tеnshi

Рико Он бы обнял его. Но уже знал, что если встанет, то может напомнить о тех, кто обидел его тогда. Что любое прикосновение сейчас только в тягость. А потом Рико умолк. — Не надо, встань, не надо так, — взмолился рыжий наконец, когда от зрелища безучастного кока, навалившегося на стол, сердце готово было разорваться. И, не зная, как это еще сделать, чтобы не навредить, сполз со стула и обнял его колени. Рико, ушедший в себя дальше обычного, очнулся только от прикосновения. - Петро? - он растерянно посмотрел вниз. Как будто тому недостаточно было, что он и так внизу большую часть жизни. Рико с удовольствием спустился бы следом, но ноги были стиснуты, а падать в сотый раз, пугая Петро еще больше, не хотелось. Он тихо вздохнул и улыбнулся, осторожно дотронувшись до щеки гнома. Не надо было все-таки столько подробностей. - Это было давно, - кажется, надо было еще объяснить, - Я тогда мало что понимал. Когда Даг вырезал мой отряд и забрал меня на борт, я думал, что меня ждет какая-то казнь по неизвестной традиции. Я ждал ее с нетерпением. Мой Путь все равно был оборван. Потом он велел заняться ранеными первый раз, и я понял. Ну, мне казалось, что понял. Решил, что они потеряли целителя, и он будет использовать меня, пока не найдет снова кого-то из своего племени. Я все еще ждал смерти, когда… когда это началось. Остальное было не важно. Я помню события, но почти не помню детали, просто… Рико помолчал. А вот это признавать было уже болезненно. Для qunari, чьи разум, душа и тело должны состоять в неотрывной связи и быть продолжением друг друга. - Мое тело, очевидно, помнит иначе.

Рико Правда, теперь, глядя на кока, понял, что лучше бы тот его отпустил к демону. Теперь надо было спросить, и снова свело челюсть. Но отступать было некуда:— Что-то случилось? Что... что случилось? Рико облегченно отпустил гнома и откинулся на стуле. Его самого демон пугал гораздо больше, чем любые воспоминания. - Ничего, - ответил он тихо, разглядывая свои руки, - Ничего необычного. Не самая красивая история. Но если Петро спросил уже два раза, наверное, он действительно хотел знать? Толстого Леонарда, кока Хельги, новичок раздражал. Стеклянный взгляд, деревянная походка, овощ овощем, а капитан со старпомом носятся с ним как с треснувшим яйцом. Когда выяснилось, что овощ здесь не просто так, а по лекарскому делу, стало еще хуже - овощ прописался на камбузе. Логика в этом была - здесь легко было хранить составы и мази, здесь же их проще было готовить. На маленькой шхуне свободного места было не дохрена, и выделять место под лабораторию было просто негде. Но раздражение от вида копающейся в его ящиках и на его полках сомнамбулы копилось от этого только сильнее. - Он тогда на меня наорал. Что-то у него не получилось, а на мне было удобно срываться. Я ему не ответил. Я был на корабле меньше года. Все еще не видел смысла ни в чем, кроме работы. Думаю, его это разозлило больше обычного. Он оторвал меня от шкафа, стал задавать вопросы. Хотел меня пронять. Спрашивал, что еще может со мной сделать, раз я такой послушный - избить, пустить кровь, убить. Пригрозил отт… взять, у этой же стены. Я молчал и ждал, когда он успокоится. Обычно это срабатывало. Но… последняя идея ему понравилась. Наверное, следовало рассказать короче. Но после всех недомолвок хотелось расставить точки по местам. Рико съехал вперед по столу, раздвигая руками склянки, и прижался щекой к дереву. - Я тогда еще подумал, что легко отделался. Просто перестал приходить на камбуз. Но он начал находить меня по всему кораблю. Я даже не понимал, зачем. Это не нравилось мне, и я не мог представить, что это может нравиться ему. Я ведь не tamassran. И даже не из шпионов ben hassrath, которых учат всему, что может понадобиться для жизни среди bas. Потом ему, наверное, стало скучно. И он… решил поделиться со своей шайкой. Но не учел, что делиться тихо не получится. Тогда на это и наткнулся Даг. Он меня от них вырвал и чуть не придушил, вытрясая все детали. Я ведь жил уже у него в каюте, все это время, и ничего не сказал. Когда я понял, чего он хочет, и сказал, что это длится уже месяц… Он выдержал паузу, думая о том, что еще стоит говорить сейчас. - В общем, он их там же и убил, - попытался закончить без красочных, но незначительных в их разговоре, подробностей, - А я так и не... Так и не. Кажется, теперь должно было быть понятно.

Рико — Давай, я сейчас пойду туда и… попробую это сделать? Если оно там… но вот только… Прежде чем ставить эксперименты, он должен был это спросить: — Чего ты боишься? По мере того как Петро перекладывал его «тезисы» на всеобщий, Рико серьезно кивал. Ничего необычного, чистая, секстант ей в задницу, наука. Безумцам - в самый раз. Пока дело не дошло до практических испытаний. - Нет! - он схватил гнома уже обеими руками, на данный момент боясь только того, что тот и вправду рванет проверять на себе магистерские мороки, - Я оттуда еле ушел, Петро. Он не хотел, чтобы я уходил. Просил, чтобы я закрыл глаза. И он… - Рико шумно вздохнул, вспоминая пережитое, - хорошо умеет просить. Вопрос, однако, был задан. Кучерявый опустил глаза, безотчетно уставившись куда-то в нижнюю часть гнома, не представляя даже, с чего тут можно начать. - Я… не боюсь. Не тебя. Оно само.

Рико — Почему совсем прицепился? — споткнулся он о последнюю фразу. — Ты… его и сейчас слышишь? Сам гном уже мог бы похвастаться многоголосием маленьких Петро в голове, впору было затягивать Песнь Света. — Сядь, пожалуйста, — попросил он и добавил тихо, протягивая ладонь к его руке. — И ничего не бойся. Рико, выговорившись, стоял и смотрел в стену. Медленно-медленно в голове оседала собственная речь. Стройная гипотеза. Логичные выводы. Крепкие предпосылки. Особенно хороши были, мать их, предпосылки. Кучерявый сглотнул снова и с опаской поглядел на Петро. Демон ненадолго съехал на задний план. По каким-то необъяснимым причинам рыжий по сей момент не пытался немедленно сбежать из этого прибежища умственной скорби. Более того, устроился за столом и чувствовал себя как дома. Возможно, они сходили с ума одновременно. От этой мысли стало теплее. Рико кивнул, ногой двинул стул к стул гнома и устало брякнулся рядом. Бояться уже откровенно утомляло. Рука сжала руку. - Слышу? - он подумал, расправил плечи, как для медитации, попутно вспомнив, что пропустил уже два дня полезной для души, разума и в целом практики. Тут и не так поедешь. Собрался с духом и закрыл все-таки глаза. Неестественное возбуждение улеглось окончательно, впору подумать, что все приснилось. Только грела теплом ладонь. - Нет, - выдохнул облегченно, открывая глаза, - Наверное, оно там заперто. Рико упрямо посмотрел на Петро. - Но там точно что-то было!

Рико — Ты уверен? — и не смог удержаться, чтобы всё-таки не вынести хоть какое-то объяснение словам человека, заявляющего, что он только что на камбузе вызвал демона желания, — Это ты что-то… приготовил? Уверен ли он? Вопрос из вопросов. Но что еще могло так тихо и вкрадчиво пробираться в глубины сознания, так крепко приковать к несмываемой диаграмме, оставленной тевинтерским магистром? И что еще могло оставить тело в ТАКОМ состоянии? Хотя бы внешнее возбуждение успело спасть, и на том спасибо. - Приготовил? - Рико растерянно обернулся к столу и как впервые увидел батарею из зелий и ингредиентов, - О. Нет. Я смотрел что у меня есть. И читал. Надеялся понять. Он оттолкнулся от Петро окончательно и пошел мерить шагами камбуз. - Я думаю, что это демон желания, - признался в своей неуверенности. Помедлил и начал говорить. Он выложил все, всю логическую цепочку, которую смог выстроить к этому моменту, не замечая, поглощенный разбором, что выдает своему слушателю из глубины души. Как закрылся в проклятой каюте, как в единственном месте, где мог остаться один. Как думал о Петро, поцелуях, руках и взглядах. Как злился на свой страх и непредсказуемость своего тела. Как, наконец, со всеми этими мыслями и чувствами дотронулся до расписанной стены. - Он не звучал особенно… желательно. Но они ведь так это на самом деле и делают. Если вчитаться в легенды и мемуары. Не вываливают на тебя мешок голых девственниц. Ну, может быть на кого-то вроде Дага… Рико торопливо помотал головой, отметая умозрительные рассуждения. - Они цепляют за то, что важно тебе, - голос дрогнул, глаза остановились на стене, - Что, если он ко мне... совсем прицепился?

Рико Тяжело дыша, Рико прижался щекой к рыжим волосам. Руки на спине, лоб у плеча, весь Петро, с его жилетом, бородой и припухлым животом, твердо стоящий на земле, не имеющий ничего общего с тем воздушным покрывалом, незаметно падающим на плечи, обволакивающим сладкой дрожью, вытягивающим тело в неестественную струну. Сейчас казалось, он не осмелится закрыть глаза больше никогда в жизни. - Петро, - с усилием Рико отлепился от спасительного гнома. Все знают, что гномы лучше сопротивляются магии. Все знают, что гномы не видят снов. Из рук этого гнома и раньше выбираться хотелось не слишком, а теперь к нему хотелось привязаться. И где Жиль со своей веревкой, когда он так нужен? - Петро, кажется, я вызвал демона, - пролепетал он. И, нервно сглотнув, уточнил из чистой педантичности. - Желания.

Рико Стук двери произвел эффект не хуже взорвавшегося гаатлога. Очень маленькой щепотки гаатлога. Сидящий в кресле подпрыгнул, книга подлетела вверх, каким-то чудом сложилась прямо в воздухе и упала прямо в руки уже стоящему на ногах коку. Рико панически заозирался, далеко не сразу остановив взгляд на госте. - Петро! - срывающийся шепот окончательно сорвался на вдохе. Рико бросил книгу на кресло, бегом пересек камбуз и захлопнул засов. А потом схватил гнома в охапку и прижал к груди.

Камбуз К тому времени, когда Петро появился на камбузе, там скопились признаки странной, но активной деятельности, в последнюю очередь связанной с пирогами. На столе в беспорядке выстроились бутылочки с готовыми зельями, баночки с разноцветными порошками, корнями и неопознаваемой растительностью. На краю опасно качалась груда наваленных друг на друга раскрытых книг. Хозяин «творческого пространства» сидел в кресле с ногами и таращился в такой же фолиант пустыми глазами. Открывшейся двери он не заметил.

Рико Узор на стене был даже красивым. Тонкая ажурная вязь, слегка переливающаяся в свете лампы. Чем же она все-таки нарисована? Это точно была не кровь. С кровью у полевого лекаря сложились отношения достаточно тесные, чтобы узнать ее и в самых незаметных следах. С отстраненным любопытством Рико положил ладонь на рисунок, нажал, как будто хотел пройти сквозь стену. В состоянии полного отупения, до которого он целенаправленно доводил себя последние полчаса, можно было не бояться никаких рисуночков. Ничего не произошло. С разочарованным вздохом Рико прижался лбом к прохладной стене и закрыл глаза. Может и правда переехать сюда, раз никому больше не нужно? Здесь он сможет быть наедине с собой сколько угодно. «Со мной» Незнакомый голос прошелестел, кажется, отовсюду. Рико удивленно открыл глаза, обнаружив перед ними самый центр рисунка. Расплывчатые с такого расстояния линии качались медленными тягучими волнами. Шелест пробрался под рубашку, как будто туда снова скользнули чьи-то руки, привлекли и остановились, не ожидая ничего взамен. Если только, чтобы он снова закрыл глаза.

Рико - За пирог. А... - он осторожно задал вопрос, - когда он будет готов? Ах да. Пирог. Он же сам вспомнил его две минуты назад. Мысли могли путаться, руки - дрожать, но пирог оставался незыблем и надежен. - Через час, - пробормотал Рико. Часа должно было хватить и ему. Рывком он поднялся на ноги, стукнул кулаком в дверь изнутри, отгоняя вероятных слухачей, но остановился, прильнув лбом к полотну. - Приходи, - попросил сдавленно. И только потом шагнул за дверь. х

Рико Это было смешно. И он тихонько рассмеялся, но не так, как мог бы. Рико коротко усмехнулся в ответ и закрыл глаза. Слезы еще жгли изнутри, но это уже могло подождать до… И даже на камбузе во время ужина не закрыться. Черт. Если что-то летит в пропасть - летит непременно с грохотом. Он скрипнул зубами и уже уперся рукой в пол, собираясь вставать несмотря ни на что, но рука соскользнула. - Спасибо. А рыжий таки заставил посмотреть на себя еще раз. Рико непонимающе покачал головой. Непонимания здесь и так скопилось слишком много. - За что?

Рико Но они продолжали говорить. И Рико продолжал. И хотелось обнять. Но наверно, уже умозрительно. — А рулет? — вдруг вспохватился он. Обнять хотелось до сумасшествия. А еще - поцеловать, хотя бы как тогда, в темном переулке, где единственным страхом была темнота, а сам поцелуй еще не значил совсем почти ничего. Это пройдет. Должно пройти. Лучше бы ему пройти. Жилет странным образом помогал сосредоточиться. А Петро, как и прежде, помогал съезжать с любой мысленной колеи. - А рулет - мне, - почти нормально и даже как-то сварливо отозвался Рико, и упрямо добавил, подняв, наконец, глаза, - И я его не буду!

Рико Руки сцепились в замок. Он пригляделся уже который раз. Глаза у Рико блестели. Будто слёзы. Что же он наделал, глупый рыжий гном. — Я приду, — поспешно закивал он. Спохватился, — А можно? Его рука, наоборот, сразу потянулась вперед, едва успел отдернуть. Хватит. Натрогался уже, со своей неуемной тактильностью. Там где для него лежала ясная черта, для Петро ее не было. Значит, надо было оставаться за какой-то другой. Где лежала другая, Рико не знал. - Ну, - он растерянно взлохматил волосы, снова боясь встретиться глазами. Остановил взгляд на первой пуговице жилета, - Он же для тебя.

Рико - Тогда не надо, - выдавил из себя и больше ничего не смог сказать или спросить. Жиль советовал что-то спросить. Но в горле стоял ком. Отступил на два шага. Закрыл глаза, и все же спросил, цепляясь за последнюю надежду, - А в оперу? Не надо. Почему-то теперь, когда правда прозвучала от Петро, это полоснуло как ножом. Каждый вдох рвал легкие, но так можно было долго держать слезы. Что было надо - так это подняться и уйти. Не втягивая рыжего больше ни в какие проблемы. Как будто он не найдет своих на пиратском корабле. В оперу Рико моргнул. И с нервным смехом спрятал лицо в разом намокших ладонях. - Петро… - он шмыгнул носом и слабо улыбнулся, поднимая блестящие глаза на рыжего. - Там еще пирог, - ответил невпопад, - Будет. Если его сырым не съели.

Колетта - Ну вот, - Рино остановился перед сходнями Дагова брига. - Давай. До завтра что ли. Хотя, теперь кто знает, когда встретимся. Может, в Ривейне только. - Ну встретимся же, - оптимистично заметила Колетта, покачав рукой Рино, которую держала уже обеими руками. Попрощаться хотелось как-нибудь эдак, но голова как назло стала пустее трюма каравеллы. И тоже с одним маленьким секретом. Она выпустила абордажника, отступила на трап, помахала рукой. И тенью скользнула наверх по доскам, скрывшись на родном корабле.

Колетта - Верг, - почему-то он тоже зарделся под чёрной краской. Наверное, румянец передаётся воздушно-капельным путём, и он от неё заразился. Уже давно. - Пойдём. Я тебя провожу? Колетта хихикнула, уже чувствуя себя гораздо свободнее. Все еще опасливо поглядывая на абордажника, она шагнула ближе, ткнулась плечом в плечо и быстро, пока не передумала, цапнула его за руку. - Провожай, - разрешила она.

Колетта Ну ответа он и не требовал. Чёрные усы накрыли маленький нос, а губы коснулись губ. Лишь коснулись, сообщая её губам, что его губы тоже тёплые, усы пахнут орзаммарским табаком, а радужка глаз вблизи переливается алмазными гранями. Продолжения он не ждал. Не к шлюхе же подкатывает. Но всё же задержался на моменте касания на пару лишних секунд. Колетте всегда казалось, что в этот момент должно будет произойти что-то грандиозное. Или грандиозно-дурацкое, как в уличных представлениях. Грянет гром, Создатель снизойдет на землю, она поскользнется и плюхнется в лужу. Не случилось ровным счетом ни-че-го. Только щекотка переместилась с носа на губы, задержалась там и пропала. И это ваш Первый Поцелуй? Только щекам стало жарко, как будто половину Риалто пробежала по крышам. Она прижала ладони к лицу, глаза сияли поверх пальцев. - Ну… - получилось глухо и невнятно. Капитанская дочка собралась с духом, спрятала руки за спину и расправила плечи, изо всех сил делая вид, что целый мир только что не кувыркнулся, - Ну пойдем? - предложила она.

Рико — Ой, прости, — он рассмеялся тихо, снова уткнувшись лбом в плечо Рико, убрал руки, улыбаясь, поднял взгляд. Кок дернулся, потому что, разумеется, двери открыты, и в конце концов хозяин каюты может и вернуться за чем-нибудь. — Ну так как насчет вечера? Рико смотрел в пустоту. Колени подгибались, в ушах гулко стучала кровь. Отпустил. Кое-как он толкнул Петро от себя - потому что иначе они бы снова упали оба, кое-как опустился на пол где стоял, оперся на что-то спиной и уронил голову. Отпустил. Нет, Петро не был Леонардом. Петро был просто Петро. Который каким-то образом ничего, совсем ничего не замечал. А ему самому сейчас казалось, что это клеймо горит огнем поперек всего тела. - Я не могу. Это пришлось, наконец, признать. Паника унялась, и перед рыжим было немного стыдно. Он ведь начал все сам.

Колетта - А у меня в Орзаммаре нажонок был, - поделился сокровенным, - Баш. "Большой" на языке дварва. Но на самом деле он совсем мелкий был. Его из общего гнезда мамаша выкинула. Хилый потому что. Но выжил. Серные грибы любил. И всегда за мной бегал. Только потом у меня его отобрали. Друзья мои, такие же беспризорники. Ну и зажарили на лавовом коллекторе. Жалко его было... - он виновато улыбнулся. Зачем только вспомнил. Да и ей, наземнице, жизнь под горой разве интересна. Колетте было интересно все. Всего пять лет, как она выбралась из безнадежной серости жизни в таверне. И лишь совсем недавно начала понимать, какой огромный этот мир. Теперь она собиралась стать капитаном не чтобы грабить, и даже не чтобы искать клады, а чтобы увидеть все на свете. А пока что слушала истории, которых у любого моряка хватало по горлышко. И печальный конец нажонка не испортил рассказ - в тех сказках, которые подбирал дочери капитана кучерявый кок, когда учил читать, встречались сюжеты и похлеще. Она уже хотела рассказать про свои печальные попытки подружиться с самым матерым крысоловом трюма, но… Рука невольно потянулась к её щеке и заправила за маленькое ушко непослушную рыжую прядь. - А ты красивая, - сказал совсем тихо и осторожно склонился к курносому носу, касаясь самого кончика пышными усами. - Ой… Девочка замерла. Вообще-то, большую часть времени она и сама полагала себя красивой. Не считая, конечно, сисек. Но и тут еще не отпали последние надежды. Фамильная самоуверенность Карраско если и не цвела еще в полную силу, то только из-за отсутствия опыта, который, как талдычат все кому не лень - дело наживное. А еще - никто никогда не говорил ей этого со стороны. Мелкая, блоха, пискля, коротышка, малая, девка. Список можно было продолжать бесконечно. Красивая Усы щекотались смешно, заставляя морщить нос, но страшно не было. Робко улыбаясь, она совсем не знала, что можно сказать в ответ.

Рико А у Петро сбилось дыхание и ладонь, так своевольно забравшаяся под рубаху, теперь тянулась к лопатке. Проделывая путь, от которого взгляд туманился, и бегающие свиньи убегали куда-то за горизонт. - Не скоро? - переспросил он, даже не вдумываясь в то, куда это они ушли. И не собирается ли кто-нибудь еще прийти. — Рико… Другая рука уже нащупывала пряжку ремня, противореча тому, что произносил он почти шепотом, полагая, что это что-то должно объяснить: — Встретимся вечером? А? Начало движения он пропустил. Заговорился, задумался, забыл, что означают прикосновения для - да, наверное, для всех, кроме него самого. Рядом с Петро было так легко забывать. - Что ты… Он оборвал себя. Можно было и не спрашивать. Петро продолжал. То, что началось два часа назад на камбузе, и закончилось там же - но, кажется, только для самого Рико. Ему не мешала незапертая дверь. Не пугали охранники за порогом, которым с каждой минутой становилось любопытнее, что же там столько времени делает кок, зашедший «занести еду». И он, кажется, был совершенно, непоколебимо уверен, что они сейчас думают об одном и том же. Чувствуют одно и то же. Если только. Ему не было все равно. Нет. Не снова. Рука гнома сжалась на пряжке, как приговор. Рико беспомощно дернулся назад, уже уверенный - его не отпустят.

Колетта - Говорят он уже давно на "Инфанте". С самого начала. Когда капитан и Гарсия её увели у орлесианцев. Вроде и попугай им в наследство остался от бывшего владельца. И вот не улетел, не смог корабль бросить. Настоящий морской волк, хоть и попугай. А ваш кабан-то как попал на "Хельгу"? Он тоже талисман? - Он - неприкосновенный запас, - прыснула Колетта, явно вспомнив чьи-то слова, - Мы тогда далеко от городов ушли, у леса стояли. Папа ушел в кусты, а пришел с поросенком. Мелкий какой-то был совсем, но на больного тоже не похож. Рико, кок наш, его сразу в котел сунуть хотел, но папа уперся. Сошлись на том, что можно взять и подкормить. Так он у папы на «подкормке» и остался. Странный он - полтора-то года уже точно есть, а все маленький. Настоящие кабаны-то во! По тому, как девочка вытянула вверх руку, «настоящие» кабаны должны были быть в холке не меньше двух метров. - И команды учит хорошо. А Рико на него до сих пор отдельный тесак точит, он его даже подписал, кажется, - рассказчица хихикнула и закончила, - В общем, у вас история интереснее. Рико Говорил о бегущих свиньях. А думал о том, что хотел не просто говорить. Потянул вверх рубаху, зная теперь, что она так заманчиво легко вытягивается из пояса. Коснуться спины у позвоночника - малость, о которой думал тогда, но так и не смог. Не решился. Спина под рукой напряглась сразу. Но Рико улыбался, как будто не замечал - или не хотел замечать. Только переступил, разминая затекшие ноги. - Он и так всё время спит, — признался, хотя, если честно, надеялся, что и дальше будет спать. Свин в тесном пространстве сильно смахивал на бронто. — Вдруг это ему повредит? Слишком долго спать? - Так вот они гулять и ушли, - рассмеялся он. Вот и что не так с этими гномами, что они так заботятся о ходячем провианте? - Не скоро теперь вернутся. Даг с ним почище, чем со своими детьми возится, - добавил кучерявый, чтобы утешить обеспокоенного за судьбу мешка сосисок Петро.

Рико Они на этом остановились. На разговорах о мясном рулете и крепких объятиях. Руки потянули к себе крепче талию, ощущая под ладонями фактуру пояса и вспоминая это ощущение. А нет, случилось! Он поднял голову, глядя снизу вверх, улыбаясь: - Я придумал сюжет для новой движущейся картинки, - обрадовал гном. - Бегущий свин. Ничто так не завораживает взгляд. Ой. Рико вздрогнул, по обыкновению беря себя в руки. Так и не смог привыкнуть к таким вот тесным объятиям. С Петро, впрочем, успокоиться было несложно. Особенно когда он начинал говорить, вот например, о бегущих свиньях. - Он тебя не обижает? - спросил Рико со смехом, но сам вопрос по его мнению был исключительно серьезный. Он воровато оглянулся на дверь, и прошептал, - Могу подсыпáть ему в корм что-нибудь сонное, пока ты здесь. Колетта - Тссс, тихо, - он прижал палец к её губам. - Не думаю, что капитаны кинутся её освобождать прям сейчас. А может она вовсе не пленница. Такое тоже может быть. Пошли по домам. Расскажем всё. Пусть Хирол и Даг решают. Но в любом случае, последнее слово будет за Торнадо. Пошли. И... ты это, - он улыбнулся ей, - ты крутая! Колетта прижала кулаки к груди и глубоко-глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Да. Хороший вор должен уметь ждать. - А ты здорово придумал с попугаем, - хихикнула она, - А он правда ваш талисман?

Колетта - Эй, ты выбралась! - он подскочил к ней, схватил за плечи и обнял. - Я уж думал, ты попалась. Отстранился, быстро отпустил. - Не очень-то по-тихому получилось, - вздохнул гном. - Но вроде сработало. Узнала что-нибудь? - Ой! - Колетта замерла на секунду. Или даже на две. Быть обнятой ей понравилось, но находка в трюме была слишком увлекательной, чтобы замирать дольше. - Там пленница! - возбужденно затараторила она шепотом, схватив Рино за руки, - В ящике! Зачарованная! Или опоенная? Но это точно магия! Она холодная! Но дышит! И вся белая-белая. Вообще вся. И кожа, и волосы, и губы! И больше ничего во всем трюме! Надо сказать капитанам. Вдруг они захотят ее освободить?

Сара Сноу, ветер свободы На палубах творилось какое-то полное попугаепреставление. Слушая из угла, как Рино заясняет права геральдических птиц капитану каравеллы, Колетта умудрилась даже свернуть что-то с бочки, но на нее так никто внимания и не обратил. Лучшее, что она могла теперь сделать для проникнувшегося ролью приманки напарника - убраться к попугаевой матери и побыстрее. Что и сделала, не поднимая головы, пока не отбежала от трапа шагов на двадцать. Там девочка устроилась в тени, у груды ящиков, собираясь ждать, когда с досок скатится и коренастый обладатель самых скрытных в мире топоров.

Хельга, каюта капитана — А ты заходи, знаешь, как-нибудь, тут… Без Дага и Фелиция тут было даже просторно. — мило. Жилевы напутствия лезли в голову и мешали просто любоваться его улыбкой. Все эти точные определения и имена. Лоб уперся в плечо и замер на несколько мгновений. Рико был совершенно не против зайти как-нибудь, но он и уходить пока что не торопился, с любопытством разглядывая изменившийся интерьер знакомой каюты. Без зловредного свина и вместе с рыжим здесь и вправду было даже уютно. Взгляд скользил по стенам, столу, кровати, но неизменно останавливался на Петро. Он поймал себя на том, что покачивается, сложив руки за спиной, как это делала Колетта, когда ожидала взбучки от отца или Жиля, но не была уверена, что взбучка состоится. Неопределенность. Теперь, спустя два долгих часа он снова не знал, как вести себя, и что говорить тому, кто был так к нему близко. Будто восстановился невидимый барьер. Рико опустил глаза. Когда он шел сюда от камбуза, казалось, будто что-то изменится. Что при виде Петро ему не придется подбирать слова или думать о его мыслях. Что все станет хоть немного понятнее. Потом Петро шагнул вперед, и барьеров не стало. Растерянно Рико смотрел на прильнувшего к плечу гнома. Осторожно положил руки на обвисшие плечи, сжал, дотронулся пальцами до шеи и улыбнулся, вспомнив свои нехитрые желания на оставшемся так далеко рынке. Теперь-то можно? - Что-то случилось?