Hikaru

Я так понимаю, косяки продолжаются и сегодня ничего не будет?

Школа прикольно ) А кто эта блондинка в центре? Узнала всех, кроме нее

Сурана хороша!

- Что будем делать, товарищи? - шепотом спросил Щукин. - Похоже, девочка была здесь. Хорошо бы отобрать у пауков сумку, вдруг там какая-то записка от нее; но, к сожалению, мы не знаем, на что они способны. Как вариант, можно через дыру пролезть на склад готовой продукции. Я думаю, если швырнуть чем-нибудь (а хотя бы и моим термосом) подальше в сторону сборочного конвейера, это отвлечет пауков и мы успеем перебраться в тот цех.

Извиняюсь что-то весь день сегодня наперекосяк ((

- Надо попытаться заглянуть в цех и посмотреть, что там... - задумчиво сказал Николай. - По мне, так бродить в темноте - не лучший выход: без фонариков мы все равно ничего не увидим, а свет только привлечет разную нечисть.

Элайя. Эпилог (часть последняя)

- Ну что ж, передохнули - пора и дальше на поиски. - Щукин встал и еще раз проверил всё ли на месте: веревка, фонарик, нож... Упаковав в рюкзак аптечку и пустой термос, технолог закинул его за спину и на пробу помахал ломиком. - Отличная штука! - в который раз восхитился он, - Легкий как перышко и прочный как танковая броня. - Все готовы? Тогда - вперед! Он спрыгнул с возвышения и помог спуститься Ларисе, после чего направился в сторону сборочного цеха.

- И тем не менее, нельзя так относиться к тому, кто оказал тебе помощь, кем бы он ни был. - резонно заметил Николай Романович. - Без них мы бы не отбились от ...собак.

- Стыдно, Владислав Егорович! - укорил инженера Щукин, снова доставая аптечку дабы оказать пострадавшему первую помощь.

- Лариса Анатольевна, голубушка, рано нам еще сдаваться. Не такой человек Геннадий, чтоб пропасть ни за что ни про что; думаю, найдем мы его, и Галю найдем, обязательно найдем! - После перевязки и горячего чая Щукину заметно полегчало и теперь он, как мог, пытался утешить мать девочки. Пошарив у себя в рюкзаке, Николай вытащил банку шпрот и складной нож. - Сейчас перекусим, чай допьем и пойдем их искать... "Кряк" - китайское лезвие не выдержало столкновения с банкой. - Ну что за напасть... - огорчился технолог и отправился шуровать в Васюнинском рюкзаке. - Нет, ну надо же - как по спецзаказу! - Николай Романович с восхищением рассматривал выуженый из недр необъятной тары легкий прочный ломик из титанового сплава - как раз под больную руку. Покопавшись еще немного, он достал отличный складной нож и решив, что все необходимое теперь у него имеется, вернулся на место. - Угощайтесь! - он протянул вскрытую банку товарищам. - У кого какие идеи?

Николай с трудом скинул свой отощавший рюкзак - надо было достать оттуда аптечку, чтобы перевязать рану на руке, а заодно напоить Ларису обещанным чаем. С сухарями.

"- Не бойтесь...глаз...", - вспомнились слова куклы. - Туда! - Технолог показал на бетонную площадку и первым спрыгнул с пандуса, надеясь, что правильно понял Дюймовочку.

А второй сломан

Щукин кое-как заставил себя подняться на ноги. - Надо уходить, срочно. Нам с ними не справиться, их слишком много. И дорога одна - дальше в Зону. надо найти относительно безопасное место и тогда уже решать, что делать дальше. Выйдем через ту дверь, - он кивнул влево, - и заблокируем ее снаружи; дверь надежная, пусть ломают, если смогут. Быстрее! - И он захромал к выходу. Изуродованный огнетушитель пришлось бросить по причине полнейшей непригодности к дальнейшему использованию, в том числе и в качестве скелетоударного и куклозащитного оружия; про себя Николай Романович очень надеялся подобрать в Зоне какую-нибудь железяку покрепче, типа "ломик хозяйственный".

Во сколько завтра (а то у меня полдня занято)

Нет, конечно - но сейчас такой момент, что отвечать на вопрос Ларисы потом смысла не будет (я поэтому и пишу, что "все потом"). Если мастер скажет, то удалю, а вторую часть поста перенесу в первый (про веревку и нож)

Лариса все еще сидела рядом с Щукиным, - как вы себя чувствуете? Думаю, пару минут нам надо отдохнуть. Как раз послушаем куклу. У кого-нибудь есть вода? - обратилась она ко всем. - Чай, в термосе, в рюкзаке, - прохрипел Щукин. - Вам, Лариса Анатольевна, тоже надо выпить. Но это все потом... Сейчас надо выслушать эту... это... - он замялся, не зная, как лучше, - И уходить отсюда, мы действительно порядком нашумели. И Алексею скажите, пусть веревку подберет - пригодится еще. И тесак.

Николай Романович сполз по стенке, все еще не веря в благополучный исход. Надо было снять рюкзак и достать аптечку, но сил не было, никаких. Единственное, что он смог - достать из кармана носок и кое-как перетянуть рану на руке. - Владислав, давайте послушаем, что она скажет...

Тогда продолжим завтра )

"Дзиннь!!!" Тесак Дюймовочки с лязгом встречается с огнетушителем. Щукин отступает. "Звяк!" Это уже огнетушитель наносит ответный удар. Еще один шаг назад. Щукин уже не понимал, что он слышит - звон ли металла об металл или просто звон в ушах, вызванный потерей крови. Как бы то ни было, каждый взмах "щитом" давался ему все труднее и труднее. "Доннн!!" Очередной удар куклы вышиб изуродованный до неузнаваемости предмет из рук Николая. С трудом увернувшись от тесака, он сделал еще шаг назад и уперся спиной в кирпичную стену. "Ну вот и все!" - мелькнула паническая мысль...

Рефлекторно развернувшись и вскинув вторую руку, с зажатым в ней противогазом, технолог случайно попал по кукле. Удар был несильным, но многострадальному агрегату хватило и этого - огнетушитель зашипел и плюнул в Дюймовочку остатками пены. Правая рука Николая нестерпимо ныла, рукав куртки пропитался кровью; Щукин попятился, отмахиваясь огнетушителем.

- Приехали... - внутри инженера-технолога что-то оборвалось и устремилось к пяткам. Возможно, сердце, но не исключено, что мозг, потому что следующие действия удивили его самого. Сорвав с пояса моток веревки с петлей на конце, он не хуже циркового ковбоя раскрутил импровизированное лассо над головой, и устремился к ближайшей кукле, той самой, что душила Ларису, с намерением заарканить "Дюймовочку". В другой руке он, словно щит, сжимал позабытый огнетушитель.

Так она же под самой лампой сидит))

Интересно, как можно принять восьмилетнюю девочку за ученицу седьмого класса