Ribka

Второй этаж На все три ритуала изгнания Нечто безэмоционально произнесло: - Неучи. Боль ухватила ведьмака за распятые руки и попыталась вырвать их из плеч. По ощущениям именно так все и было. Вот теперь уже Лиам заорал во всю глотку*, забыв про все на свете, лишь где-то в глубине мозга колола холодной иглой единственная мысль "Хватитхватитхватит... ". Да когда же это прекратится?! Нечленораздельный вой его захлебнулся и можно было подумать, что американец потерял сознание или уснул. Прошло, пожалуй, не больше нескольких секунд, но растянулись они в нескончаемую пытку. - Ты ох...енно скучное чучело, - Лиам разлепил сжатые веки и обвел мутным взглядом комнату. - Попугай сраный... одно и то же, одно и то же... Хоть в пустых оскорблениях отвести душу, а может быть невидимая тварь обидится настолько, что сразу свернет ему шею, прервав тем самым свою пытку? ____ СВ - провал

- Ты про сигил забыл, ведьмак, - захихикал голос. - Плохой учитель у тебя был. На этот раз пальцы остались целы - тварь перешла сразу к кисти. Но думалось, что для демонстрации кто тут хозяин положения, нежели от страха. И откуда у Галахад хватало сил орать угрозы? Ведьмак смог только вскрикнуть от новой боли и потом замолчал, сильно зажмурившись и тяжело дыша, со свистом втягивая в себя воздух сквозь оскаленные зубы. Верить ли твари, что дело было лишь в отсутствующем сигиле или же дело было в неправильном выборе слов - его попытку не поддержали, а другие идеи в затуманенный мозг приходить не желали. - Но что-то же тебя здесь удерживает! - крикнула Ника, по-прежнему безуспешно пытаясь разглядеть обладателя голоса. Ни обычное, ни сверхъестественное зрение не находили его. - Omni potentis Dei potestatem invoco, omni potentis Dei potestatem invoco, abrogo terra, hoc angelorum in obse quentum, Domine expuere, Domine expuere, unde abeo Dei per, - произнесла она слова ритуала для изгнания светлого. Нет, Ника поняла его верно! Вот только толку то было... Какая кость станет следующей? Будет ли еще больнее или уже предел достигнут и остается лишь биться об него с каждым новым хронометражом? - Exorcizamus te, omnis immundus spiritus omnis satanica potestas, omnis incursio infernalis adversarii, omnis legio, omnis congregatio et secta diabolica..., - и все же голос Тиммерманса вторил медиуму, без надежды, а все из какого-то ослиного безрассудства, а вдруг. - Ergo draco maledicte et omnis legio diabolica adjuramus te. cessa decipere humanas creaturas, eisque aeternae Perditionis venenum propinare... Vade, Satana, inventor et magister omnis fallaciae, hostis humanae salutis. Humiliare sub potenti manu dei, contremisce et effuge, invocato a nobis sancto et terribili nomine, quem inferi tremunt. Ab insidiis diaboli, libera nos, Domine... Ut Ecclesiam tuam secura tibi facias libertate servire te rogamus, audi nos...

Уже после этих слов ведьмак и охотник ощутили новую боль от следующих переломов. Нечто слов на ветер не бросало. - А-а-астановись! - тихо взвыл ведьмак, безотчетно напрягаясь изо всех сил в бесполезной попытке освободиться от невидимых пут, оторвать от стены пострадавшую руку, чтобы прижать к себе, защищая ее от дальнейших посягательств. Конечно же, ничего не вышло, американец прикрыл глаза, крепко сжав челюсти, чтобы перетерпеть боль. -Эй ты,тварь!-возглас сопровождался еще одним безуспешным рывком в невидимых тенетах.-Почему бы тебе самой не выйти и не поискать того,кто тебе нужен? Не можешь,да?Привязана к этой комнате? Не может выйти? Или не хочет? Говорил ли Темный, как работают ритуалы без пентаграмм? Работают ли вообще? Причинят ли слова хоть толику боли этому ублюдку? Мысли, что испуганные тараканы, расползались и сосредоточиться стоило труда. - А давайте... мы ему почитаем... , - мелко дрожа, сдавленно проговорил Лиам, обращаясь к своим спутницам. - По-омните, нас Темный учил? За-анятные словечки... - Слышь, урод... как тебе такие стихи? BRA DE GAH RA MA beh rah deh gah eh rah ma! - мало было поэзии в сипло выкрикнутой тарабарщине. Но может вместо аплодисментов из треска новых костей он услышит новый звук, более приятный уху?

- Так пусть придёт тот, я узнаю Его, - ответило Нечто на все вопросы сразу, а его обещание начало сбываться. Глухой треск, раздавшийся в тишине комнаты, заставил охотника и ведьмака поверить в серьёзные намерения потустороннего. - Время пошло, - глухо отозвался детский голос. Лучше бы вместе со способностью двигаться ведьмак потерял и способность ощущать. Например, боль. Невидимый садист начал с малого - с мизинца, не растягивая себе удовольствия, ломая по одной косточке, а, как и обещал, сразу все три фаланги. Целыми оставались еще девять пальцев. А на ногах еще десять. Потом, вероятно, пойдут кости покрупнее. Сразу замутило лишь от осознания продолжительности беспощадной процедуры и невольно в голове сам собой повелся отсчет истекающих секунд. - С-сучёныш, - только и смог выдохнуть, побелевший не столько от боли, сколько от ожидания новой, Лиам. На лбу выступила холодная испарина. "Хер тебе, а не профессор..." Он и сам себе не верил, что и впрямь не орет, умоляя последнего нестись сюда со всех ног, а принимает роль жертвенного агнеца, дабы у Шиманского прибавилось шансов спасти мир. Костей в скелете человека много. А боль... в какой-то момент сознание все-равно благосклонно отключится. А вслух сказал другое: - Ладно, ладно, твоя взяла! Ника... ты иди... поищи очкарика... пожалуйста... Хватит этому уроду и двух кукол для развлечения.

- Я чувствую - тебе дороги эти люди... И ты не хочешь причинять им боль. Поэтому, каждые шесть секунд в телах этих двоих будут ломаться по две или три кости. За десять минут они превратятся в бесформенные мешки с осколками, если Он сюда не придёт. Время пошло. Еще вчера, когда Ника в разговоре упомянула о том, что в будущем все они могли бы использовать свои силы для борьбы со злом, эта мысль показалась американцу как минимум смешной. Сейчас же Тиммерманс только сильнее уверился в том, что когда все закончится, он не желает даже вспоминать, что где-то в мире существует потусторонние силы, против которых бессильны обычные люди. А порой и Древние души в лице оборотней, медиумов и ведьмака - как им сейчас наглядно демонстрировали. Сталкиваться с подобным снова, по собственной воле - увольте! - Воу, чувак! Не пори горячку! Мы поняли, что ты серьезен, окей! - каким то чудом удавалось не только нести весь этот бред, но даже сдержать дрожь в голосе, будто испуганный заяц внутри ведьмака влез в маскарадный костюм более бесстрашного зверя* - Мы все сделаем, найдем тебе этого человека в очках! Только нам надо время, хорошо? Нике надо время! Давай обойдемся без ненужного членовредительства и каждый получит, что хочет, окей? Кажется, у медиума был свой план в голове, но если невидимый урод ответит ей отказом, то придется девушке все же пойти вниз. И Лиаму очень бы хотелось, чтобы его кости в это время ломались пореже. Раз, скажем, в шесть минут. ____ сила воли рп -успех

- Где он?! Я жду его. В следующее мгновение ведьмак стал видимым, его отбросило к стене и основательно вдавило в бетонную панель. - С-су-ка, - прошипел Тиммерманс, когда выбитый из легких воздух вернулся назад. Хотел было тряхнуть головой, но не смог и шевельнуться. Распяли, будто жука булавками, намертво пригвоздив к бетону. Вариантов, что делать дальше, у ведьмака осталось немного. Или валять дурака, покуда невидимый урод будет делать из него отбивную. Или... - Ника... Телеграфируй нашим... что тут человек-невидимка ищет чувака в очках. Очень сильно ищет. Спроси, не видели они такого?

- Не злите меня, - хихикнул голосок. - Где человек в очках? Он где-то здесь, я чувствую его. "Ишь ты какой нервный..." Лиам задумчиво поскреб затылок. - Слышь, чувак, - отбросил он заигрывание с потенциально малолетним бесенком. - А еще то приметы у твоего очкарика есть? Знаешь, сколько таких ходят, в очках? Я вот, - невидимый для спутниц, но не для собеседника, ведьмак, деланно обернулся вокруг: - Не вижу тут никаких человеков в очках. Может, хоть ты покажешься, вместе его поищем?

- Где он? - спросил тот же голос. "Кто он?!" подавил раздраженный вздох ведьмак. Кажется, их невидимый "дружок" не очень умел в диалоги, а хотел играть в гестапо с допросами. - А ты где? - включился в игру американец. - Давай баш на баш? Только ты чур первый отвечай!

- А я тебя вижу, - донеслось до ведьмака. Голос был детским. А вот теперь Тиммерманс явственно ощутил, как волосы на затылке встали дыбом. Научные лаборатории не место для детских игр. А невидимый ребенок, обладающий рентгеновским зрением и способностью вызывать головную боль без глупых капризов, вызывал жуть и оторопь. Хотя, кто сказал, что это обязательно ребенок? Ведьмак помнил, как адские голуби убедительно имитировали заблудившегося в лесу малыша. Он снова завертел головой, пытаясь отыскать говорящего. - Окей, ты выиграл! - наконец, подал Лиам голос. Обернулся к зачем-то вошедшей Нике. И даже на секунду забыл об опасности, потому что ощущение, что прошлых пяти дней как ни бывало, сбило со всякой мысли. История повторялась до зубного скрежета. Вот они - две закадычные с первых минут знакомства, подружки - и вот он, Лиам Тиммерманс из Мадисона, штат Висконсин, и сейчас обязательно произойдет что-то отвратительно опасное! И какого хрена он так необдуманно взял с собой их?! Невидимое бородатое лицо натурально перекосило и голос, обращающийся вновь к условному "ребенку" изменился, будто американцу приходилось изо всех сил сдерживаться и очень тщательно подбирать слова: - Выходи, будем заново считаться!

Ведьмак, готовый неосторожно столкнуться за дверью нос к носу с тем, кто прятался внутри, ощутил привычный холодок страха, потому что прямо за дверью было пусто. Он еще раз повел взглядом вокруг и стараясь ступать как можно осторожнее, двинулся вдоль столов вглубь комнаты. __ бдительность - провал

Дверь приоткрылась. Но из этого положения группа могла видеть лишь часть пустой комнаты, видимо рабочего офиса, с несколькими столами и стоящими на них компьютерами. "Вот дерьмо" думал невидимый ведьмак, держась невидимыми руками за невидимую голову, которую будто зажали в такие же невидимые тиски. Оставалось лишь надеяться, что их противник будет хотя бы видимым. Лиам поднял вверх ладонь, запоздало понимая, что никто не увидит этот жест "Стоп". Ну, разве что Ника своим телепатическим зрением. А вот Галахад... И где этот человек-ураган? Но раз за приоткрытой дверью пока тишина, где-то рядом с ним. Тряхнув головой, Тиммерманс осторожно протиснулся в образовавшийся проем, стараясь не задеть дверь и первым делом окидывая взглядом ту часть комнаты, что прежде была скрыта от него.

- Ника, держись на расстоянии, Галахад, прикроешь нас. Он знал, что медиумы могут видеть их по ауре, а у оборотня нюх укажет, куда не стоит наступать, чтобы не сбить другого невидимку с ног. Сформировав таким образом мини-отряд из специалистов всех мастей, ведьмак первым пошел к лестнице, ведущей на второй этаж.

- Первым делом нам нужно отключить систему сигнализации. Только после этого второй этаж, а также цокольный станут нам доступными. В случае провала нужно быть готовыми объясняться с центральным пультом охраны. Для этого нам может понадобиться форма. Ну и вообще пригодится. Ника, Мэй и я наденем ее. - Да, сходите с Никой, пока мы будем дожидаться наших, но сначала нужно понять, что не сработает сигнализация. - Окей, босс, - отозвался ведьмак. - Но Ника пусть с вами останется, мало ли из-за какого угла охранник может вывернуть или сработают какие датчики движения. Меня то они не увидят, а ее запросто. С места он не двинулся, во-первых, чтобы кто ноги не оттоптал, а во-вторых, все-равно ничего не смыслил в охранной сигнализации.

Невидимый ведьмак, благодаря профессору без проблем проскользнувший внутрь здания, тихонько стоял у дверей, прижавшись спиной к стене сбоку от выхода. Медиумы работали быстро и слаженно. - Погоди, - улыбнулся он Мэй и вновь обратился к пану Петри, - А тот человек, на втором этаже. Нам бы не помешало его присутствие здесь. Пан Петри, раз уж вы так ловко управляетесь с рацией, не поможете? Позовите и его. - Какой человек? - искренне удивился пан Петри. - Здесь вся смена, профессор. - Проверить? - вызвался голос американца.

Натянув одолженный реквизит почти на нос, профессор, внезапно прибавивший в элегантности, с невозмутимым видом дал знать Нике и Мэй, что делать, и направился к злополучной двери. Ведьмак подождал, когда профессор и его свита отойдут, бросил задумчивый взгляд в пасмурное небо и растворился на глазах у остающихся в окружающем пространстве. Невидимым, Лиам последовал за Шиманским, как и обещал, держась позади ровно настолько, чтобы не наступить на такую же невидимую Галахад. Он не особо надеялся проскользнуть внутрь здания вслед за всеми, кто ж будет держать дверь нараспашку. Но, например, присмотреть через окно за происходящим внутри, лишним не будет. Пойдет что не так - мигом призовет подкрепление на помощь. ___________ Хамелеон - успех

Она подошла к нему, остановилась в пол шаге напротив. - Спасибо за твою магию, Лиам. Теперь всё точно будет хорошо. Я знаю, - сказала Ника и улыбнулась. Лиам поднял голову. - Тебе мои чары не нужны, - он улыбнулся подошедшей девушке. - Ты, в отличии от нашего профа, и так восхитительна! Оборотень достала флакончик с эликсиром,полученным от Вацлава, нашла глазами Лиама и отсалютовала ему:-Твое здоровье,ведьмак!Спасибо! - Выпей за здоровье Мадлен, - Лиам кивнул головой в сторону француженки, трудившейся в лаборатории побольше своего коллеги. - Это ее спасибо!

Больше сказать Тиммермансу было нечего. Предложений тоже не осталось. Отступив на шаг от соратников, ведьмак достал из кармана допинг для подпитки магии. Отдающее горечью зелье пронеслось по горлу в пищевод, вызвав невольную дрожь вдоль позвоночника. Теперь любовные чары. Лиам пригляделся к Нике - интересно, безопасно ли применять их к одному человеку так часто? Вдруг, они имеют какой-нибудь накопительный эффект? И может ли это быть чем-нибудь чревато? Данных нет, науке неизвестно. Бородатый "Купидон" перевел взгляд на Вацлава, подумывая, а не сделать ли по своему, но все же решил не нервировать профессора накануне такого важного задания почем зря. Все и без того были на взводе. Взгляд вернулся к русскому медиуму и через секунду знакомый флер вербены, пряной корицы и лепестков алой розы окутал девушку. Ведьмак присмотрелся внимательнее - да, кажется, чары и впрямь имеют накопительный эффект, задумчиво поскреб бороду и стал смотреть себе под ноги, ожидая что там еще решат в ходе разговоров. _____________ Минус зелье СВ Любовные чары на Нику

- Не представляю, как лучше, - признался профессор. Он повернулся к зданию. Знакомому. Знал, за каким окном что расположено. Оно вообще казалось пану Шиманскому самым безобидным и безопасным. Но что там творится сейчас? Телепатическая мысль промелькнула по знакомым коридорам... На втором этаже еще один охранник. И четверо внизу которых обнаружила Ника... - Ладно, не будет отступать от намеченного плана. Чем проще, там... Он не договорил, только взглянул на ведьмака. Эх, Вацлаву бы его спокойствие и уверенность. - Хорошо. Ведьмак нифига не был спокойным. Посмотрите, медиумы своим третьим глазом. Принюхайтесь, охотники - перевертыши. И вы увидите перед собой дрожащего зайца, чутко прислушивающегося длинными ушами - не крадется ли поблизости лиса. И все действия его были заячьими, продиктованными эгоистичным желанием не принимать никаких решений, чтобы тяжесть вины не легла на его плечи, если хоть что-то пойдет не так. - Если у меня будет возможность зайти вслед за вами, то так и сделаю, - Лиам изобразил кривую улыбку. В конце-концов, вряд ли охрана на входе будет походить на дежурную в средней школе, чья длинная тирада позволила держать входную дверь открытой достаточно долго, чтобы невидимка проскользнул внутрь.

- Ты-то идешь? Толпой лучше не вваливаться, а под невидимостью... - он вопросительно взглянул в ожидании решения ведьмака. - Ты ж две минуты назад сказал нам пока гулять, - удивился американец. Снова пожал плечами, являя полнейшую индифферентность в решении данного вопроса. Главным тут по прежнему оставался Шиманский, ему и решать было нужен ведьмак внутри или справятся без него.

- Мой темперамент, боюсь, уже не тот для покорения стольких сердец, - он почесал бороду, хмыкнул. - Ника, не хочешь отвлечь внимание ребят с помощью ведьмачьей магии? Тебе и колдовства-то может не понадобиться, - он предъявил главный аргумент в ее пользу в деле любовной магии. Взглянул на ведьмака, надеясь на поддержку этой идеи. Ведьмак озадаченно моргнул. - Так смысл чар чтоб сделать тебя более привлекательным, - проворчал он очевидную вещь, но спорить не стал, пожав плечами. Обе девушки, по мнению Тиммерманса, и без всяких чар были весьма очаровательны. В отличии от бородатого очкарика.

- Проф, - встрял ведьмак, - может тебе любовной магии плеснуть, чтоб всю охрану очаровал?

Лиам засиделся в лаборатории до часу ночи, но добился своего. Утром они с Мадлен отдали Вацлаву изготовленные две дымовые шашки, два флакона, при разбивании которых наружу вырвется усыпляющий газ и три зелья маскировки. Сбор самого ведьмака был не долгим - зелья, нож, пистолет, шапка и к нему в пару шарф, чтобы скрыть приметную бороду, а также тонкие перчатки - нужная вещь при любой диверсии! По дороге к школам мужчина еще раз проинструктировал француженку, как пользоваться дымовухой, а после, пожелав друг другу удачи, они разошлись. До начала занятий времени оставалось не так уж много, но если польские школьники хоть немного походили на американских, то проблем с проникновением возникнуть не должно было. И ожидание ведьмака было оправдано, когда мимо прошли два пацана лет пятнадцати, о чем то лениво переговариваясь. Это были те самые ребята, что вечно опаздывают к началу уроков, срывают занятия и курят в школьных туалетах, вопреки правилам. Лиам довольно сощурился и, накинув маскировочные чары, последовал за ними. На входе, как и ожидалось возник небольшой затор, покуда пожилая дежурная отчитывала опоздавших, пацаны тихонько огрызались в ответ, а входная дверь была нараспашку, впуская холодный ноябрьский воздух к неудовольствию двух охранников. Невидимый диверсант осторожно проскользнул мимо всей этой гурьбы и снова замер в коридоре. Школьников все же пропустили на занятия и те, подгоняемые бранью дежурной, поспешили якобы на уроки. Ага, конечно. Стоило завернуть за угол и прыть их немного поумерилась, а маршрут сменился с математического класса на мужской туалет, где можно было втихаря покурить одну сигареты на двоих, попутно кроя отборными польскими матами и школу вообще и дежурную в частности. Ведьмак терпеливо ждал, когда туалет опустеет. Потом приложил ухо к двери - в коридоре тоже было тихо. Кивнув и потратив еще несколько секунд на то, чтобы собраться с духом, Лиам достал из-за пазухи дымовую шашку. Чары невидимости тут же развеялись, но это уже было не важно. Дернув за тесьму, ведьмак несильно толкнул дверь наружу и уже начавший дымить заряд выкатился в коридор. Еще через несколько секунд клубы черного дыма повалили так активно, словно горел завод автопокрышек. Охрана должна была первой заметить случившееся и уже через несколько секунд по всему зданию взвыла сирена, в коридоре захлопали двери, раздались громкие голоса и первый кашель. Пора! Чары, гребаные маскировочные чары, работали через раз и растерянный ведьмак испуганно таращился на собственные руки, понимая, что иного выхода, как через дверь в туалете нет. Выше подняв скрывающий лицо шарф, так, что между ними и шапкой остались видны лишь глаза, Тиммерманс толкнул туалетную дверь и выскочил в коридор, напрасно надеясь смешаться с толпой школьников или хотя бы сойти за местного преподавателя. Сперва казалось, что все пройдет удачно, испуганные дети, устремившиеся к выходам нестройными потоками, не обращали на него внимания. Учителям и двоим охранникам тоже некогда было выискивать посторонних лиц. Лишь пожилая дежурная, цепким взглядом Цербера немедленно углядела чужака в толпе. На ходу, ведьмак обрушил на нее всю тяжесть любовных чар, так, что старушка остолбенела и, видимо, до конца дней своих будет грезить теперь о прекрасном, но таинственном незнакомце, явившемся ей, конечно же, не наяву, а во сне. А Лиам выскочил уже на улицу, спеша уйти как можно дальше, пока кто-нибудь еще не обратил на него внимания. Не обратили. И ведьмак успешно добрался до того парка, где было назначено место встречи, сдерживая себя, чтобы не перейти на бег. Плюхнулся на скамейку, доставая подрагивающими от напряжения руками пачку сигарет. Но закурить не успел. Рядом со смехом появилась Мадлен, заставив испуганно вздрогнуть. Судя по всему, у французской ведьмы не только все прошло успешно в школе, но и использовать чары Хамелеона получалось не в пример лучше. ___ Передано профессору: 1. зелье маскировки +10 -3 штуки 2. сонный газ - 2 штуки (это не бомба, она не взрывается, по типу дымовухи, кидаешь и идет дым) 3. дымовухи - 2 штуки Зелья Лиама: 1. Зелье исцеления - 1 шт 2. зелье СВ -2 шт. Зелья Мадлен: 1. зелье исцеления 1 шт

Спальня 3. - Осень? - Ника широко улыбнулась, ремного наклонила голову набок, посмотрела на Лиама, изучая долгим взглядом, словно видела впервые. Она никогда не задумывалась над тем были ли у людей, рождённых в одно время года схожие черты характера или особенности внешности, отличающие их от тех, кто появился на свет в другом сезоне, а теперь ей вдруг стало интересно. - Как порой ошибается интуиция медиума. Но ты такой лёгкий в общении и весёлый, что мне подумалось про весну, - не намеренно, но она тянула с ответом на его вопрос. - Хотя осень - это самое красивое время года, на мой вкус. А я родилась зимой. 13 декабря. Мама говорила, что на мой день рождения выпало необычно много снега, и была метель. Так что, я стопроцентная девушка-зима, родилась под завывание вьюги за окном. И снова Ника удивляла. Никто до нее не говорил, что он легкий в общении, напротив, его все чаще попрекали в нелюдимости и невозможности нормально вести диалог. Но незатейливый комплимент был приятен и Лиам улыбнулся. - Зима? - переспросил все с той же улыбкой и легким неверием в голосе. Задумчивый взгляд изучал собеседницу, пытаясь отыскать в ней отзвуки той зимней метели. Не находил. Да и разве влияют времена года на рожденных в их месяцы людей? Для ведьмака Ника была весной - такой же очаровательной, нежной и притягательной, как первые по-настоящему теплые дни после долгой зимы. И лишь в глубине ее глаз находил воспоминания об истоме летнего полдня. Девушка-зима. - Ни за что бы не догадался! - улыбаясь еще веселее, сознался он в своем полном поражении. Они посмеялись. И поболтали еще, не возвращаясь больше к действительно серьезным темам. А потом Ника все же ушла, сославшись на позднее время и необходимость больному отдыхать. Заснуть Лиам не смог бы, даже если бы хотел. В опустевшей комнате он остался наедине со своими мыслями, сомнениями и страхами. И было два способа заглушить в себе это некстати ширящееся беспокойство - алкоголь и работа. И для начала Тиммерманс в кои-то веки выбрал последний вариант, тем более, что кажется догадался в чем была его ошибка и оставалось лишь ее исправить, чтобы добиться желаемого результата.

Спальня 3. - Я побуду с тобой ещё. Проконтролирую, чтобы вдруг не стало плохо, - улыбка говорила, что такой вариант развития событий Ника всерьёз не рассматривает. - А когда у тебя день рождения, Лиам? Просто вдруг стало любопытно, - кажется, она возвращалась к тому стилю общения, что предполагал неожиданные вопросы. - Я думаю, что весной. Не угадала? Еще несколько секунд ведьмак недоверчиво следил за перемещением девушки, а потом расплылся в улыбке, качая головой на ее вопрос: - Не угадала. 24 сентября, - не стал томить ответом. Прищурился, пряча воспоминание о том волнующем ощущении, что родилось, когда Ника звала его в парк смотреть качели. Он думал, что тоже ошибется, но все-равно спросил: - Может весной родилась ты? Х

Спальня 3. - Не представляю, - согласилась Ника и снова улыбнулась. - А уверенным можно быть только, если увидеть всё самому, - она не торопилась снова садиться, но вернула стакан на прикроватную тумбочку. - Ты плохо себя чувствуешь, Лиам? Я могу полечить тебя снова, - Ника продемонстрировала свою готовность поделиться целительной энергией медиума, показав ему раскрытые ладони. Мужчина честно прислушался к своим ощущениям. - Нет, - покачал головой на вопрос о самочувствии, улыбнулся, придавая убедительность своим словам: - все хорошо. Твое прошлое лечение подействовало безотказно. Спасибо! Если дискомфорт и был, то не физический, а вызванный взаимной неловкостью от недопонимания друг друга, да засевшим внутри колким камешком сомнений о будущем. Но об этом ведьмак не хотел говорить вслух, не сейчас.