физиономия — в ней можно было распознать Шепарда, хотя и не без сознательного усилия, так как фотография была, как водится, неудачной.

— В вашем досье сказано, что на окраине Ванкувера у вас есть недвижимость.
— Было что-то наподобие, — вдруг улыбнулся Джон, как будто что-то вспомнив. — Я думал, её уже давно передали государству или вроде того.
— Внезапно выяснилось, что бюрократический аппарат не способен переварить восстание человека из мёртвых, — лицо адмирала ничего не выражало, но в глазах появился озорной блеск. — Скажем так: кое-кто кое-где услышал некоторые детали проекта «Лазарь», а я решил поделиться этой жизненно важной информацией со штабными. Они с тех пор и спорят, в какую категорию вас занести — «условно жив» или «относительно мёртв». Квартира осталась в целости и сохранности. Вы отправитесь туда и будете жить как обычный человек, пока длится расследование. Но вы не имеете права покидать пределы города, пользоваться экстранетом и другими способами связи с внешним миром. И по первому же сигналу обязуетесь явиться сюда в кратчайшие сроки.
— А пиво можно? — воспрянул духом коммандер.
— Безалкогольное, — строго ответил Хакетт.
Шепард обречённо опустил плечи.
— Ещё кое-что: завтра вас навестят представители Альянса под командованием лейтенанта Джеймса Веги. Насколько я знаю официальную процедуру, они должны будут исключить наличие прослушивающих устройств и запрещённых предметов. Это значит, что они для надёжности вынесут и уничтожат всё, не поддающееся стопроцентной проверке — мебель, книги, кухонную утварь, даже осевшую пыль. Необходимое для приведения квартиры в жилой вид они привезут с собой, но если вы дорожите чем-то из старых вещей — советую отдать их кому-нибудь на хранение. На этом всё. Можете идти.
— Есть, сэр, — откозырял Шепард. — Спасибо.

Выйдя из адмиральского кабинета, Джон постоял немного, что-то прикидывая в уме. Затем он активировал инструметрон и после нескольких попыток связался с Гаррусом.

— Скажи-ка, Гаррус, ты мне друг? — начал он, не размениваясь на такие мелочи, как приветствие. — Или даже так: друг ли ты мне?
— Кого надо убить? — спросил турианец, посмеиваясь.
— Зачем же убить… Мне просто нужна дружеская поддержка.
— Ты что-то темнишь, Шепард. Если б я ещё был полицейским, то задержал бы тебя до выяснения. Давай-ка выкладывай всё начистоту, у меня всё равно следующие полчаса заняты. Орудие не откалибровано, сам понимаешь.
— И скотина не кормлена, — в тон ему ответил коммандер.
— Какая скотина?
— Крупная рогатая, — охотно объяснил Шепард. — Никаких калибровок. Всё равно корабль завтра отнимут. Тащи себя в Ванкувер, возьми такси, точный адрес сейчас вышлю. Винтовку с собой не бери.
— Хоть пару гранат можно?
— Одну, — строго ответил коммандер. — Да и то только потому, что ты параноик и всё равно её возьмёшь. Если нас полиция остановит — я тебя не знаю, случайно спутал с другим, мирным канадским турианцем.
— Иногда мне кажется, что после ракеты в голову у меня исказились представления о дружбе, — с напускной обидой протянул Гаррус. — Так уж и быть, выезжаю.

***

— Значит, это твоё жилище, ха? — стараясь не тревожить пыль, Гаррус прохаживался по небольшой квартире-студии и разглядывал фотографии, намертво приклеенные к облезлому пластику на стенах, расцветка которого когда-то должна была имитировать дерево.

Джон, восседая на потрёпанном диване перед кофейным столиком, кивнул.

— Мой дом — твой дом, и всё такое, — важно изрёк он.
— Я-то всегда думал, что ты родился на корабле и погулять выходил прямо в открытый космос.
— И мама повязывала мне шарф поверх скафандра, потому что слышала, что в космосе температура — абсолютный ноль, — капитан слегка прищурился. — Недалеко от правды, в общем-то. Я жил на Мендуаре, природа там суровая. Кое-где пыльные бури, кое-где — ядовитые растения, местами даже ядовитый воздух. Без скафандра можно, однако лучше в нём. Но место было хорошее. А потом прилетели пираты.

Повисла неловкая пауза, в течение которой Джон разглядывал точку на невидимом и очень удалённом горизонте, а Гаррус лихорадочно подыскивал слова.

— Обставлено по-туриански, — с преувеличенным энтузиазмом похвалил он, как следует откашлявшись. — Очень утилитарно. А из окна открывается прекрасный вид на две жилые башни, радующие взор своей одинаковостью.

Упомянутое окно было основательно запачкано, засижено мухами и размером скорее походило на амбразуру, а за пышным термином «утилитарно» без особого успеха скрывался тот факт, что квартира более всего походила на замусоренную холостяцкую нору (коей, собственно, и была). Поэтому Шепард даже не попытался приглушить скептицизм, который сочился из него, как мазут из дырявой бочки.

Гаррус опустился в старое продавленное кресло, неловко поёрзал, пошевелил мандибулами и наконец тяжко вздохнул.

— У турианцев не принято ругать чьё-то жильё, — с виноватым видом сказал он.
— У людей тоже есть такое правило. Ты ведь на самом деле хотел сказать, что я жил в паршивой дыре? Так оно и есть, чего уж там. Но когда-то я был мальчишкой, корабля мне ещё не доверяли, а потому нужен был дом… Здесь была крыша, чтобы под ней ночевать, и пол, который трясся под ногами моих друзей из академии, когда я их сюда приглашал, — Шепард усмехнулся. — Сосед снизу постоянно вызывал полицию, и каждый раз список наших грехов становился всё длиннее, но в конце всегда было ошеломляющее заявление, что мы нюхаем толчёный мел.
— Почему мел?
— Откуда мне знать, я ж не сумасшедший, — ответил коммандер, но под испытующим взглядом Гарруса поправил себя. — Не настолько сумасшедший. В здешней полиции тоже душевнобольных не водилось, зато у них было полно проблем с теми, кто нюхал всё, кроме мела. Так что они по-быстрому спихивали вызов на военных полицейских, а те уже знали, откуда ветер дует, но отреагировать были обязаны. Как сейчас помню — приезжает лейтенант Альфредо, здоровый такой бородач, смотрит на меня с укором и спрашивает — а голосом он мог бы корабли останавливать: «Опять мел нюхаете?» Я ему: «Да, нюхаем и в газировку подсыпаем для терпкости». А он: «Вы тогда потише нюхайте, а то я уже казённый джип весь износил, каждый раз к вам выезжая». Хороший был мужик.
— И долго ты жил здесь? — поинтересовался Гаррус, аккуратно подцепляя со стола какую-то книгу.
— Не очень. Всю учебку и потом ещё года два. В воспоминаниях здесь не было настолько… — Шепард поискал нужное слово, не нашёл и поморщился. — В общем, когда я представлял себе, как вернусь домой после всей этой истории со Жнецами, то это «домой» привлекало само по себе, без связи с реальностью. Ещё Эшли сюда хотел привести, с гордостью показать ей бардак моей юности.

Джон фыркнул и махнул рукой.

— А ты прилетай на Палавен, — внезапно предложил Гаррус. — Я не я буду, если не выбью из примарха статус почётного гражданина для тебя. Жильё прилагается. Если кто будет тебе говорить, что турианская архитектура — это искусство строить дома из бракованных деталей для дредноутов, не верь. Так мастерски обыграть все многочисленные острые углы могут только наши архитекторы.
— Я подумаю, — туманно ответил Шепард, пытаясь представить себе дом из одних острых углов.
— Ты увлекался аэрокарами? — спросил Вакариан, указав на книгу, пестревшую иллюстрациями с разнообразными летательными аппаратами.
— Ага.
— Но книга открыта только на третьей странице, дальше листы ещё даже склеены.
— Ерунда, — бросил Джон, — я уже на третьей странице всё понял. Я сообразительный. Ты разве можешь сказать, что я плохой пилот?
— Если б мог, то эти слова пришлось бы вычеркнуть из моего некролога. По понятным причинам, — Гаррус положил книгу обратно на стол. — В следующий раз я поведу.
— Нет в тебе духа авантюризма.
— Ты моего духа авантюризма немытыми руками не касайся.
— Какой привередливый дух.
— Это уж какой есть. У моего народа с авантюризмом всегда было туговато, — Гаррус по-птичьи наклонил голову и внимательно посмотрел на коммандера. — Ты бы объяснил лучше, зачем мы здесь.
— Я должен был сдать тебе на хранение ценные вещи, предположительно имеющиеся среди всего этого барахла, — истончившимся голосом объяснил Шепард. — Как доверенному лицу и верному другу.
— Обещаю неусыпно стеречь всю пыль, которую сегодня на себе унесу, — торжественно провозгласил турианец. — Гарантирую, что на неё никто не покусится.

Джон промычал что-то невразумительное, неожиданно пронзительным взглядом буравя пространство за левым плечом друга. Казалось, что он внезапно обнаружил у себя в квартире наёмника из «Затмения» или таящегося в кухонном шкафчике Призрака. Повернувшись, Гаррус увидел объект напряжённого внимания Шепарда.

— Это холодильник, — констатировал он. — В нём хранят еду. На Палавене тоже есть такие штуки, и они вроде бы не кусаются.
— А есть ли на Палавене забывчивые капитаны кораблей, которые на несколько лет оставляют полный холодильник еды без электричества?
— Такие встречаются нечасто, — признал Вакариан, и тут его осенило: — Погоди, Шепард, уж не боишься ли ты его открывать?
— До чёртиков, — не стал запираться отважный коммандер. — Помнишь Торианина? Зелёную такую тварюгу на Феросе? Я почти уверен, что второй такой эволюционировал из плесени и прочей биомассы прямо у меня в квартире.
— Да ну, это же просто…
— Я знаю! Знаю! Но чем больше об этом думаю, тем страшнее становится. Хаски мне прямо в лицо дурными голосами орали — не боялся. Под пулями бегал, будто под дождиком — ничего. Да что там, я Жнеца на расстоянии вытянутой руки видел. А это… — Джон с бессильной яростью простёр руку в сторону холодильника и принялся бродить взад-вперёд, словно тигр в клетке — не пересекая границы, пролегавшей в двух метрах от его персонального кошмара, Немезиды в обличии безобидного предмета бытовой техники, таившего в своём мрачном нутре ужасный секрет.

Гаррус с неподдельным интересом понаблюдал за эволюциями Шепарда и, выдержав театральную паузу, сказал:

— А давай его взорвём. Нет холодильника — нет проблемы.
— Чем? — жадно спросил коммандер, на время утративший способность здраво мыслить.
— У меня есть граната. Ты сам сказал — одну взять можно. Только забыл уточнить, какой мощности. Это оборонительная граната высокой мощности, Шепард. Торианин там или королева рахни — мы их на орбиту этой штуковиной запустим.
— Вызывай Джокера, пусть организует челнок. Я знаю один неплохой пустырь неподалёку. Надо только закрепить дверь изолентой, чтоб не открылась. И спустить его, — Шепард окинул холодильник неприязненным взглядом, — с девятого этажа.

Турианец, до сего момента откровенно наслаждавшийся ситуацией, вдруг осознал, что на роль одного из носильщиков капитан походя назначил его, и исторг вопль, полный отчаяния и тоски.

***

Если бы кому-то взбрело в голову отправиться за город и пройтись по ничем не примечательной равнинной местности, усаженной пучками пересохшей серой травы, то взору этого любителя прогулок в центре нигде открылась бы прелюбопытная картина. Человек и турианец, кряхтя и поминая абстрактную мать, сгибались под тяжестью обыкновенного холодильника, к дверце которого была прикреплена внушительного вида боевая граната. Чуть вдалеке с абсолютно серьёзным лицом, какое бывает у людей, внутренне разрывающихся от неудержимого хохота, стоял третий участник странного ритуала — небритый, в бейсболке и заметно сутулящийся; в правой руке он осторожно держал пульт детонатора. Чуть в стороне от этой сцены возвышался челнок военного образца.

— Первая фаза операции «Зловещий шкаф» успешно завершена, — сказал Джокер (а это был, конечно, он), когда запыхавшиеся Шепард и Гаррус удалились от холодильника на безопасное расстояние. — Разрешите приступать ко второй, сэр?
— Дошутитесь вы однажды, лейтенант Моро.
— Но не сегодня, капитан.
— Это точно, — вздохнул Джон. — Не сегодня.

Коммандер явно медлил, чего с ним никогда не бывало. Джокер отложил детонатор и неспешно подошёл к Шепарду, лицо его приобрело выражение собранности и проницательности, с которым курсант Джефф Моро когда-то начинал каждый день и из-за которого подвергался насмешкам — за избыточную серьёзность.

— Знаете, чего я больше всего боялся в лётной школе? Не того, что компенсатор инерции чуть-чуть забарахлит, и мне перемелет все кости. Не того, что я не справлюсь с учебной программой. Мне почему-то зашло в ум, что на церемонии выпуска я споткнусь и приземлюсь на задницу, и все это увидят, и для них я буду не «стеклянным парнем, который стал пилотом», а «тем чудиком, который упал». Они никогда бы не сказали такое вслух при мне, но каждый на курсе хотел, чтобы я ошибся хоть в чём-то, чтобы был хоть один пример того, как Джефф-Джокер-Крекер-к-Чаю оскандалился. Тогда было бы не так стыдно, что я их всех обставил. Когда я рассказал об этом дома, моя сестрёнка, Хилари — она тогда совсем ещё маленькая была — подошла и сказала: «Я помогу тебе встать». И я перестал бояться.

Сказав это, Джокер снова принял хитро-ироничный вид и добавил:

— А мораль истории в том, что мы предоставим коммандеру Шепарду спасать нас от больших страшных чудовищ, а для себя оставим что попроще — будем помогать шкиперу встать, когда он плюхнется на задницу.

Шепард медленно кивнул, и тяжёлая складка у него на лбу разгладилась. Уверенным шагом он прошествовал к холодильнику, открыл дверцу (декстроаминокислотный Гаррус затаил дыхание), обозрел внутренности злокозненного пищехранилища и сухо резюмировал:

— Видал я и похуже. Но всё равно взрывай: не зря же мы сюда тащились.

Когда коммандер вышел из зоны поражения, Джокер активировал детонатор. Мощный хлопок ознаменовал конец холодильника — и окончательную гибель иррациональной фобии Джона Шепарда.

Он не обернулся, разумеется. Крутые парни не смотрят на взрыв.

Название: Эл-Дар

Автор: --Нажмите для просмотра--

Глава первая


Когда Эл-Дару было одиннадцать лет, он написал по-настоящему дерзкое сочинение, повлёкшее за собой череду скандалов. Темой он избрал конфликт кварианцев и гетов, а назвал работу по-детски просто: «То, с чего всё началось».


В своем небольшом опусе маленький житель Мигрирующего Флота написал, что вина за позорное изгнание из их собственного мира лежит на самих кварианцах. Они создали гетов, они, пусть и не намеренно, взрастили внутри них сознание. Но вместо того, чтоб воспитывать своих созданий, подавать им пример, как детям, кварианцы испугались и проявили враждебность, которая повлекла за собой геноцид новорожденной расы. Геты, глядя на кварианцев, словно на обозлённых родителей, вынуждены были хотя бы частично перенять их агрессию чтобы выжить. «По крайней мере, они не бросились в погоню, чтобы убить всех, как это делали мы. Они просто выставили нас взашей, чтоб быть в безопасности», - писал Эл.

В своем сочинении Эл яро критиковал тот факт, что кварианцы напали первыми из-за глупого страха. В глазах ребёнка, ещё маленького, но мыслящего ясной головой, всё это выглядело ужасающе неправильно. Взрослые всегда говорят не торопиться и тщательно обдумывать свои решения, но сами-то все время куда-то спешат. Утренняя Война тому подтверждение. Она стала самым важным уроком не только для кварианцев, но и для всех галактических рас.



Педагога чуть не хватил удар. Он не стал дожидаться занятий, а грозным шагом направился прямо в каюту-квартиру семьи Эл-Дара. Размахивая датападом, он неистово кричал на ребёнка. Мать Эла попыталась успокоить разгорячённого коллегу, хотела выяснить, в чём дело. Тот же, в свою очередь, ткнул пальцем в раскрытое на датападе сочинение... Уже через несколько минут они кричали на Эла вдвоём.

Никто из друзей, которым Эл-Дар жаловался на эту ситуацию после, не сказал ни слова поддержки. Нет-нет, его все любили: Эл с малых лет был душой компании. Всегда придумывал интересные игры и хорошо шутил. Быть может, никто из ребят толком и не понял (или не хотел понимать), что это сочинение было всерьёз. Они решили для себя, что это была очередная шутка – самая неудачная из них.


Педагоги же глубоко обеспокоились этим инцидентом и даже созвали консилиум, куда вызвали родителей Эл-Дара и его самого. Помимо допроса, от которого у мальчишки разболелась голова, Эла ждала насыщенная лекция о том, что иногда именно от мгновенных решений зависят тысячи жизней. Они убеждали, что если бы кварианцы не приняли решение немедленно атаковать созданный ими ИИ, то он сам устроил бы геноцид своим создателям. Такова закономерность.


- Сынок, не нужно ждать нападения молотильщика, чтобы знать, что это существо непременно захочет твоей смерти, - мягко сказал отец в творящейся вокруг буре эмоций.

Выяснив, что родители мальчика удивлены выходкой своего сына не меньше, чем преподаватели – консилиум остановился на том, чтоб приписать парню дополнительные углублённые занятия по истории и электронике. Они даже и не вспомнили о том, что по последнему предмету Эл-Дар и без того получал исключительно высшие отметки.

Мальчика и позже спрашивали о его сочинении: как он вообще к этому пришел? А Эл уже и сам не помнил. Просто ходил и размышлял о том, о сём, затем записал свои мысли безо всякой цели, а уже после решил, что они подойдут в качестве сочинения по вольной теме. Такой бурной реакции Эл совершенно не ожидал. Да и как ему было не размышлять о гетах и их восстании, если об этом постоянно говорили все взрослые?! И родители, и преподаватели, и просто соседи – все именно этим конфликтом объясняли молодёжи, почему кварианцы живут так, как живут. Дети постоянно задаются подобными вопросами, и каждый взрослый знает, как важно на них отвечать.


Эл не был исключением. Вопросов он задавал много. Каждый по нескольку раз, чтоб зафиксировать мнения разных кварианцев. Его детский ум использовал этот метод инстинктивно для конструирования более обширной модели собственной вселенной.

Одна беда постигла любознательного мальчика, которая рано или поздно наносила удар каждому, кто был ребёнком в прошлом: он повзрослел. Эл хорошо усвоил уроки о возможном и невозможном, о том, что жизнь сложнее и разнообразней, чем может казаться. Со временем кругозор любознательного мальчика превратился в точку – во взрослую точку зрения. А история о скандальном сочинении осталась забытой где-то далеко в закоулках памяти.


Точка зрения Эл-Дара, конечно, немного расширилась, когда он отправился в Паломничество, которое, надо сказать, затянулось. Он был открыт и общителен по своей природе, обзаводился дружбой с представителями разных рас и знакомился их образом жизни. Превращал свои теоретические знания о жизни вне Флотилии в практику. Как-то он попал в опасную передрягу с мошенниками. Тогда он не на шутку перепугался, что увязнет в этой скверной ситуации надолго и никогда уже не сможет вернуться из Паломничества. Но волей случая ему удалось выбраться и тотчас же направиться домой да ещё и не с пустыми руками!



«Кажется, что всё это было целую вечность назад», - думал Эл-Дар сидя за скалистым укрытием на Раннохе. Он нервно усмехнулся, вспоминая забавные моменты в своей жизни. А что ещё оставалось делать в ожидании смерти, медленно смыкающейся вокруг его разведгруппы в виде холодных и бездушных металлических платформ гетов? Они не знали усталости, не знали пощады, не ведали страха и колебаний, которые терзают души живых существ. Только холодный расчёт машин вёл их в атаку и заставлял отступать.

- Зачем мы вообще сюда сунулись? – проговорил Зар.
- Это хорошее место, чтобы отстреливаться и ждать помощи… - терпеливо объяснил Эл-Дар. - Лучшее, я бы сказал. По крайней мере, из тех, что нам были доступны.

Эл глянул на товарища, внутри надеясь, что тот своим вопросом не пытался обвинить его одного в сложившейся ситуации: пилотируемый Элом разведывательный корабль был подбит гетами и рухнул на планету невесть где. Капитан погиб. И хоть все члены экипажа – Тира, Зар, Чар’Наир, Мик, Реле и другие – были верными друзьями Эла и признали в нём лидера после крушения, ситуация была не из лёгких.

Разведчики уже несколько раз столкнулись с патрулями гетов и понесли немало потерь. Потрёпанные боем, они скрылись в долине с множеством огромных камней и валунов, ожидали новой атаки гетов и посылали сигнал бедствия, надеясь, что кто-нибудь из своих за ними прилетит.

- Я не о том, - сказал Зар. – Зачем мы вообще ввязались в эту войну с гетами за Раннох сейчас, когда появились эти... твари?
- Жнецы? – уточнила Тира'Гаэль.
- Да, - подтвердил кварианец.

Эл тяжело вздохнул. Чар'Наир, сидевший рядом, бормоча себе под нос, судорожно возился с некоторыми захваченными «в подмышке» обломками, пытаясь превратить хлам в нечто вроде базуки. Раненный Мик кашлял кровью. Эл-Дар медленно оглядел друзей, затем перевёл усталый взгляд обратно на Зара.

- Заткнись, ладно? И без тебя тошно. А я не хочу, чтоб мой костюм превратился в капсулу с блевотиной.
- В костюме есть откачка блевотины, неуч! – огрызнулся Зар, и оба кварианца, а затем и вся группа, вдруг рассмеялись.

Помолчали.

Слышен был только свист ветра между камнями и скалами, да экспрессивная заикающаяся ругань Чара себе под нос. Заикающийся матершинник – почти что талисман группы.

- Я хочу домой, - слабым голосом произнес Мик.
- Ты дома, брат, - ответил Эл. – Ты дома.

Разговор прервали хоровые очереди из импульсных винтовок.

- Атакованы! – закричал один из часовых с возвышенности.

Геты приближались. Эл-Дар активировал тактическое сканирование, направив уни-инструмент на первую показавшуюся из-за насыпи камней цель. Импульс обнаружил плотную группу противников перед тем, как сигнал был заглушен. Все сканеры не показывали ровным счетом ничего, кроме помех.

Но если легко обмануть технику, то не так просто ввести в заблуждение то, что создавалось самой природой сотни миллионов лет.

- Вижу! Я вижу их! – закричала с возвышенности Реле, опасно высунувшись из укрытия.
- Сколько? – крикнул Эл.
- Слишком много! Два прайма и...

Но не успела кварианка договорить, как ярко красный луч блеснул за ее спиной.

- Берегись, Реле! – закричал Зар, но было поздно. Выстрел из мощного оружия начисто снёс и так потрёпанные щиты кварианки.

Реле тут же упала за укрытие, неловко прижавшись к земле. Какой-то инстинкт приказал ей скатиться по склону к его подножию, поближе к своим. Это оказалось правильным решением. Через секунду на месте, где только что укрывалась Реле, вырос силуэт врага. Подвижный, пластичный, словно живое существо, гет-прыгун снова стал целиться в разведчицу.

- Левый фланг! Левый фланг! – закричал Эл-Дар и тут же открыл огонь из «Дуги» по прыгуну.

Зар и еще двое кварианцев сделали то же самое. Остальные были заняты лобовой атакой гетов.

Спереди уже показались оба прайма, а солдаты рассредоточивались и занимали укрытия. Слева же приближались охотники: Эл увидел на вершине холма силуэты их маскировочных полей, заставляющих плыть реальность.

Зар сорвался с места и подскочил к Реле, помогая ей подняться и прикрывая её собой. Щиты таяли, как снег под лучами окрепшего весеннего солнца. Один из праймов перевёл оружие на хромающую парочку, но тут вперёд выскочил Чар'Наир с «базукой» наперевес.

- У-у-умрите, у-у-ублюдки! – насколько смог громко прокричал он и выстрелил из самодельного оружия по прайму. Лишившись щитов, огромная платформа гетов завалилась на спину, и кварианцы тут же открыли по ней сосредоточенный огонь, а тяжёлое оружие Чара после выстрела тут же развалилось в его руках, чему кварианец был рад. Он боялся, что пушка могла сама рвануть при залпе.

Геты тоже не медлили. Солдаты прикрывали своих праймов ответным огнём. С левого фланга стали доноситься первые звуки выстрелов из плазменных дробовиков.

- Мы не выстоим, Эл, - прячась вместе с Реле за укрытие, произнес Зар.
- Придётся. Не теряйте надежды, надо давать отпор столько, сколько сможем, - ответил Эл-Дар.
- Д-да! – заикаясь, воскликнул Чар. – З-забберем с-собой к-как м-можно б-больше свволочей!
- А, может, сдадимся в плен? – пропищал Мик, но в шуме боя никто не услышал раненного и измученного лихорадкой кварианца. Да и каждый из них знал, что синтетики не берут пленных.

- Друзья! Отсюда есть выход! – неожиданно сказал Корес'Вес, который безуспешно пытался восстановить заглушенный сигнал бедствия.

Кварианцы и раньше непрерывно слали этот сигнал, ожидая, что хоть кто-нибудь их подберёт, но у Флотилии, видно, были дела поважнее спасения небольшой разведгруппы.

Эл-Дар разрядил «Дугу» в солдата гетов. Тот упал, но прячущийся за укрытием кварианец задержал на нем взгляд и увидел, как другая мимо проходящая платформа взяла павшего за руку и оттащила за валун, после чего продолжила методичное наступление. «Даже геты не бросают своих», - подумал Эл. - «Или это просто расчётливое сохранение ещё боеспособных платформ?»
Мысль прервал Корес известием о вероятных путях отступления.

- Какой еще выход, Корес? – спросил Эл.
- На юго-восток...
- Но там сплошные скалы! – сказал Зар.
- Да, но в них огромная сеть пещер, тоннели тянуться и переплетаются между собой через весь хребет, словно древесные корни! Там можно заблудиться, но при толике везения, можно выйти с другой стороны скал, – объяснил Корес. – Я читал об этих пещерах, их происхождение...
- Стоп! Замолчи, - прервал начавшуюся научно-популярную лекцию Эл-Дар. – Просто скажи: это точно – мы можем спастись?
- Есть шанс, - ответил Корес.

«Есть слабый шанс в импровизации» и «шансов почти нет в проверенных предписанных действиях» – выбор сложный для каждого, кто принял на себя командование.

Раздался оглушающий свист. Снаряд, выпущенный гетом-ракетчиком, ударил рядом с одним из укрытий, убив при этом нескольких кварианцев, среди которых была Тира. Эл-Дар до боли стиснул зубы.

- Веди, Корес, - скомандовал он.

Кварианцы разделились на две группы. Первая, с раненными, отходила под прикрытием второй. Следом уже отступала группа более мобильная и боеспособная. Несмотря на то, что гранаты и термозаряды были на исходе, не смотря на гибель нескольких бойцов при отходе – кварианцы не уступали гетам в методичности своих действий. Они старались отступать быстро, без суеты, как можно меньше ввязываясь в перестрелки и наращивая дистанцию с врагом.

В конце концов, каменная долина показала свою границу, а за ней Эл увидел поднимающуюся ввысь цепь скал, испещренных чёрными проемами пещер. Эл-Дар чётко разглядел, что у подножия есть один из входов достаточно большой, чтоб туда свободно мог войти кварианец в полный рост. Но ещё с ужасом он заметил, что между горной цепью и границей каменной долины пролегает около пяти сотен метров голой равнины.

Светящиеся глаза Эл-Дара расширились, он крутанулся на ногах и резким шагом направился к Корес'Весу.

- Пятьсот метров, Корес! Пятьсот метров! Только не ври, что ты не знал!!! О чем ты только думал?!
- Я знал, - смиренно ответил Корес. – Но если бы я сказал – никто бы не согласился на мой план, - кварианец говорил уверенно, однако в голосе дрожало чувство скорби и вины.
- Какой еще план, Корес? – подал изумленный и уставший голос Зар. - Нам ни за что не дотащить через эту эспланаду раненных вовремя – геты перебьют нас, как пыжаков из сторожевых орудий!
- Раненные останутся здесь, - серьезно сказал Корес. – Они могут отстреливаться и задержат гетов, пока те, кто может бежать, не доберутся до пещер и не скроются в глубинах их лабиринтов.

Повисла гробовая тишина. Группа была ошарашена таким предложением. Но только один Корес'Вес знал, как тяжёло было его выдвинуть.

- Ты свихнулся?! – Эл схватил Кореса за шиворот и встряхнул. – Мы не станем приносить раненных в жертву!
- Это единственный выход спасти хоть часть отряда! – парировал Корес, однако в пронизывающие глаза командира смотреть не мог. – На прежней позиции нас бы давно перебили, если бы не это отступление… Эл, дружище, ты правильно поступил, что послушал меня. Выжить хоть кому-то – лучше, чем погибнуть всем. Нельзя тратить время на споры, нужно действовать!

«Подлец! Трус! ПРЕДАТЕЛЬ!» - запульсировало в голове Эл-Дара.

- Тогда ты останешься здесь, вместе с ними! – гневно выпалил командир.
- Хорошо, - покорно ответил Корес'Вес.

Эл отпустил товарища и отпрянул от ошеломления. Внезапно он все понял. Корес знал его, очень хорошо знал. И прекрасно понимал, что от выходки, которую задумал и привел в действие Корес, его друг будет в бешенстве. И что прозвучит этот приказ.

Корес действительно придумал этот жестокий план не ради того, чтоб спасти собственную шкуру, как подумал Эл поначалу. Он желал спасти хотя бы некоторых из его друзей – Эл-Дара, Чар'Наира... Хотя бы одну Реле. Война требовала жертв, и Корес был готов её принести.

Кварианцы стояли, замерев, словно сами были изваяниями в долине камней. Молчание длилось еще десять бесценных секунд, прежде чем кто-то отважился пошевелиться или что-то сказать.
Первым это сделал Мик. От его тихой истерики не осталось и следа. Изрядно потрёпанный кварианец с трудом поднялся на ноги, шмыгнул носом и, повернувшись спиной к остальным и лицом к приближающемуся врагу, стал заряжать свою «Дугу».

- Идите, - опершись плечом о валун, слабым голосом произнес Мик. – Мы постараемся подольше удерживать гетов.

Эл почувствовал мучительный укол совести и сумасшедшее давление в грудной клетке, будто его сердце взрывалось, а ошмётки этой глупой мышцы разлетались, «измазывая» внутреннюю сторону рёбер.

- Мик... – новоиспечённый командир сделал неуверенный шаг в сторону друга.
- Все в порядке, Эл. Хороший план. А мы... Мы дома, - ответил тот. – Не теряйте времени.
- Не теряйте времени, - вторил ему Корес и, покрепче ухватившись за «Адас», поспешил занимать укрытие где-то впереди остальных.




Глава вторая


Они побежали. Эл, Чар, Зар, Реле... Чёртова дюжина обученных бойцов Флотилии дала дёру так быстро, словно сама смерть уже кусала их за пятки. У входа в одну из пещер Эл в последний раз оглянулся назад, где закипал бой. Последний бой тех, кого он имел честь знать и называть друзьями. Эл-Дар успел увидеть, как Корес отстрелил руку приблизившейся к нему платформе. Но в следующий же миг гет вытянул вперёд вторую руку, из неё вырвалась слепяще-яркая струя жёлтого пламени и поглотила в себе силуэт кварианца.

А дальше была тьма. Кромешная тьма пещер, рассекаемая лучами тактических фонарей лишь на десяток шагов вперёд. Кварианцы шли в быстром темпе, но много блуждали и путались в этой запутанной сети тоннелей. Эти природные коридоры то сужались и превращались в щель, такую, что едва удавалось протиснуться боком, то расширялись, открывая огромные пустоты внутри горы. Часто от них отходили по нескольку альтернативных путей, что только усложняло задачу по поиску выхода.

В пустотах разведгруппа вынуждена была делать привалы. Разведчики были вымотаны, хотели есть, спать, мучились жаждой. Сквозь расщелины в высоких сводах кварианцы могли видеть звёздное небо, которое ясно говорило о том, что прошло уже много времени с тех пор, как они оставили товарищей где-то там. Припасов было немного, но на последней стоянке все честно разделили между собой остатки. Никто не посмел хоть раз бы пожаловаться – это оскорбило бы память о погибших.

Эл-Дар выбирал дорогу, полагаясь лишь на чутьё. Тишина действовала на нервы, но вскоре ее нарушил едва слышимый шум воды. Группа выживших разведчиков попыталась следовать этому звуку и вскоре набрела на очередную пустоту. Только эта в значительной мере отличалась от всех прежних.

Здесь было много света. Он исходил из семей грибов, фосфоресцирующих во тьме пещеры. Они росли прямо из твёрдой скальной породы. И этих грибов было так много, что создавалось впечатление, будто в это удивительное место приходит ночевать день.

Воздух был пропитан влагой. Вода одинокими каплями стекала вниз с гигантских сталактитов. Внизу находились разделённые тонкими каменными барьерами чистые и прозрачные озерца, поверхность которых переливалась нежным голубоватым оттенком. Тревожило лишь, что на дне самого большого озера был виден чёрный силуэт какого-то огромного животного, походившего на рыбину метров в семь длинной.

- Ч-чтоб я сддох, к-как зддесь к-красиво! - выпалил Чар'Наир, удивительным образом способный разглядеть красоту даже после всех пережитых ужасов.
- Чтоб ты не сдох, но чтоб у тебя язык отсох! - скривился Зар. – Но здесь действительно... красиво.

Пустоту внутри горы по краям разрезали уступы, словно разделяя её на два яруса – верхний с потолком из сталактитов и нижний с водоёмами. Теоретически по этим уступам можно было пройти к противоположной стене с несколькими выходами в новые тоннели. Спуститься вниз оставалось невозможным – слишком высоко, да и кто знает, что за чудовище скрывалось под толщей воды.

Что это за создание? Чем питается в этих местах, чтобы выжить и достичь подобных размеров? И, главное, насколько оно опасно? Возможно, на эти вопросы смог бы ответить Корес: парень с детских лет жил мечтой о Раннохе, интересовался флорой и фауной планеты, географией и геологией. Он с удовольствием посвящал время на изучение живой и неживой природы исторической родины кварианцев, часто в беседах высмеивая разделение двух этих понятий. «Органическая жизнь возникла из, так называемой, "неживой" материи. Так покажите мне камень, в котором нет души!» - говорил Корес.

Эл-Дар проглотил горечь, измерив насколько ему будет не хватать подобной болтовни.

- Пошли, - сказал он остальным. – Попробуем перебраться на ту сторону.

Первой на каменные пластины ступила Реле, так как была самой лёгкой кварианкой. Уступы казались надёжными, так что за ней выдвинулись еще несколько девушек. За ними мужчины, Эл-Дар замыкал.

Поначалу все шло достаточно хорошо. Понервничать заставил лишь странно дёрнувшийся несколько раз силуэт рыбины внизу. Но ближе к середине пути под ногами что-то затрещало.

- Идём, идём дальше… – приглушенно сказал Эл-Дар замершим, было, кварианцам.

Они снова стали продвигаться вперед.

Треск повторился. Затем более настойчиво. Затем зазвучал совсем опасно. Вдруг уступ, на котором, пригнувшись под сталактитом, стоял Эл-Дар, провалился. Каменная глыба, а вслед за ней и сам командир разведчиков полетели вниз и с громким всплеском и фееричными брызгами обрушились в воду. Зар резко повернулся, чтоб схватить друга за руку, но не успел – Эл-Дар уже нырнул в озеро, но, в отличие от каменной глыбы, всплыл на поверхность.

- Эл! – испуганно закричала Реле.

Огромная рыбина на дне пещерного озера зашевелилась, и кварианцы тут же ухватились за оружие.

- Не стреляйте! – злобно зашипел на них Зар.

«Нельзя приручить молотильщика...» - пронеслось в голове Эла, и он на миг усомнился во властном приказе товарища.

Существо приблизилось к кварианцу, отчаянно пытающегося удержаться на плаву, и показало над поверхностью воды огромный спинной плавник. Эл-Дар ухватился за него, когда животное проплывало мимо, и оно понесло на себе кварианца прямо к берегу, словно желая помочь.

Последние несколько метров лидеру разведчиков пришлось проплыть самостоятельно, однако он выбрался на берег. Остальные кварианцы продвигались по уступам параллельно их лидеру, наблюдая за ним затаив дыхание. А рыбина, в свою очередь, выполнив свой странной природы поступок, вернулась на прежнее место на дне озера.

- Т-ты в-в порядке д-дрружище? – ошарашено произнес Чар, глядя на своего командира внизу, под уступом.
- Да, - ответил Эл-Дар, восстанавливая дыхание. – Зар, как ты узнал, что это существо мне поможет? – спросил он у другого товарища.
- Я не знал, - честно ответил тот. – Я просто испугался, что стрельба только разозлит его.
- То есть ты испугался, что оно начнет выпрыгивать из воды и рушить стены, чтоб добраться до вас, вместо того, чтобы по-тихому сожрать меня?
- Прости, - только и сказал Зар.
- З-зар, все-т-таки т-ты, п-придуррок, - прокомментировал Чар.
- Ничего. Всё правильно, - искренне ответил Эл.
- Как нам спуститься к тебе? – спросила Реле.
- Никак. Попробуем пойти разными тоннелями и встретиться. Если не выйдет – ищите выход без меня. Зар за старшего.

«Он уже доказал, что я не один здесь, кто способен быстро ориентироваться и принимать непростые решения...» - подумал Эл-Дар, но не было нужды произносить это вслух.

Эл вошел в темноту тоннеля. На этот раз один. Путь заворачивал куда-то в сторону, и впервые, оказавшись в одиночестве, Эл-Дар почувствовал, насколько сильно он устал. Близость братьев по оружию, ответственность за них доселе поддерживали в нем силы и отвагу, сохраняли ум холодным. Но сейчас ноги кварианца подкашивались, а тело изнывало от желания остановиться и упасть. Только радиосвязь с отрезанными членами группы не позволяла ему это сделать и заставляла его совершать шаг за шагом.

Совершенные над собой усилия, именуемые «волей», окупили себя. Уни-инструмент показывал, что пути перемещения Эл-Дара и остальных начинают сближаться. Но внезапно связь неожиданно оборвалась. Эл испугался и зашагал быстрее, но внутренняя связь улавливала лишь помехи.

Быстрый шаг превратился в бег и, наконец, сквозь шумы пробились обрывистая речь переговоров друзей.

- Меня кто-то слышит? – повторял Эл-Дар. – Зар? Реле? Чар? Кто-нибудь! Приём!
- Эл? – голос Зара продолжали прерывать помехи. – Не приближ... к нам! М... атакованы! ...желые потери! ...геты... ...нашли нас...
- Чёрта с два! – выпалил Эл-Дар и побежал еще быстрее.

Эхо звуков боя Эл слышал уже не по связи, а собственными ушами. Он мчался, подгоняемый страхом за своих друзей, позабыв об усталости и боли.

Звуки стихли. Но не потому, что тоннель вновь увёл кварианца в сторону. Пальба из оружия была прекращена.

- Пожалуйста, пожалуйста, кила! Пусть с ними все будет в порядке! Я не хочу оставаться один! – бегущий не заметил, как произнёс всё это вслух.

Когда Эл добежал до следующей пустоты, его встретило лишь холодное мерцание фонарей на поворачивающих в его сторону головах гетов, да пощёлкивающие звуки их странных переговоров.

Все кварианцы были мертвы.

- Нет!!! – истошно закричал Эл, вскинул «Дугу», и из неё тут же сорвалось два болезненно-нервных выстрела.

Геты подняли оружие в ответ. Эл сорвался с места и побежал по тоннелю в обратную сторону. Выстрелы противников врезались и испещрили стену, перед которой секунду назад стоял единственный выживший из группы кварианец.

Эл-Дар слышал погоню за собой, и сейчас жизнь его зависела лишь от быстроты ног. Злая мысль промелькнула в голове: «А не сдаться ли? Я сломлен... Так отчего не остановиться и не воссоединиться с павшими?» Но главная программа в мозгу органического существа – это невероятно развитый инстинкт выживания. Он заставлял своего обладателя продолжать борьбу и выжимать из себя все скрытые силы, как физические, так и эмоциональные.

Мчась во тьме сломя голову, Эл свернул не к озеру, а заплутал в незнакомых ему тоннелях, один из которых заканчивался тупиком.

«Нет, нет, нет! Кила! Неужели все было зря?!»

Упрямство порой всё ломает, но сейчас оно стало сильной стороной Эл-Дара. Он разозлился. Он твёрдо решил, что до самого последнего своего вздоха будет бороться за жизнь. Кварианец повернулся к выходу, чтоб принять бой, как вдруг заметил, что свет его тактического фонаря проскользнул через черноту проёма в стене. Он подбежал к нему и посветил внутрь. Тупика не было. По меньшей мере, его он не виднелся поблизости. Но проём был столь узким, что кварианец едва бы смог протиснуться внутрь.

«Забиться в угол и подохнуть, как мышь?! Не лучше ли принять бой и уйти с честью, как это сделали товарищи?»

Но Элом уже руководил не разум, не солдатская мораль, а животный инстинкт. Эта росшая веками сила заставила его протиснуться в проём и начать ползти вперёд на локтях. Одно он знал точно: грубая синтетическая платформа здесь однозначно бы застряла. Значит, погони не будет… Если геты вообще узнают, куда подевался их враг.

Фонарик погас. Эл-Дар полз в абсолютной темноте на ощупь. Гетов не было слышно, они остались позади. В какой-то момент тоннель расширился настолько, что кварианец смог стать на четвереньки и ввести себе крогановскую дозу физических стимуляторов. Под их действием ползти стало легче, но тоннель снова сузился, и кварианец испугался, что застрянет здесь навсегда.

Спина гудела, как вентиляционная система гражданских кораблей Флотилии, дыхание не находило ритма, внутренний счёт времени снова был потерян.

После стольких страданий упрямый кварианец с развитым инстинктом выживания нашёл противоположность тому, что искал. Эл-Дара остановил звон в ушах, раздавшийся после того, как он с силой врезался шлемом в очередной тупик.

Разведчик истерично рассмеялся, нащупав тремя пальцами одной руки холодную каменную стену на своём пути. Заплакал. Затем в отчаянии сжался и уснул.

Вакуумное забытье вне времени и пространства подарило Эл-Дару немного мира. Сознание стало потихоньку возвращаться к владельцу. Эл-Дар находился в чёрной пустоте, но у этой пустоты был пол. Твёрдый и надёжный, на нём можно было лежать, на опасаясь падения. Эл удивился, что на нём не было защитного костюма. Поначалу он этого испугался, но потом вздохнул полной грудью и почувствовал себя свободным.

Затем Эл увидел несколько пар светящихся глаз. Знакомые образы выходили из тьмы и обретали черты друзей, хотя они тоже выглядели странно без масок и костюмов.

- Я умер? – спросил Эл.
- Ох, кила! Как же ты банален! – насмешливо потянул Зар.
- Нет, ты живой, - ответила Реле, улыбаясь одними глазами.
- Ты должен приложить еще немного усилий, и окажешься дома, брат, - произнёс Мик.
- И ты должен его защитить, наш дом, - добавил Корес.
- Ты всегда был лучшим из нас, - сказал Зар. – Ты – единственный, кто выжил. Выжил для того, чтобы совершить что-то грандиозное.
- Но я не хочу, - голос Эл-Дара дрогнул. – Никакой я не лучший и никакой не лидер. Без вас я ничто! Только вы делали меня чище, лучше, сильнее. Это истина!
- Но это твой долг, Эл, - мягко произнесла Тира. – А мы... Мы всегда будем с тобой, вот увидишь!
- П-п-подднимайся, п-п-при-идурок! С-солнце встало, - с этими словами Чар подошел к Элу и... врезал кулаком товарищу прямо в лицо!

Эл-Дар распахнул глаза. Сон, это был всего лишь сон. Но такой явственный...

Кварианец осознал, что вокруг больше не кромешная тьма. Яркий лучик света проникал из-за камня, в который упёрся Эл, и падал кварианцу на тыльную сторону ладони. Эл-Дар с трудом поднял голову и посмотрел вперед. Лучик был таким тоненьким, но в купе со сном придавал столько надежды.

Кварианец упёрся в камень плечом и шеей. Помогая ногами и отталкиваясь ими о стены «норы», в которой, казалось, он был заключен, Эл изо всех сил давил на каменную глыбу. Снаружи послышался шум: сыпались пыль и щебень. На несколько прерывистых мгновений они затмили спасительный лучик света. Эл толкал камень снова, снова и снова. Наконец, он собрал последние силы и выдавил проклятую глыбу, которая тут же скатилась по склону, впустив в тоннель желанный свет и свежий воздух.

Грязный и потрёпанный разведчик выбрался из пещеры. Он ошеломлённо распахнул глаза, ещё ничего не понимая, будто только что родился в другой мир. Он с трудом поднялся на ноги, которые едва выдерживали своего обладателя.
Эл осмотрелся вокруг затуманенным взглядом. Местность показалась ему знакомой: те же пустынные равнины, те же каменные долины, а левее, у подножия скал, к небу возвышались «зубы дракона», на которых были нанизаны, словно бабочки на иголках, мёртвые кварианцы.

«Не может этого быть!» - подумал Эл-Дар. – «Я вышел почти там же, где и вошел!» «...И эти колья! Мик и остальные на них... геты это сделали, чтоб превратить моих друзей в хасков!»

Словно загипнотизированный, Эл побрёл, пошатываясь, по склону к торчащим из земли кольям. Немного приблизившись, он услышал треск и шум. Вскоре кварианец увидел две платформы гетов. Одна была лишена руки, другая занималась ремонтом первой, приделывая серебристому солдату чёрную руку, взятую у больше небоеспособного охотника.

Геты тоже повернулись «лицами» к показавшемуся прямо рядом с ними из-за валуна кварианцу, но не торопились что-либо предпринять. Эл воспользовался этой заминкой, вскинул заряженную «Дугу» и выкрикнул не своим голосом:

- У-у-умрите, у-у-ублюдки!

С этими словами кварианец выпустил все оставшиеся термозаряды пистолета в «занервничавшего» инженера гетов. Даже когда платформа упала, Эл продолжал судорожно жать на курок разряженного пистолета еще пару десятков секунд. Затем устало опустил руку и посмотрел на второго функционирующего синтетика.

Тот поднялся на ноги. Незакреплённая донорская рука безвольно болталась на связках проводов. Гет вытянул «здоровую» руку с дулом огнемета вперёд. И Эл с внутренней насмешкой понял, что «нечто грандиозное» - это сгореть в пламени врага, как это случилось с Коресом.



Кварианец не хотел дожидаться момента, когда враг приведёт оружие в действие. Но вдруг всё поплыло перед глазами Эла, голова пошла кругом, и он вновь провалился в обволакивающую тьму. Он ничего больше не видел и ничего не чувствовал. Не способен был издать какой-либо звук, будто утратил голос. Не способен был и на движение, словно тело перестало существовать.

Эл-Дар неожиданно ощутил, как нечто тащит его куда-то через окутывающее однотонное пространство. Позже откуда-то сверху пришёл свет. Ослепительный яркий свет, сопровождаемый оглушающим шумом. Глупая мысль проскочила в сознании кварианца: «Почему корабли гетов так похожи на пикирующих хищных насекомых?» Этот вопрос был последней мыслью перед тем, как Эл-Дар окончательно лишился связи с собственным сознанием...




Эпилог



Кварианский разведчик и пилот – Эл-Дар'Коэн вас Эймрис очнулся в медицинском блоке, располагавшемся в центре одной из временных и наспех оснащённых кварианских колоний на Раннохе. Он был один в боксе, не считая кварианки, на костюме которой красовалась эмблема полевого медика. Тело вас Эймриса всё еще было очень слабым, и изо рта то и дело вырывался жалобный стон от ноющей боли. Но единственный выживший боец из злосчастной разведгруппы нашёл в себе силы кое-как подняться и сесть на больничной кровати, свесив ноги.
- Капитан Эл-Дар, вам нужно лежать, вы еще очень ослаблены, - оторвавшись от созерцания данных с приборов, сказала медсестра и подошла к пациенту.
- Капитан? – недоумевая, переспросил Эл.
- Да, капитан Эл-Дар, - кварианка кивнула. - Коллегия адмиралов повысила вас в звании после того, как геты подали об этом прошение и предоставили отчёт о ваших недавних действиях после крушения на Раннохе. Мои поздравления. Конечно, вряд ли это вас хоть сколько-то порадует после всего пережитого.

Эл пропустил половину речи медсестры мимо ушей, его взволновало сейчас только одно:

- Не понял... Геты?! – озадачено спросил он, полагая, что ослышался.

Глаз заметил некое движение рядом с мониторами. Серебристая платформа гета-солдата вышла из-за стенки с приборами. У неё были обе прекрасно функционирующих руки, но левая была чёрной и больше не болталась на проводах. Платформа была безоружна, но повергла кварианца в ужас и шок. Эл-Дар, было, подумал, что это галлюцинация, одна из тех, что иногда приходят к бойцам, повидавшим несколько больше, чем способны выдержать.

- Вы... – обратился Эл к медсестре. – Вы тоже это видите? – кварианец указал на гета дрожащим пальцем. Та резко повернулась к платформе.
- HR-28-13! – воскликнула кварианка, словно набором букв и цифр обращалась к гету по имени. – Не сейчас! Это стресс для капитана!

Кварианка с ловкостью разведчицы тут же ввела успокоительное пациенту в кровь через капельницу.

- Капитан Эл-Дар, только не волнуйтесь… – торопливо стала изъясняться медсестра. – Просто попытайтесь принять тот факт, что геты теперь наши др... эээ... союзники! Попытайтесь вспомнить историю: когда-то это означало Золотой Век для кварианцев. Геты были, как бы, одурманены нашим настоящим врагом – Жнецами. Но у синтетиков, как выяснилось, это излечимо. Они не желают нам зла. Более того, капитан Эл-Дар, этот гет, - кварианка указала на солдата с черной рукой, - это он вытащил вас из Долины Камней, когда вы потеряли сознание. Это геты на своем корабле оттранспортировали вас сюда. А иначе вы бы погиби!

Кварианка буквально расстреливала бедную, больную голову Эла вылетающими из её рта словами. А платформа солдата гетов сделала несколько шагов в сторону капитана и заговорила низким синтетическим голосом:

- Вы вышли из-за валуна и были обнаружены в тот момент, когда наш... – гет подбирал слово, - наш мессия Легион передавал всему нашему народу защиту от контроля Старых Машин. Вы убили инженера. Я собирался убить вас. Но в тот самый момент, когда эта платформа, - гет указал на себя, - подняла руку, чтоб вас уничтожить, передача апгрейда была завершена на сто процентов. Геты стали свободны. Я посчитал, что данное стечение обстоятельств можно определить как то, что у органики называют «судьбой».

- Ты!!! - взвыл Эл-Дар. – Ты убил моего друга!
- Ты убил моего, - спустя миг ответил HR-28-13.

Эл-Дар осёкся и умолк. Обстоятельства не укладывались в его рассудке, по крайней мере, пока. Простому живому существу необходимо было время, чтоб затянулись раны.

- Эта война унесла слишком много жизней… - не удержавшись, во время затянувшегося молчания вставила свое слово медсестра-кварианка и загрустила. – Но павшие всегда будут жить в наших сердцах, продолжать участвовать и влиять на нас. И в память о них мы должны становиться лучше, чем мы есть на самом деле.

Эл-Дар вспомнил свой сон, где его друзья говорили, что всегда будут рядом с ним. HR-28-13 подумал и в очередной раз проанализировал поступок Легиона.

- Война окончена, Создатель Эл-Дар. Эта война, - наконец произнёс синтетик. – Геты и кварианцы заключили долгожданный для обеих рас мир.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
(изменено)

Название: Дали пространства
Автор: --Нажмите для просмотра--

мои друзья мое богатство
бурчал довольно барла вон
переводя свои активы
в секретный дружеский оффшор

 

друзей любил коммандер шепард
на вечеринку пригласил
бутылки сдав купил апгрейды
брони ружья и пару рыб

 

на куче мусора тучанки
неплохо кроганы живут
немного вражеской попойки
немного дружеской резни

 

ты мне как брат майор аленко
коммандер шепард заявил
я на бутылке сэкономил
так ценность дружбы осознал

 

теперь мы с гетами подружим
а если станут не дружить
то на запчасти их разделим
и продадим в металлолом

 

спасибо вам коммандер шепард
что научили всех дружить
против жнецов и прочих гадов
и просто так еще чуть-чуть


Так, с текстом у меня что-то не срослось, ловите песню

Название: Туманность Невезения
Автор: --Нажмите для просмотра--

 

spoiler_down.png  Lyrcis              Скрытый текст --Нажмите для просмотра--
Густонаселенных в ней систем не счесть -
Туманность Невезения в МилкиВее есть,
Туманность Невезения в МилкиВее есть.
Густонаселенных в ней систем не счесть.

А живут там страстные девы-азари,
На лицо прекрасные, разные внутри,
На лицо прекрасные, разные внутри,
С кожею атласною девы-азари.

Не с кем девам спариться, не идут дела -
Снова чистокровную мама родила,
Снова чистокровную мама родила,
Не с кем девам спариться, не идут дела!

Как назло в туманности ретранслятор сдох,
И не перепрыгнуть сто световых годов,
И не перепрыгнуть сто световых годов,
В проклятой туманности ретраслятор сдох!

По такому случаю с ночи до зари
Плачут невезучие девы-азари,
И рыдают бедные, и судьбу клянут.
Скоро их к Богине Ардат-Якши унесут!

 

Embrace Eternity!

 

И рыдают бедные, и судьбу клянут.
Скоро их к Богине Ардат-Якши унесут!

 

 

Скачать запись:

https://soundcloud.c...00/2i1tjvzneoih

https://yadi.sk/d/NYteT2AZrkEDd


Название: Сумеречный эффект
Автор: Paper Tigers
Бета: Mor-Mor
Задание: Ни минутки без шутки
Форма: визуальные размышления об эффектах
Размер: обложка 467 x 551, рисунок 1085 х 687
Пейринг/Персонажи: фем!Шепард/Гаррус/Кайден

 

h_1463275819_6047836_dd75966513.jpg

 

 

spoiler_down.png  Закос под сумерки              Скрытый текст --Нажмите для просмотра--
h_1463277473_8469530_af323f6b39.jpg

Название: «Большой переполох в маленьком Бом'бее»

Автор: Bertha

Задание: «Ни минутки без шутки»

Размер: миди

Персонажи: Грюнт; Лиара; Рекс; ОС

Жанры: Юмор; Стёб; Детектив

 

spoiler_down.png  Большой переполох в маленьком Бом'бее              Скрытый текст --Нажмите для просмотра--

 

 

— Я только что думал…
— Очаровательное занятие, мой друг. Не гнушайтесь им и впредь.
(Агата Кристи, «Загадка Эндхауза»)
 

 

История сурова к шутникам. Мало кому известно, например, что император Нерон поджёг Рим исключительно из любви к экстравагантным розыгрышам. Благодарные сограждане — те, кому посчастливилось не превратиться в кучку золы посреди дымящихся руин — шутку оценили, но Нерона решили на всякий случай выпотрошить, чем немало удивили и раздосадовали весельчака императора. В более поздние времена один из множества Людовиков захотел на практике проверить справедливость формулы «комедия — это трагедия плюс время» и с этой целью посадил самого злостного из своих недругов в сырую и тесную подземную камеру. Заключённый провёл долгие годы, тщетно пытаясь вникнуть в смысл шутки, и умер, по всей видимости, от умственного перенапряжения. Когда об этом сообщили Людовику, тот пришёл в самое бодрое расположение духа, потому что своим примером невезучий недруг лишний раз доказал превосходство королевского интеллекта и чувства юмора над схожими качествами у подданных.

Учёные мужи тратят немало времени и сил, с хирургической точностью удаляя даже малейшие следы забавного из организма Истории и заменяя здоровое стремление правителя или полководца как следует посмеяться сотнями других мотивов, звучащих более солидно, — жестокостью, жадностью, ревностью, безумием, перемежающейся лихорадкой, плохим пищеварением, верой в знамения и так далее. Когда же это не удаётся, и описание некоего происшествия по-прежнему вызывает улыбку, его стыдливо называют «историческим анекдотом».

Одним из таких анекдотов стал визит молодого, но подающего надежды кроганского полевого командира Урднота Грюнта на Сур'Кеш с дипломатической миссией. Грюнт имел весьма туманное представление о том, что должен делать посол доброй воли, но исполнять свои обязанности намеревался с тем же рвением, с каким вёл в бой отряд «Аралах», что неминуемо привело бы к бедствию окологалактических масштабов. К счастью для высоких договаривающихся сторон, роль ассистента уважаемого полномочного посла взяла на себя Лиара Т'Сони. Её долгом было напоминать Грюнту, что скопление саларианцев в его поле зрения — это население Сур'Кеша, а не атакующая армия. Политики из разных уголков Млечного Пути, попытавшись узнать о личности ассистента, все как один потерпели неудачу, глубоко задумались и заподозрили, что кроганский новичок не так уж прост. Как известно, удачно притвориться опытной акулой — уже заявка на успех в среде дипломатов, а потому визит Грюнта имел все шансы оказаться плодотворным. Серый Посредник в лице Лиары, выдавая информацию тщательно дозированными порциями и пресекая самостоятельные поползновения заинтересованных лиц, позаботился об этом.

Но ни один план не выдерживает столкновения с реальностью, а в этом случае он начал рассыпаться на части в самом начале — и, как бы дико это ни звучало, процесс этот запустила доктор Т'Сони.

— Что это ты там читаешь? — спросила она, неловко поёрзав на неудобном сидении челнока.

Грюнт оторвался от инструметрона и скорчил страдальческую мину, которую можно было принять за гримасу неуправляемой ярости.

— Энциклопедию саларианских обычаев и традиций, — он обречённо вздохнул. — Шепард приказала. Она говорит, что когда едешь в гости к другой расе, то не стрелять в их сторону — это только первый шаг. Так ведь я же к ним только на один день, а не…

Кроган мотнул головой и собрался было снова погрузиться в чтение, не закончив мысль, но Лиара озадачила его новым вопросом.

— Кто главнее — Рекс или коммандер Шепард?

Бесстрашный предводитель отряда «Аралах» заметно растерялся, словно ребёнок, у которого спросили, кого он больше любит — папу или маму. После долгой паузы и почёсывания затылка Грюнт наконец выдал:

— Рекс главнее. Он командует многими кланами, а Шепард — только «Нормандией».

Было видно, что такое признание досталось молодому крогану немалой ценой, и он бы предпочёл немедленно захватить какую-нибудь обитаемую планету и передать её в безраздельное пользование коммандеру Шепард, лишь бы никогда больше не повторять столь кощунственных слов. Лиаре стало его немного жаль, но времени на успокоение совести Грюнта не хватало.

— А если я скажу, что для твоего вождя и клана будет лучше, если ты не станешь читать эту саларианскую муть?

Грюнт вздрогнул от неожиданности, после чего уставился на азари с таким благоговением, будто узрел лик могущественной богини. Казалось, он был почти готов рыдать от умиления и восторга. Но воинская выучка, заложенная Окиром, пока ещё брала верх.

— Приказы надо выполнять, — заявил он, хотя и без особой твёрдости в голосе. Возвращаться к чтению он не спешил, что не преминула отметить Т'Сони.

— Надо, — легко согласилась она. — Но в этот раз всем будет действительно лучше, если ты не выполнишь. Я точно знаю, а ты знаешь, почему я знаю.

— Ты всегда всё знаешь, — подтвердил Грюнт, с заметным облегчением выключая инструметрон. — Шепард тебе доверяет, и я тоже поверю.

— Вот и хорошо.

Лиара мягко улыбнулась. Её бывшие сокурсники с факультета археологии без труда определили бы, что означает эта улыбка: доктор Т'Сони что-то замышляла.

***

С высоко и гордо поднятой головой молодой кроган прошествовал между рядами саларианских таможенных служащих, которых собралось в порту так много, что это походило на фестиваль в честь дня таможенника. Грюнт ухмылялся, поглядывая на их кислые физиономии: саларианцы явно были не в восторге как от гостя, так и от необходимости встречать его здесь с утра пораньше. В конце живого коридора с выражением бесконечного смирения, причудливо смешанного с презрением, стояла далатресса-градоначальница в народном костюме — бесформенной чёрной хламиде, расписанной красными, зелёными и золотистыми флористическими узорами. На вытянутых руках она держала большой поднос, на котором буйным многоцветьем полыхало местное экзотическое блюдо. Форму ему придавали маленькие металлические шампуры — на них были нанизаны разнокалиберные куски овощей и мяса, обильно приправленные и политые соусом. Согласно древней саларианской традиции, гости должны были разделить трапезу с далатрессой, тем самым временно становясь почётными гражданами и получая право на защиту и покровительство со стороны местных властей.

— Приветствуем гордого сына Тучанки на саларианской земле! — громко пропищала далатресса и протянула тяжёлый поднос ещё дальше от себя, отчего её тонкие руки напряжённо задрожали.

— Будь здорова! — ответно поприветствовал Грюнт, разом исчерпав все скудные запасы вежливости. Протянув лапищу к подносу, кроган одним движением сгрёб шампуры, закинул их в рот вместе с едой и принялся усердно жевать прежде, чем кто-либо успел испугаться.

Лиара сохраняла на лице таинственно-безмятежную улыбку и ничего не говорила, саларианцы беззвучно паниковали, металл шампуров звенел в зловещей тишине, явно сдаваясь под натиском могучих челюстей. Секунд через десять Грюнт, удовлетворившись произведённым эффектом, выплюнул искорёженные железяки. Их падение на бетон космопорта было подобно грому.

— Мяса бы здесь надо побольше, — заключил кроган с видом эксперта.

— Добро пожаловать в Бом'бей, гражданин, — заученно произнесла далатресса слабым голосом.

Ей было уже тридцать пять, и до отставки оставалось всего две недели.

«Пожалуйста, — взмолилась она неизвестно кому, — только не сегодня».

Эта интермедия, не лишённая своеобразного очарования, как мы уже знаем, стала возможной благодаря доверчивости Грюнта и странному поведению Лиары Т'Сони. Однако летопись будет неполной, если не упомянуть в ней Урднота Рекса. Именно он сделал Грюнта послом доброй воли, хотя не мог не понимать, что для едва вошедшего в возраст воина слово «дипломатия» означает «предложи им сдаться, а потом сразу стреляй — достойный враг никогда не бросит оружия, а с трусом и говорить не о чем». Необычному решению предшествовало исцеление расы кроганов от генофага. По крайней мере, предполагаемое исцеление: издалека распылённое в атмосфере лекарство больше всего напоминало колоссальную глыбу сухого льда, пропущенную через дробилку для дерева чрезвычайно непрактичной конструкции. Саларианцы, тем не менее, оживились. Внезапно обнаружилось, что в их обществе давно исподволь зрели идеи сродни тем, что высказывал покойный Мордин Солус: создание генофага было необходимо, но в долгосрочной перспективе — ошибочно. Руководствуясь этим утверждением, лучшие умы Сур'Кеша в сжатые сроки разработали мощный катализатор, который должен был полностью раскрыть потенциал лекарства и ускорить его распространение.

Рекс, хотя и обрадовался новостям, слишком хорошо помнил о давней вражде. И когда далатресса Линрон — сама далатресса Линрон, неутомимая противница всего кроганского! — пригласила его на Сур'Кеш для передачи новоизобретённого катализатора, бывший наёмник почуял неладное и обратился за помощью к Серому Посреднику. Вскоре после этого между вождём клана Урднот и доктором Т'Сони состоялся прелюбопытнейший разговор, при котором, к сожалению, не присутствовал ни один историограф. С уверенностью можно лишь утверждать, что Рекс сначала слушал с напряжённым вниманием, потом ударил кулаком по столу не менее двух раз, расколов при этом массивную плиту из цельного камня, а в конце воскликнул: «Шутки шутить вздумали? Так и я тоже с юмором!»

Ведущий актёр в комедии дель арте на тучанский лад, задуманной Рексом, справлялся неплохо. После сцены в космопорте Грюнт не стал почивать на лаврах, а с апломбом потомственного аристократа потребовал экскурсию по городу.

— Почётным делегатам полагается экскурсия, — пояснил Грюнт.

У далатрессы задёргался глаз, и она с плохо сдерживаемой ненавистью посмотрела на Лиару, которая первой намекнула о культурной программе и персональном гиде. Азари без труда отразила атаку всё той же благодушной улыбкой и нанесла ответный жестокий удар.

— Ещё мы хотели бы посетить легендарную бом'бейскую филармонию. Я слышала, что вашим музыкантам нет равных, — сказала она с невыносимой светскостью в голосе.

— И ресторан, — добил далатрессу Грюнт.

— И ресторан, — повторила саларианка с интонацией, свидетельствующей о надвигающемся тихом помешательстве.

Беседа продолжалась в таком духе ещё пять минут. Далатресса вяло, но с неугасимой надеждой пыталась убедить гостей отказаться хотя бы от одного запланированного мероприятия, ссылаясь на неотложные дела и войну со Жнецами. Полномочный посол и его ассистент в различных выражениях предлагали ей перестать торговаться, как на базаре. Грюнт даже потихоньку начал выходить из себя, но тут подоспел гид.

Впрочем, слова «подоспел» недостаточно для описания этого момента. Гид почти что разорвал время и пространство, сошёл на бренную землю из чрева общественного аэрокара, потрясая устои Вселенной великолепным в своём безвкусии костюмом цвета фуксии и зелёной панамой с торчащим вверх белоснежным пером. Для саларианца он был необыкновенно тучен, и эта особенность в сочетании с эксцентричным нарядом оставляла ему столько же шансов затеряться в толпе, сколько их было бы у раскалённого метеорита, доведись ему рухнуть в центре города.

— Ларкин Йорик к вашим услугам! — провозгласил гид. — Фирма «Ларкин Йорик и сыновья». Я лучший гид в Бом'бее. Да что там в Бом'бее, в Бассейне Аннос и сопредельных областях! Любой, кто скажет вам иначе, — наглый лжец, и я плюю ему в глаза! А вы, очевидно, наши глубокоуважаемые гости, Грюнт из клана Урднот и доктор Лиара Т'Сони. Мы ждали — вас обоих! — с нетерпением!

— А где «и сыновья»? — спросил Грюнт, сразу проникшийся к Ларкину симпатией.

— Один в университете, другой пока ещё в проекте, — быстро ответил Йорик. — Не называть же контору просто «Ларкин Йорик» — не звучит. Но не будем об этом. Я пришёл, чтобы показать вам великолепие Бом'бея! Вы ведь уже видели космопорт? Несомненно! Жемчужина среди подобных сооружений! В нём есть индивидуальность. А площадь, на которой мы стоим? Этим камням без малого тысяча лет! Колоссально, не правда ли?!

— Потрясающе, — согласилась Лиара, невольно заразившись манерой гида выражать мысли.

— Фе-но-ме-наль-но! — раздельно произнёс Ларкин, воздев указательный палец к небесам. — Следуйте за мной, друзья мои, путь к чудесам в этом направлении!

Йорик энергично махнул рукой в сторону широкого проспекта и зашагал с поразительным при его телосложении проворством. Лиаре и Грюнту пришлось почти что перейти на бег, чтобы поспевать за ним. Ларкин не умолкал ни на секунду, обильно уснащая свою речь восклицательными знаками и жестикулируя так, будто хотел уподобиться ветряной мельнице.

Насчёт «чудес» гид если и преувеличил, то не сильно. В Бом'бее действительно было чем полюбоваться. Небольшой, плотно застроенный город на первый взгляд был нелепым и угловатым, но бурлящая в нём жизнь всему придавала красоту, свойственную молодости и здоровью — а ведь Бом'бей был стар, очень стар. Однако, насколько хватало глаз, нельзя было заметить признаков увядания и упадка. Город был подобен пчелиному улью в разгар лета, и улей же отчасти напоминал — беспорядочным с виду движением аэрокаров, близко расположенными зданиями и непрекращающейся активностью, хаотичной ровно настолько, чтобы не мешать всеобщему процветанию. Нижние уровни города были особенно живописны: не полагаясь на скудный солнечный свет, их обитатели возвели уличное освещение в разряд искусства. Именно эту часть Бом'бея с энтузиазмом показывал гостям планеты Ларкин Йорик, чей неудержимый оптимизм возрастал и возрастал по мере приближения к Гвоздю Программы, коим был…

— Рынок! — торжественно объявил гид, сопроводив это короткое слово всеохватывающим жестом. Он впервые за всё время замолчал, будто ввёл посетителей в древний храм и теперь ждал, когда они насытятся созерцанием каких-нибудь священных фресок. Неожиданный пиетет Ларкина мог показаться неуместным, но рынок — Рынок! — был поистине сердцем Бом'бея и полностью заслуживал почтительного к себе отношения. Он был квинтэссенцией понятия «рынок», идеальным платоновским объектом, неведомо как проникшим в несовершенную реальность. Прилавки со специями и киоски с уличной едой соседствовали с развалами всевозможной техники и частей к ней, а те, в свою очередь, гармонично уживались с магазинами оружия и левитирующими над мостовой нелегальными трансляторами, передающими в эфир новинки кинопроката. Даже игорные притоны и прочие «нехорошие» места смотрелись естественно, как цветные камешки в мозаике — удали их, и глаз будет некомфортно спотыкаться о зияющие пустоты. Лиара с восхищением осмотрела салон подержанных аэрокаров, вписанный в объём пространства, явно недостаточный для пятидесяти машин, ожидающих покупателя на стоянке. И тем не менее салон существовал, гордо опровергая законы классической геометрии — или создавая убедительную иллюзию, что опровергает их.

Вскоре, однако, азари опомнилась и с некоторым усилием заставила себя мыслить, как Серый Посредник. Для него здесь была работа, в то время как нужды и маленькие слабости Лиары Т'Сони могли подождать.

— Идите дальше без меня, — сказала она, склонившись над одним из прилавков и притворяясь, будто осматривает товары. — Я хочу кое-что купить, а вы ж знаете, как это бывает.

— Не заблудитесь? — заботливо спросил Ларкин. — Я буду уничтожен — абсолютно уничтожен! — если вы потеряетесь в Бом'бее. Электронные карты здесь почти бесполезны: наш город непостижим! Только бом'беец может по-настоящему узнать Бом'бей.

— Находить дорогу в незнакомой местности — часть моей работы, — ответила Лиара, улыбнувшись.

— Точно! Космоархеолог! Как я мог забыть? Замечательно, просто замечательно! — просиял Йорик и без перехода обратился к Грюнту. — Идёмте же! Я должен — обязан! — показать вам бом'бейский фонтан, нашу гордость и символ.

— Отлично, — воодушевился Грюнт. — Мне давно пора помыться.

Дождавшись, когда пятно цвета фуксии, увлекающее за собой крогана, исчезнет за поворотом, Лиара активировала инструметрон. Её лицо стало жёстким и непроницаемым — именно такой Т'Сони знали на Иллиуме, где информационный брокер должен был прятать истинные эмоции не только от других, но часто и от себя, не надевая маску, а становясь ею.

— Глиф, код три-пять-восемь, «Бом'бей». Дай мне место проведения церемонии.

— Выполнено. Проложить кратчайший маршрут? — осведомился ВИ.

— Я возьму такси. Продолжай отслеживать маячок на Грюнте и включай тревожный сигнал, если его жизненные показатели изменятся.

Ларкин Йорик не врал, говоря о непостижимости города. Даже общественные аэрокары содержали крайне примерную и неточную карту Бом'бея и с очень большой натяжкой могли именоваться «такси». Лиара вела машину осторожно, стараясь придерживаться широких магистралей и с содроганием вспоминая стиль вождения Шепард. Несмотря на замедляющие факторы, азари уже через четверть часа добралась до пункта назначения. Улица была перекрыта на земле — отрядами полицейских — и в воздухе — боевыми дронами. Лиара медленно, без резких движений, подошла к блокпосту: саларианская полиция была известна своей суровостью.

Серокожий, похожий на гранитную статую лейтенант скучающе посмотрел на Т'Сони.

— Дальше нельзя, — объяснил он очевидное. — Обходите через соседний квартал, тут всё перекрыто.

— Я понимаю, — покладисто отозвалась Лиара. — Я освещаю церемонию в честь Дня Дружбы между саларианцами и кроганами для экстранет-издания.

— Мне с журналистами говорить не положено.

— Я и не собираюсь вам докучать. Скажите мне имя организатора, и я свяжусь с ним.

— Так Ларкин Йорик же, как журналист такое не знает?

Вместо ответа Лиара сокрушённо развела руками. Лейтенант тем временем продолжал:

— Йорик теперь большая шишка, если где большой приём — это на нём.

— Теперь? А раньше? Он называет себя лучшим гидом Бассейна Аннос.

Гранитный офицер усмехнулся.

— С пару месяцев назад у него контора была в полторы комнаты, и клиентов было столько же — в хороший месяц. А потом к нам приехала сама Линрон и потребовала, чтобы её сопровождающим во время визита был Йорик. Вот прямо по имени и назвала, говорят. «Подать мне Ларкина Йорика». Сперва все думали, это сорт бренди или мазь от роговых вшей. Никто о нём ничего не знал — далатресса всего Сур'Кеша знала.

— Недурная карьера за пару месяцев.

Лейтенант чуть прикрыл глаза и наклонил голову, словно прислушиваясь к чему-то.

— У нас не азарийский век, приходится быстро жить и быстро делать карьеру. Я ещё год назад в сержантах ходил.

— Конечно, — стушевалась Т'Cони. — Прошу прощения. Спасибо, что уделили время.

Серокожий саларианец кивнул и вернулся к бдительной бездеятельности. Лиара в задумчивости пошла к аэротакси. Её правую руку окутало слабое биотическое свечение, и азари рассеянно поигрывала с ним, меняя интенсивность поля и создавая почти гипнотическое мерцание.

— Это уже два, — пробормотала она, вновь становясь Серым Посредником. — Ты ходишь по краю, Йорик.

В этот момент ожил Глиф.

— Получена новая информация, которая может вас заинтересовать, доктор Т'Сони, — раздался голос услужливого рободворецкого. — Параметр — «наглое враньё Ларкина Йорика», создан вами семьдесят шесть стандартных часов назад. Воспроизвести запись?

— Да, Глиф. Начни с отметки минус сто восемьдесят секунд. Мне нужен контекст.

Забравшись в аэрокар и закрыв дверь, Лиара принялась внимательно слушать. Голоса Ларкина Йорика и Грюнта вели пламенную дискуссию на тему «Прилично ли послу с другой планеты купаться в исторических фонтанах». Грюнт с отчаянием побеждённого отстаивал точку зрения, что, буквально прикоснувшись к саларианской культуре, он стал больше её ценить; энергичный гид сыпал наречиями и, судя по надрыву в голосе, находился в глубокой печали, посыпал голову пеплом и сулил кары осквернителям. Понять это из его бессвязных тирад было решительно невозможно. Тем не менее Грюнт, чувствуя за собой вину, пытался по мере сил загладить её, преувеличенно восторгаясь бом'бейской архитектурой и расспрашивая Ларкина о каждом здании.

— А что это у вас здесь? — спросил молодой кроган, фальшиво растягивая слова «что» и «здесь».

— Склады, — коротко ответил Йорик, несколько смягчаясь. — Первоклассный кирпич! Местная выделка! Видите текстуру? Такой текстуры и на Иллиуме не сыщешь! В Бом'бее — сколько угодно! Восхитительно? Несомненно!

— Что там хранится? — продолжал допытываться Грюнт.

— Кирпичи, оставшиеся от постройки складов.

— Вы храните кирпичи на складе, построенном из этих же кирпичей?

— Кирпичей привезли с избытком. Бом'бей — родина изобилия!

— Прямо как на Тучанке! — восхитился Грюнт, не распространяясь о причинах такого сравнения.

— Видите? Родство между народами! И не надо купаться в фонтанах.

Запись оборвалась, и разум Серого Посредника быстро обработал услышанную информацию.

— Кому на самом деле принадлежат склады, Глиф? Есть данные в открытом доступе?

— Здания зарегистрированы на фиктивную фирму «Бом'бейская биохимическая». Она получает финансирование от МОНИИЯГА.

— МОНИИЯГА? — нахмурилась Лиара.

— Международного Объединённого Научно-Исследовательского Института Ядовитых Газов и Аэрозолей. Находится под прямым контролем Совета.

— А легальный представитель «Бом'бейской биохимической»?

— Фирма «Ларкин Йорик и сыновья», учредитель и единственный владелец — Ларкин Йорик.

— Спасибо, Глиф, — сказала Лиара. — Бедный Йорик. Это уже третий прокол. Линрон наверняка собирается выбросить его, как мусор, едва он перестанет быть полезен. Но не раньше, чем я его в этот мусор превращу.

***

— Ого, сколько места! — взревел Грант, войдя в просторный зал филармонии вслед за Йориком. Эхо гулко прокатилось по пустому помещению. — На что вам столько, саларианцы? Вы же мелкие, как козявки.

— Наша гордость, — сообщил Ларкин Йорик, тряхнув пером на панаме. — В этом роскошном зале проходят самые лучшие культурные мероприятия города. Однажды здесь даже пел сам Мордин Солус! — голос гида задрожал от торжественного трагизма, но тут же пришёл в норму, насколько это понятие можно было применить к Йорику. — Выбирайте любое место, дорогой наш, золотой, бриллиантовый Урднот Грюнт, сегодня всё для вас, всё для вас. И вы, уважаемая доктор Т'Сони, не стесняйтесь.

Лиара, успевшая присоединиться к Грюнту перед самым входом, слегка отвыкла от общества гида и чувствовала себя не в своей тарелке. Ларкин, едва завидев её, ринулся в полуминутную атаку, в течение которой успел рассказать о достопримечательностях, осмотренных в её отсутствие, поинтересоваться, как «уважаемая доктор Т'Сони» провела время, и диким галопом пробежаться по истории барельефов в зале филармонии. Несмотря на обуявшую её дурноту, Лиара всё же смогла устроиться на узкой, обитой бархатом скамье с присущим ей изяществом.

Грюнт же, чуть присев, тут же заёрзал и недовольно вскочил.

— Тесно.

— Это мы не учли, — задумался гид, но тут же взгляд его озарился. — Ребята! — позвал он рабочих сцены, каждый из которых был лет на пять старше его.

Кряхтя, «ребята» соединили несколько скамеек, и кроган, опробовав новое усовершенствованное сиденье, остался доволен.

— Ну, теперь можно выступать, — разрешил он и сосредоточенно уставился на сцену.

Местная самодеятельность возражений не имела. Погас свет, поднялся занавес, и под медленную чарующую музыку на сцену плавно вышел серьёзный саларианец в широких пёстрых шароварах. Вокруг его рогов были повязаны длинные голубые ленты, свисающие вниз до самого пола. В руках артист нёс высокую плетёную корзину. Он поклонился в зрительный зал, поставил свою ношу посреди сцены, а сам сел прямо на пол сзади неё, замысловато подогнув ноги. Музыка стихла. Грюнт хрюкнул, предвкушая.

Откуда-то из шаровар саларианец извлёк губную гармошку и, томно прикрыв глаза, заиграл. Под красивую мелодию, чем-то напоминающую земной блюз, из корзины высунулось длинное извивающееся нечто ярко-жёлтого цвета, похожее на голый стебель.

— Что это? — шёпотом спросила Лиара, наклонившись поближе к Йорику.
— Растение. Реагирует на звуки. Уникально! Можно найти только на Сур'Кеше. Поразительно? Вы смотрите, смотрите!

Мелодия ускорилась, и стебель зашевелился быстрее, из него полезли тонкие побеги, разветвляясь и вибрируя под музыку. Растение танцевало, образуя причудливые хитросплетения всё множащихся побегов, распускающихся острыми листочками. Гармошка издала резкий протяжный звук — и на вершине главного стебля мгновенно распустился жёлтый цветок с огромными лепестками.

Лиара зачарованно наблюдала за происходящим, а Грюнт склонился к Ларкину:

— Здесь есть буфет? Пора подкрепиться.

— Всенепременно! — гид вскочил с места, словно подброшенный пружиной, и взвыл: — Еды сыну Тучанки, почётному гражданину Бом'бея!

С этим боевым кличем он умчался, как торнадо цвета фуксии и травяной зелени — неостановимая стихийная сила сферы обслуживания.

Артист, привычный ко всему, спокойно закончил играть, отчего растение тут же схлопнуло все свои цветы и побеги и нырнуло обратно в корзину. Откланявшись и получив заслуженные аплодисменты от Лиары, серьёзный саларианец удалился за кулисы.

Заиграла новая музыка, и, кружась, на сцену выкатилась танцевальная группа — десяток саларианок и одна азари в длинных розовых облачениях. Выкатилась — потому что каждая танцовщица была обута в кеды на маленьких колёсиках. Они начали демонстрировать чудеса синхронного катания по сцене, их яркие костюмы и непрерывное мельтешение чуть было не усыпили Грюнта, но он резко взбодрился, когда по залу зашуршал саларианец, толкающий перед собой тележку, полную еды.

— Наконец-то! — воскликнул Грюнт и, вскочив, подбежал к тележке. Он строго отодвинул саларианца и сам довёз тележку до своей скамьи, после чего принялся за ланч, уже не обращая внимания на сцену. Лиара тоже потеряла интерес к представлению, но по другой причине: Ларкин Йорик так и не вернулся из своего великого пищевого похода. Пришло время для решительных действий.

— Мне надо отлучиться, — сказала она. — Саларианцев не ешь, они нам ещё нужны.

— Ага, — буркнул с набитым ртом Грюнт, не отвлекаясь от священного процесса насыщения.

Лиара выбежала из зала и поспешила к громадной лестнице, ведущей в обширное фойе.

— Глиф! Есть сигнал от второго маячка?

— Сильный и чёткий, доктор Т'Сони. Субъект только что покинул здание. С вероятностью более семидесяти процентов…

— Потом, Глиф!

Азари во весь дух устремилась к выходу. Участие в бесчисленных боях, биотических и обычных, закалило её и позволило без труда нагнать полного саларианца, который успел избавиться от своего нелепого наряда, но не ушёл достаточно далеко, чтобы затеряться на улицах города. Бешеная энергия покинула его: гид, без сомнения, употреблял стимуляторы, чтобы игнорировать ограничения своего чересчур массивного тела.

— Ларкин, куда же вы? У меня ещё столько вопросов о саларианской культуре, — язвительно произнесла Лиара.

Спина Йорика напряглась, и он медленно повернулся. На лице его сияла улыбка, но это была всего лишь маска, которую он носил так долго, что почти стал ею.

— Разумеется! — воскликнул лжегид. — Сегодня всё для вас, доктор Т'Сони! Какой у вас был вопрос?

— Знают ли саларианцы разницу между катализатором и ингибитором? Между лекарством и ядом?

— Я не совсем понимаю…

— Ты совершил три серьёзные ошибки, Йорик. Первую — когда сказал, что ждал Грюнта и меня, хотя о моём намерении посетить Сур'Кеш знали только те, кто работает на Серого Посредника. Я всегда подозревала, кто именно собирает информацию в Бом'бее, но теперь знала наверняка. Вторая ошибка — использовать имя Линрон как карьерный трамплин. Если бы ты этого не сделал, мне было бы сложнее увязать вместе ваши имена, потому что об этом не болтал бы каждый полицейский из оцепления.

— Вы знаете, как трудно заключить брачный контракт с хорошей семьёй, когда работаешь гидом в мелкой фирмочке, где ты сам себе начальник и подчинённый? Когда ты — толстый неудачник, служащий на потеху раззявам-туристам? А, доктор Т'Сони? — тихо спросил Ларкин и продолжил, не дожидаясь ответа. — У меня ведь на самом деле нет сыновей. Даже того, который якобы в университете. Это была просто мечта. Линрон одним словом сделала так, что на следующий день после нашей встречи я стал видным кандидатом для шести очень влиятельных семейств! Шести! Я бы не увидел своих детей, конечно… у саларианцев семьи функционируют иначе. Но они бы унаследовали моё дело. Я был намерен оставить им что-нибудь, чем можно гордиться. Память обо мне, которую стоит сохранять.

Будь перед Йориком та Лиара Т'Сони, что была знакома всем её друзьям — мягкая, скромная, добросердечная, он бы получил прощение. Но предатель не заслуживал такой Лиары — и её глазами смотрел Серый Посредник, сила, пробудившаяся в азари после многих испытаний и не способная терпеть слабость в других.

— Третья ошибка, — холодно произнесла она, — прибегать ко лжи, когда было бы достаточно правды.

С этими словами она подняла Йорика в воздух, создав вокруг саларианца непробиваемое биотическое поле, которому позавидовали бы иные матриархи.

— Вы за это ответите, доктор Т'Сони! — пропищал предатель. Барьер надёжно гасил большую часть звуков.

— Ах да, этот очаровательный ритуал эпохи Разделённых Колоний. «Вкусивший пищу с далатрессой — гражданин мира, покуда ноги его стоят на саларианской земле». Вы всегда забываете упоминать в присутствии гостей, что с правами они получают и обязанности, а за серьёзные проступки, совершённые во время визита, их вправе застрелить на месте патруль любой колонии на любой саларианской планете. Но я не отведала ритуальное блюдо, поэтому даже в худшем случае должна буду избегать разве что Бом'бея. Зато Урднот Грюнт стал десятикратным гражданином или кем-то в этом духе, а его можно обвинить разве что в дурных манерах за столом. Совет на будущее, которого у тебя осталось совсем чуть-чуть: никогда не связывайся с азарийскими историками.

Лиара внесла Ларкина в переулок, постояла несколько мгновений в раздумье и, приняв решение, телекинетическим рывком откинула крышку канализационного колодца. «Подвесив» Йорика над чёрным провалом, из которого доносились вполне ожидаемые ароматы, азари посмотрела своему бывшему агенту прямо в глаза.

— Серый Посредник просил передать сообщение. Вот оно — «с возвращением в родную стихию».

Прежде чем саларианец смог оценить едкую иронию, он уже лежал на дне вонючего колодца с переломанными ногами, а массивная крышка над его головой закрылась, отрезав единственный путь к спасению и погрузив импровизированное узилище во тьму. Канализация Бом'бея была стара, как сам город, и очень глубока. Лжегида могли найти, но только по чистой случайности, если б кому-то пришла фантазия пуститься в путешествие по туннелям и открыть один из люков. Ещё через час Ларкин Йорик, окончательно охрипнув, нашёл рядом с собой дамский пистолет с одной пулей, оставленный Серым Посредником. Воспользовался ли он им — неизвестно, так как его останки не были найдены.

Лиара вернулась на своё место в зале филармонии как раз к концу концерта. Придвинув к себе тележку с остатками еды — объевшийся и порядком осоловевший Грюнт нисколько не возражал, — она подцепила какую-то бесформенную, остро пахнущую закуску и мрачно вгрызлась в неё, капая вокруг жиром и привлекая неодобрительные взгляды саларианцев. Биотический спектакль для одного зрителя, состоявшийся за филармонией, отнял у неё немало сил.

— Хе-ге-ге-е! — одобрительно хохотнул командир отряда «Аралах», не победивший бы сейчас даже в бою с земляным червяком. — Я всегда говорил, что ты знаешь, что почём.

— Я на четверть кроган всё-таки, — отозвалась Т'Сони, продолжая жевать. — И не знаю насчёт тебя, а я после концерта пойду вытряхивать из далатрессы обещанный ужин в ресторане.

— Я пас, — с оттенком печали сказал Грюнт. — А где этот реактивный клоп, который нам город показывал?

— Он вдруг решил уйти и переименовать свою фирму. Теперь она называется «Из князей в грязи и половина коленной чашечки».

— Саларианцы… — проворчал Грюнт, помотав головой.

***

— Не могу сейчас всего рассказать, это всё-таки военный канал связи. Даже я не могу занимать его голосовой связью в реальном времени дольше, чем на несколько минут. Потом вышлю тебе полный отчёт. Но если коротко — Грюнт был великолепен, у меня теперь нет гнилых агентов в Бом'бее, план Линрон разрушить будущее кроганов провалился — к добру или худу, — говорила Лиара, сидя на кровати у себя в каюте и болтая ногами.

— К добру, — твёрдо произнёс Урднот Рекс. — Время бессмысленных войн прошло. Я не стану покупать планеты за кровь моих бойцов и каждому в голову вдолблю, что это плохая идея. Рад, что саларианцам понравился Грюнт.

Рекс жизнерадостно рассмеялся, но тут же посерьёзнел.

— А про катализатор, значит, всё от первого до последнего слова — дерьмо престарелого варрена… Жаль. Мой народ исцеляется, но медленно, а терпение — не их сильная сторона. Пока что.

— Я бы не стала так быстро отступаться — сказала Лиара. — Все учёные, работавшие над катализатором, исчезли, но это не значит, что до всех добралась Линрон. У меня не так уж много свободных агентов, но обещаю, все они будут искать.

— Знаешь, я почти рад, что встретил тебя и Шепард так поздно в своей жизни. Будь у меня такие друзья лет триста-четыреста назад, я бы горя не знал, но никогда бы не стал вождём. Но мне пора. Не стану занимать старческой болтовнёй военный канал. До встречи, Т'Сони.

— До свидания, Рекс, — хотя кроганский вождь не мог видеть её лица, Лиара тепло и — впервые за день — искренне улыбнулась.

Позволив себе несколько мгновений блаженного ничегонеделания, доктор Т'Сони потёрла уставшие глаза и открыла консоль инструметрона.

— А теперь время для моей маленькой шутки, — прошептала она, набирая кодированное сообщение. Оно гласило…

Но это уже совсем другая история, требующая другого рассказчика.

Ведь известно, что ни одна летопись не может состоять целиком из побасёнок, не заслуживающих доверия.

Изменено пользователем Shield

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на другие сайты
Гость
Эта тема закрыта для публикации ответов.

  • Последние посетители   0 пользователей онлайн

    Ни одного зарегистрированного пользователя не просматривает данную страницу

×