Dmitry Shepard

- Мастарна, я могу заменить вас, сопровождая Лурца. Если вы считаете, что нужны в бою.. что ж, возможно вы будете полезнее меня. - Меня такой вариант устроил бы, миледи, - с благодарностью посмотрел на миледи в черном Мастарна и решил поделиться знанием о некоторых своих способностях. - Я могу противостоять магическим атакам. Не стопроцентно, но тем не менее.

Центурион задумался. Глянул на целителя и скорее попросил, чем приказал: - Децимус, уходите с Мастарной подальше от этого места. Я не хочу тобой рисковать. Нам будет проще сражаться, не прикрывая тебя. - Да поможет вам Создатель! - короткое напутствие и взгляд на телохранителя. Его подопечный готов следовать, куда скажут. Мастарна отрицательно покачал головой. - Тебе понадобятся все, командир. Нет смысла вести мессира Лурца дальше, если от всей группы останемся только мы с ним, ты это знаешь. Я его прикрою в бою. Надежно. И вас тоже.

Выведя паренька наружу и узнав от остальных не слишком радостные новости, Лар передал спятившего паренька Полу, самому телохранителю сейчас нужны были свободные руки и свобода же маневра. - Сделай так, чтобы он не мешался у нас под ногами ближайшие несколько часов, Пол, - напутствовал он напоследок триария. В споре, идти убивать одержимую или нет, Лар участия также не принимал, пока не высказались все, по старой привычке ожидая, что кто-то скажет все за него. Но не в этот раз. - Мы не можем оставлять такую угрозу у себя за спиной, - спокойно произнес Мастарна. - Одержимая может пойти по нашему следу и застать нас врасплох на стоянке. Тогда возможных жертв будет куда больше, чем сейчас, когда мы предупреждены и наготове. О том, что одной из жертв с весьма высокой вероятностью может оказаться он сам, Лар даже не стал озвучивать, это было и так понятно и не имело особого значения.

Таверна Спор грозил затянуться и Лар, еще раз тихо вздохнув, просто потащил спятившего парня наружу. - Пойдемте, мы и так слишком здесь задержались. Решить судьбу мальчишки мы можем и позже.

Таверна - Андрасте, АНдрасте, Андрасте... - причитал тот не переставая, словно хотел весь мир превратить в алтарь спасительнице. - Да, - так же спокойно согласился целитель. - Разум его покинул. Милосерднее будет прервать его страдания. Мастарна тихо вздохнул. Даже вменяемым людям подчас нелегко было выживать в этом суровом мире. Шансы умалишенных же стремились к нулю. - Думаю, вы правы, мессир. Пол, миледи, у вас есть возражения?

Таверна Раны начали затягиваться, но на психическое состояние это никак не повлияло. Парень явно потерял все остатки разума. - Похоже, вы смогли помочь его телу, но не рассудку, мессир, - спокойно, будто не в него вцепился мертвой хваткой парень, отметил Мастарна. На одну короткую секунду в его серых глазах мелькнуло что-то темное, мрачное. - Ладно, попробуем. Поднимайся, парень, пойдешь пока с нами, - осторожно потянул паренька вверх телохранитель. - Как тебя зовут?

Таверна Из прорубленного проёма выскочил подросток. В переднике, который когда-то был белого цвета, а сейчас покрылся грязной коркой и кровавыми разводами. Служке местной таверны не было и пятнадцати. Совсем ещё мальчишка. Но окончательно обезумевший. С разбитым лбом и головой с частично снятым скальпом. - Андрастееееееееееееееее!! - завопил он и кинулся к ногам славных лесорубов. Кажется, последние события окончательно уничтожили его воспалённый разум. Он подскочил, обхватил сильверитовый наголенник Мастарны и замер, шепча молитву. Паренек не знал, что обязан своей жизнью намертво вбитому в память принципу "не уверен - не бей", который наставники вплавили, кажется, в самый костный мозг Мастарны. Иной на месте Лара мог и срубить паренька сгоряча, превентивно. А так Мастарна просто застыл, не делая попыток вырваться из хватки служки. - Мессир Лурц, мне кажется, это по вашей части. Только осторожно, паренек явно не в себе.

Таверна Дурак призывам не внял и продолжил долбить мантры за закрытой дверью. Но через несколько минут он истерично заорал, услышав чужой голос, и начал чем-то стучать с той стороны, видимо пытаясь пробить выход. Удары были глухие и сильные. Пол удостоился от Лара одобрительного взгляда, вот так повлиять на упрямца за закрытой дверью ему бы никогда не пришло в голову. - Похоже, дверь заклинило, - сделал вывод Лар. - Пол, неси топоры, попробуем срубить петли. Долго ждать триария не пришлось и через пару минут торопливой рубки по дереву, дверь наконец-то уступила совместному натиску, рухнув наружу, так что новоявленные дверерубы едва успели отскочить в сторону. Лар уже предусмотрительно бросил топор и тянулся к щиту и мечу, надеясь, что Лурц не кинется прямо сразу оказывать моральную и физическую помощь кому бы то ни было, находившемуся в кладовке.

Пол глянул на Лара. Кажется, у них неплохо получалось вышибать двери в паре. Кивнул. - Ломайте, мессиры. Сказать оказалось проще, чем сделать, дверь, казалось, даже не вздрогнула, когда в нее с силой ударили двое мужчин. - Крепкая, зараза, - проговорил Лар, отступив на шаг. - Открой дверь, дубина, мы тебе помочь хотим! Судя по тому, что молитва не прервалась ни на миг, ни первому, ни второму аргументу тот, кто за ней был, не внял.

- По-моему, тот кто там внутри, сошел с ума, - очень спокойным голосом произнес Лар, отойдя на шаг обратно и вопросительно посмотрев по очереди на всех присутствующих. - Будем ломать дверь?

Таверна Теперь, когда мессир Лурц указал на это, Лар тоже слышал, как со стороны кладовки,куда уже целеустремленно направился Пол, доносятся тихие звуки бормотания. - Спасибо, - кивнул в ответ Лар подопечному. - Будьте настороже. Оба. Если Пол, можно сказать, шел легко и почти бесшумно, то тяжелая поступь закованного в броню телохранителя слышалась, казалось, по всей деревне. Подойдя к двери в кладовку, из-за которой все еще доносились звуки истовой молитвы, Лар поглядел на Пола, мол, будь готов и постучал краем щита по двери. - Эй, там, внутри! Выходи, все закончилось!

Таверна Децимус вовсе никого не пытался довести до сердечного приступа или до белого каления. Просто был не в меру любопытен порой не к месту. Поэтому, прежде, чем осело облако пыли и трухи, уже протиснулся из-за плеча своего телохранителя, заглядывая внутрь. Мастарна нехотя шагнул вперед, давая Лурцу больший обзор и себе свободу для маневра. Увиденная внутри картина как-то не настраивала на оптимистичный лад. В большом зале царил разгром. Сломанная мебель, обожжённые стены, растоптанная еда, в которой уже копошились личинки. Стойка бара, бочонки с пивом, постели, перьевые подушки были разодраны, разбиты и разнесены в клочья. Словно ураган пронёсся внутри заведения и превратил упорядоченность в сущий хаос. Если здесь и можно было остановиться то, только после тщательной уборки, которая затянулась бы не на одни сутки. - Непохоже на бандитский или военный налет, - вынес вердикт Мастарна, ничего притягивающего взгляд не заметив. - Пол, Лурц, миледи?

Смущенный предыдущими неудачами, эльф готов был получить еще пару синяков, но вломиться в проклятую таверну. - Давай, - азартно ответил он, становясь на изготовку. Кивнув триарию, Мастарна встал рядом, выставив щит вперед и напрягся, концентрируясь на предстоящем движении, как учили его раньше щитом противника с ног сбивать. И неважно, что сейчас в роли того противника дверь простая, из досок сколоченная. - Раз. Два. Три! - оба мужчины на удивление слаженно ударили в дверь, Лар щитом, Пол плечом. И дверь перед их натиском не устояла, рухнула внутрь, сорванная с петель, открывая вид на что бы там ни было за ней.

- Спасибо. - несколько нервозно поблагодарил псайкер. - О большем я не смею и просить. - Не за что, Лем, - усмехнулся Делакруа. - Когда будет за что, я пришлю вам счет. Веселые нотки в голосе сенешаля яснее ясного говорили, что последняя фраза является всего лишь шуткой и их не стоит воспринимать всерьез.

Пришлось сделать глубокий вдох, чтобы утихомирить взъярившееся внутри пламя злости. Направленной, впрочем, не только на спутников, но и на себя тоже. Слишком расслабился, хотя именно такие сценарии и предполагал в начале их пути. Усыпил Лурц мнимой благоразумностью его внимание и выкинул такой фортель в самый неожиданный момент. Хорошо хоть, что миледи в черном рядом была. Или плохо, потому что свое фиаско, даже такое малое, у нее на глазах произошло. - Вам нельзя, - возразил тут же Децимус на слова миледи. - У вас еще ребра не зажили.. Я помогу.. наверное, - неуверенно закончил он, с сомнением сравнивая могучую фигуру своего телохранителя и отнюдь не такую могучую свою. - Мне прежде.. не доводилось... - И не придется, - наконец сложил с себя временный обет молчания телохранитель. - Миледи, приглядите за мессиром Лурцем, пока мы с Полом дверь выламываем. Пол, давай вместе, по счету три.

5 нубулиса, вечер Погода выправилась и более на их пути разбойников не попадалось, однако Мастарна не спешил расслабляться. Для него, с момента принятия обязанностей взамен погибшего на посту Туца это слово вообще представлялось чем-то отдаленным и почти не существующим. Большую часть времени Лар молчал, не принимая участия в обычных дорожных разговорах и держался поближе к мессиру Лурцу. Вот и сейчас, стоило им въехать в подозрительно тихую деревню, как Мастарна уже взял щит наизготовку и заскользил взглядом по крышам домов и окнам. Достаточно секунды, чтобы пустить смертельную стрелу и это было все, что есть, что будет в распоряжении Лара, чтобы отреагировать, как учили, почти не думая и не колеблясь.

Каюта сенешаля, до выхода из варпа Ответный взгляд сенешаля был непроницаем, можно было почти услышать лязг, с которым на "зерцала души" опустились броневые заслонки, призванные не дать прочитать любые намерения Делакруа, кроме тех, что он сочтет нужным озвучить или показать. Сенешаль заговорил, с заметной осторожностью подбирая слова, обтекаемые, словно речная галька, но имеющие вполне конкретный смысл для тех, кто знает контекст. - Я не могу в полной мере пресечь распространение слухов за пределы корабля, Лем, вы понимаете. Но могу предпринять определенные действия, чтобы, даже если таковое случится, слухи так и остались слухами, не потянув за собой каких-либо действий. Я всегда забочусь о своих друзьях наилучшим образом и предотвращение нанесения им вреда, неважно большого или малого, является одной из моих обязанностей. Тем более, если затронута окажется целостность и эффективность "Беспокойного".

Делакруа благосклонно кивнул в ответ. - Разумеется, Лем, не возражаю. Чем я могу вам помочь?

И, наконец, господин вышел из палатки, оставив рабов собирать ту. Зябко кутаясь в плащ и выглядя на редкость жалко, он побрел к костру, приветствуя сидящих там людей своей привычной робкой улыбкой: - Avanna! - Avanna, мессир, - скупо улыбнулся в ответ Мастарна, при виде подопечного привычно обежав бдительным взглядом пещеру в поисках скрытых или явных угроз мессиру Лурцу. Реакцию рабов на качество предложенной еды он то ли не заметил, то ли не посчитал нужным показывать, что заметил.

Кабинет сенешаля, несмотря на все перипетии, происходившие с "Беспокойным", ни капли не изменился, все также были сложены аккуратной стопкой инфопланшеты с отчетами по состоянию корабля и текущему ходу ремонта систем, все также на полированных поверхностях не было и следа пыли. Даже чуточку ироничная улыбка Делакруа была на месте, от былой подавленности собственным неблаговидным поступком не осталось и следа. Однако, было и кое-что новое, рядом с правой рукой Делакруа на столе стояла коробка из дорогого пластика, украшенная рельефной аквилой. - Учитывая, сколько всего мы вместе пережили, я бы хотел, чтобы ты принял от меня этот скромный подарок и употребил его в хорошей компании, - В последние слова Делакруа вложил особый смысл, намекая, что для него не секрет, сколько времени Лем проводит в каюте госпожи Келлер вместе с ней самой, одновременно подвинув коробку по столу ближе к Лему. Если поднять крышку, то можно было увидеть, что внутри, покоясь в ласковых и бережным объятиях замшевой подкладки, находится бутылка амасека отменно лучшего качества. Причем без всяких оговорок, вроде "лучшего качества, какое можно только найти на корабле". Если сенешаль брался что-то искать, то это всегда были качественные предметы. - Кроме того, я был бы особо тебе благодарен, если бы ты передал это письмо лично в руки госпоже Келлер, - рядом с коробкой лег на поверхность стола запечатанный конверт. Письмо внутри было весьма коротким, но полным понятного техножрице смысла. "Интересующих вас персон спасательная команда нашла в грузовом трюме. Делакруа".

На пятый день после приснопамятного боя, около полудня в микробусине Хранителя Либрариума зазвучал хорошо знакомый тому голос: - Лем, это Делакруа. Не мог бы ты зайти ко мне в кабинет ненадолго? Мне нужна твоя помощь.

А кудрявый мессир все еще спал. Даже дрых без задних ног, с головой укрывшись одеялами, чтобы хоть как-то обеспечить себе тепло. Пока другие ходили на охоту, готовили пирожки и даже поглощали их, меланхолично отплевывая попадавшиеся шерстинки, Лурц отсыпался за все предыдущие тяготы, кому то робко улыбаясь время от времени во сне. Рабы его, голодные и замершие, не смели беспокоить господина, тихонько обихаживая лошадок и собирая вещи, пробегая мимо костра и бросая мимолетные взгляды на еду. И добросались, в один из таких моментов наткнувшись на внимательный взгляд телохранителя, который в следующий пробег рабов мимо костра просто молча вручил каждому по пирожку. Был ли это нехарактерный для жителей Тевинтера альтруизм по отношению к рабам или желание сохранить собственность мессира Лурца в пригодном для использования состоянии, оставалось неизвестным.

Мастарне редко, но приходилось работать с девами-воительницами. Встречал он и девушек-телохранительниц. Делились они на две не равные категории. Первые были спокойными и знающими себе цену профессионалами, которые уже давно заработали свою долю уважения и просто делали свое дело, умело и точно. Вторых вело вперед яростное желание доказать всем и, прежде всего, себе, что они ничем не уступают мужчинам в ратном деле. Но объединяла обе категории девушек одна и та же черта - их уже было невозможно представить у семейного очага или делающих обычную женскую работу. Улва, однако, такой не была, с легкостью отставляя в сторону свои доспехи и меч и давая взглянуть на совсем иную себя, тихую, домашнюю, по прежнему скромную. Идеальная жена, как сказал бы кто. Лар легко мог представить ее пекущей яблочный пирог, напевая себе тихо-тихо под нос песенку какую, но непременно настраивающую на мирный и спокойный лад. Когда хочется подойти сзади и обнять, показывая, кто для тебя центр всего мироздания сейчас. И прошептать тихо на ушко... Желудок глухо заворчал и подобные мысли вспугнутыми неосторожным охотником птицами тут же унеслись прочь на быстрых крыльях. Однако восхищение, с которым Мастарна периодически смотрел на Улву, никуда не делось. А волосы...мелочь какая, право. От них не умирают.

- Спасайте книги! - нелепо махал руками маг, приплясывая на полу, то ли чтобы избежать контакта с серыми разбойниками, то ли пытаясь затоптать их. Рабы, совершенно точно не видевшие такого нашествия в доме их хозяина в столице, беспомощно и бесполезно топтались, ругались и пытались прогнать мышиную армию, сдернув с себя плащи и размахивая ими будто боевым стягом. - Займитесь книгами! - крикнул рабам Мастарна и, убрав меч, взялся за щит обеими руками. Конечно, тот был выгнут, но даже так оставался вполне приличным средством для массового поражения незваных грызунов.

Из-за поленницы, там, где стояла палатка Лурца, раздался сначала шум, потом грохот, а затем изысканные проклятия на древнем тевене вперемешку с более низменными ругательствами остроухих рабов. Ужин мессира был безнадежно испорчен. Впрочем, не так. Уничтожен. Так будет вернее. На грохот и ругательства немедленно отреагировал Мастарна, ворвавшись в палатку и предоставив пищащим разорителям съестного имущества мессира Лурца еще один путь к бегству. - Мессир Лурц, с вами все в порядке? - спросил телохранитель, окидывая подопечного пристальным взглядом.