Перейти к содержанию
BioWare Russian Community

Лидеры


Популярный контент

Показан контент с высокой репутацией 06.11.2016 во всех областях

  1. 18 баллов
    В US-версии сайта Mass Effect используют новый фон (зацикленное видео с Райдером старшим) тык P.S Там уже есть ссылка на новый трейлер ко Дню N7, но он в закрытом доступе Папаня Hide
  2. 16 баллов
    Юзер: я опасаюсь, что на день N7 будет только один коротенький трейлер. Пожалуйста, скажите мне что я ошибаюсь. Я волнуюсь. Йэн Фрейзер: Это будет видео длиной в 27 минут, где Майк Гэмбл будет отжиматься от пола, без передышки Йэн Фрейзер: но если серьезно, в понедельник много чего будет происходить
  3. 12 баллов
    Обновился сайт Видео с фона Гифка Hide Пикча Hide
  4. 10 баллов
    Я уже не знаю чем себя и занять в ожидании завтра. Вот опять пробило на "порисуйки":
  5. 9 баллов
    Мне показалось хорошей идеей сделать этот коуб http://coub.com/view/g84gx
  6. 8 баллов
    Бойцы! Надеемся, вы все благополучно добрались до дома после выполнения столь ответственной миссии по спасению человечества! Дабы герои вчерашней миссии вечеринки, организованной BioWare Russian Community при участии творческого коллектива Normandy Crew, не остались забыты, мы раскроем некоторые тайны этой амбициозной вылазки на базу Цербера, которая закончилась победой третьего флота Альянса над авангардом Жнецов.  В ходе миссии по захвату исследовательской базы Цербера в скоплении Ро Аргоса, солдаты Альясна показали себе превосходно во всех аспектах. И даже, когда они столкнулись с превосходящим числом противника, смогли сохранить самообладание, и благодаря действиям капрала Дженкинса, отдавшего свою жизнь, победили и раздобыли самый ценный «артефакт»…вы не поверите у кого – у пыжаков. Сам же «артефакт», тот самый таинственный диск с сертификатом на получение Mass Effect Andromeda, хранится в надежных руках Ланни. Поздравляем! Вчера все бойцы Альянса успешно были приняты в ряды N7! Все достижения разблокированы! По причине абсолютной секретности, репортеры не были допущены на борт корабля «Эриптус». В связи с этим фотоотчета не будет. Хотя, в глубоком экстранете вполне вероятно наличие снимков, сделанных агентами Цербера. Beetle out.
  7. 8 баллов
    27% дошедших до финала - хороший показатель для большой игры. 68% даже Йеннефер не нашли, можете воронку построить. Видите ли, в Стиме можно глянуть статистику по многим играм. Если смотреть по вашему подходу, то получится, что и GTA-5 людям не нравится - 25% игроков в самом начале отвалились, и Скарим плох - 30% не добрались даже до 5 лвл, и так далее, и тому подобное. Хотя специалисты считают, что это нормально: Но я понимаю, что мои аргументы стену не пробьют, да мне и лень ее пробивать - пожалела уже, что восстала из мертвых. Вам хочется верить, что у других студий с "хейтерами" не лучше, чем у Биовар? Пожалуйста. Хочется пнуть поляков в комментариях к новости о ME? На здоровье, сорри что помешала, хотела как лучше.
  8. 7 баллов
  9. 7 баллов
    Настал день отправки. Путешественников ждал караван за воротами города. Вид рядов из пары дюжин амобилеров и готовящихся к приключению людей в красивых дорожных костюмах настраивал на романтику поездки. Транспорт люди брали свой или могли его арендовать и нанимать возниц в таких конторах, как транспортная компания «Амобилерофф». Каждый участник путешествия обязан был познакомиться с господином Аборой Вала Мастером Предводителем Каравана, невысоким, седым (но отнюдь не старым) кеттарийцем, невероятно обаятельным, несмотря на хитрющие маленькие глазки. Ему надо было заплатить по семь корон с человека – такова была плата за переезд. Выждав определенное время, Мастер Предводитель Каравана счел возможным отправиться в путь. - Думаю, что больше никто не придет, господа, - обратился он ко всем ждущим команды старта. - Так что можем отправляться. Я поеду впереди. Надеюсь, что вы одобрите мой выбор мест, где можно хорошо поесть и отдохнуть, у меня большой опыт в этом деле, можете мне поверить... Если у вас появятся проблемы, просто пошлите мне зов. Да, не рекомендую вам отставать от каравана, а если уж отстанете, не приходите потом ко мне за своими деньгами... Впрочем, надеюсь, что наше путешествие пройдет без неприятных осложнений. Хорошего пути, господа! Все расселись по амобилерам. Мозаичные мостовые Ехо остались позади. Начались бесконечные сады окраин, которые сменились полями и рощами. Утро сменил день. Мастер Предводитель отправил всем зов, чтоб остановить караван и путники смогли пообедать в просторном трактире, за что хозяин заведения тайно приплачивал господину Вале. Еда была не ахти для маломальского гурмана, но большинство путешественников были рады отведать «простой и здоровой деревенской пищи», кажется, приготовленной почти без помощи магии. Далее путь продолжался до самого заката, а заночевать господин Вала предложил в большой придорожной гостинице с еще более дрянной кухней и маленьким баром, где играли в «крак». Путешествие продолжилось следующим утром. Но не успело еще солнце стать в зените, как караван разделился на две части. Одна, во главе с господином Валой, направилась по дороге в город Кеттари. Другая, под началом трех кеттарийских проводников, последовала резко забирающей вверх дорогой – это был путь в шимарские горы. Вскоре путники пересекли границу леса. Показать содержимое Hide Дорога сужалась и становилась все более тесной. Амобилерам пришлось выстроиться друг за дружкой цепочкой по одному и то, порой, отдельные ветки окружающих деревьев цепляли транспортные средства и заглядывали в окна пассажиров. В конце концов, путешественники выехали на большую и на удивление ровную поляну. Проводники отправили всем зов с просьбой остановиться на ней и покинуть амобилеры. - Это стоянка для транспорта. Здесь дорога кончается, амобилером никак не проехать и дальше вам придется идти пешком, - объявил один из гидов. – Но не волнуйтесь, до лагеря совсем недалеко. Идите во-он той тропинкой и совсем скоро вы выйдете к месту стоянки отдыхающих. Эти охотничьи угодья принадлежат одному хозяину – нашему земляку и шимарцу, господину Рейнару Велесу. Но он предпочитает самостоятельно заботиться о своих гостях. Мы уважительно относимся к его желанию, а потому на сим вас покидаем. - Располагайтесь в лагере и обязательно дождитесь господина Рейнара Велеса. А если кто-то вдруг захочет повернуть назад – пришлите нам зов, мы за вами вернемся и проводим. Но примите решение до заката, иначе вернуться обратно будет… проблематично до самого конца отпуска, ведь мы будем уже далеко, - дополнил компаньона второй кеттариец. Третий гид молча открыл дверцы амобилера, все трое с комфортом уселись на его сидениях, после чего неторопливо покатили по дороге назад. Далее путешественникам пришлось преодолевать остаток пути самостоятельно, своими ножками по узенькой лесной тропинке. Показать содержимое Hide Видимо, у кеттарийцев понятия «совсем недалеко» и «скоро» имеют несколько иное значение. Иди самим по лесу, по трещащим под ногами ветвям, начинающим охотникам пришлось больше часа. Но в конце концов тропа вывела путников к лагерю, о чем гласила табличка на входе. На прибитой к двум столбикам досточке надпись гласила: «Добро пожаловать в лагерь отдыха Рейнара Велеса». Чуть ниже более мелким шрифтом была приписка: «Пожалуйста, не кормите оборотней и не давайте им денег!» Сам лагерь располагался на открытой местности, окруженной деревьями. В центре располагалась кострище, чьи угли сверкали раскаленным голубым цветом и, по рассказам других здесь побывавших, не теряли жара даже в дождь. Вокруг костра стояли длинные деревянные лавки с искусной резьбой. По всей территории были расставлены шатры. Сверху их покрывала ткань с кеттарийской вышивкой, а внутри было сухо и тепло. В мягких одеялах из шкур можно было утонуть, а вверху на перекладине висел небольшой фонарь, который в случае чего можно было снять и взять с собой. С краю площади лагеря, слева, если смотреть от входа с тропы, размещалась двухэтажная хижина. Гости могли беспрепятственно зайти внутрь и увидеть посреди просторного зала длинный стол, прямо таки ломившийся от заставленных на нем яств. Радующие глаза, нос и желудок блюда малым чудом были всегда свежие и теплые, словно их только что принесли из кухни. Вдоль стен, под окнами размещались столики поменьше, куда граждане отдыхающие могли присесть с «награбленным». За небольшой барной стойкой находилась лестница. Одна вела вниз, в подвал (в туалет), другая – на второй этаж, где размещались библиотека и обсерватория. Стеллажи с разнообразными познавательными книгами (к сожалению, как и в Ехо, в графстве Шимара художественной прозы просто-напросто не существовало), а также сборниками поэзии (в том числе и с арварошской) так же стояли вдоль стен. А по центру комнаты красовалась удивительная машина (телескоп), работающая на том же магическом кристалле, что и амобилеры. Рядом с аппаратом из пола торчал массивный рычаг приводящий в действие механизм раздвижного потолка. Территория лагеря была окружена лесной чащей, но в противоположной стороне от входа, немного поодаль, горы и лес отражались в поверхности разлившегося озера с каменистым дном. Показать содержимое Hide Однако лагерь был пуст. Прибывшие путешественники могли спокойно размещаться, обустраиваться и отдыхать, но господин Рейнар Велес, который должен был провести инструктаж по охоте на чиффу еще отсутствовал, словно говорил своим гостям: «Сдалась вам это охота? Наслаждайтесь…»
  10. 6 баллов
    Известна новая дата выпуска книги Mass Effect: Andromeda: Initiation или Mass Effect: Andromeda, #1 - первой книги из цикла. Titan books начнет продавать книгу с 14 ноября 2016 года. http://www.goodreads.com/book/show/30747539-mass-effect
  11. 6 баллов
    Кхекхекхе. Самара и Моринт, Самара и ее дочери в монастыре, Миранда и ее отец с сестрой, Джейкоб и его отец, Тейн и Кольят, Тали и ее отец, Джокер и его сестрёнка, Грант и клан Урднот - семейных тем в МЕ было дофига и больше.
  12. 6 баллов
    Посмеялась. Я бывала на Kaermorhen.ru. Там не так уж много хейтеров, по-моему. Пробежалась по диагонали - в комментариях к новости про Гвинт ругают Гоблина, сериал "Дуэлянт", Биовар и нефапабельных дам из DAI. Может, это я случайно на такое наткнулась, но у них там всегда был немодерируемый чатик обо всем на свете для ворчливых олдфагов. Но смешно не это. Kaermorhen.ru - вещь в себе, со "своей атмосферой". Смешно то, что вы оцениваете лояльность аудитории у игры с >10 млн. копий по домашнему сайтику в доменной зоне ru. Вы бы еще по бложику в ЖЖ выводы делали. Отзывы в Steam от купивших игру? Metacritic.com? Ну, может хотя бы лайки/комментарии в ФБ или на Трубе? Нет, kaermorhen.ru. 2,700 посетителей в день. Уютный чатик для сторожил. Kaermorhen.ru - "Фанаты Биовар были в шоке, когда узнали правду о "Ведьмаке"! Сенсация, жми!"
  13. 5 баллов
    А вариант перейти на тёмную сторону с печеньками чем тебе не нравится? (: Ну, если папа главгадом окажется.
  14. 5 баллов
    Оох, ну уж куда ни шло. – До крайней степени недовольный сэр Майзер оглядел шатёр взглядом завоевателя и плюхнулся на самое уютное место. В конце концов, он это заслужил. Мало того, что пришлось неизвестно сколько трястись в амобилерах, арендованных в его же собственной компании (а уж хуже этого сервиса ничего и нету, уж это сэр знал точно), так ещё и совершенно невозможная Леди-с-баулами загородила весь обзор на пути своими этими баулами, но, главным образом, невообразимо расточительных размеров шапкой из меха какого-то неведомого зверя. Однако первую волну раздражения сэр Майзер мужественно переборол, рассудив здраво: если уж предстоит охотиться вместе на чиффу, есть резон выбрать наиболее перспективного из спутников и ненавязчиво набиться в компаньоны. Так диктовал ему здравый смысл, которым почтеннейший сэр никогда не пренебрегал. Но кто же достоин? Кто - та самая лошадка, на которую имеет смысл поставить в надежде на последующий совместный куш? Леди в шикарных мехах внушала надежду хотя бы наличием последних. В конце концов, внешность обманчива, и кто знает, возможно, она сама добыла все эти свои трофеи…Впрочем, вокруг леди столпилось немало конкурентов, возможно, рассудивших так же, и надо ещё крепко пораскинуть мозгами, кто из них стоит внимания, а кого не стоит видеть как наяву. А пока что сэру Майзеру просто хочется даровой камры. Остаётся надеяться, что хоть с камрой организаторы не подкачали, иначе их ждёт большой сюрприз по прибытию, ибо сэр был уже на грани терпения, клиентского и человеческого, и остались лишь детали - выяснить реквизиты основных поставщиков и высшего начальства.
  15. 5 баллов
  16. 5 баллов
    *всё ещё в Ехо* - Вы что, совершенно не понимаете, какое доброе дело делаете? - в своей странной манере Мирен подбадривала мужчину. - Дама попала в сложную ситуацию, а вы, как истинный джентльмен, галантно накормите и найдете ночлег бедной Леди, а может даже приютите на... - На некоторое время? — Теперь, кажется, понимаю, — сообщил Хымыс, гадая, что и в каком количества дама умудрилась уместить в сумки. — Я не владелец Сытного Скелета, но насколько могу сказать, цены там вполне умеренные. — Кажется, это была самая долгая фраза, которую ему удалось произнести без прерывания. — И если я правильно понял, Леди Мирен Багдасыс отбывает с завтрашним караваном. Не сбавляя шага Хымыс снова покосился на меховую шапку своей спутницы. Она была превосходна (шапка, не спутница, достоинства спутницы были пока труднооценимы), мех серебрился на солнце и арварошец поймал себя на желании провести по нему рукой. Что было бы, конечно, вопиющим нарушением личного пространства всех присутствующих. Кажется, Леди что-то ему ответила, но мысли Асанхана были сейчас далеко. "Интересно, чей это мех". Во владении у третьего из названных сыновей Йессемира Седого Старца, по совместительству оказавшегося владыкой перьев Кульох, убитого возле логова грозного Кырдыу (важное уточнение: будущим владыкой же и убитым), и удостоенным чести носить капелюш Долгоживущего было всего две шляпы (как следовало из титулов), но у этих шляп была История. Охота за чиффой (меховым животным), не сулила пополнения в гардеробе, ибо шкура неубитой чиффы принадлежала, в глазах Хымыса, несравненной Йере. Или чиффу следовало доставить живой? Признаться, эта незначительная деталь ускользнула из памяти. В любом случае за чиффой охотились - и ловили её - только искуснейшие из охотников. Хымыс читал так в книгах, а значит, это правда. Подобную привилегию наверняка можно будет прибавить к своему титулу. О правильной формулировке столь серьёзного добавления следовало тщательно подумать. Дорога за этими раздумьями пролетела незаметно, благо было недалеко, а спутница, по-видимому, не страдала от арварохской немногословности. — Вынужден вас здесь оставить, меня ждут дела. — Хымыс облегчённо поставил сумки на свободную скамью, дальше Леди наверняка помогут и без него. Оставалось только гадать, какие принадлежности для охоты могли занимать столь много места. — Я безмерно польщён честью вам помочь и надеюсь, при следующей нашей встрече у нас будет возможность представиться, как полагается. — С этими словами Асанхан спешно ретировался, даже забыв упомянуть, что сам отбывает с завтрашним караваном. Возможно, это не входило в местные представления о приличиях, но провалиться ему на месте, если вся их утренняя встреча в них входила. Х
  17. 5 баллов
    Две книги про врачей и одна про писателя А.П. Чехов "Палата номер шестой". 1892 год Совсем небольшой рассказ о запущенной больнице в уездном городе. Молодой врач заступает на должность. Собственно, это исчерпывающее описание характера персонажа. Еще один Обломов, пожалуй, еще более мерзкий, чем оригинал. Он образован, воспитан, много читает, но сталкиваясь с несправедливостью и малейшими трудностями, пасует. Он просто не делает ни-че-го. Ни единого телодвижения, чтобы хоть как-то улучшить мир вокруг себя. В конце концов уходит в состояние пассивной созерцательности, но столкнувшись с реальным миром - не выдерживает. Впрочем, остальные герои рассказа ничем не лучше. Жестокий сторож, избивающий пациентов шестой палаты, ленивый фельдшер, подлый младший врач, который в конце концов, подсиживает нашего Обломова... Единственный человек, который вызывает симпатию - сумасшедший с манией преследования. Он единственный говорит разумные вещи. Это... символично, я бы сказала. Ожидала от Чехова юмора. Почему-то. "Палата" совсем не смешная. Да, описания великолепны. Мечта - овладеть хотя бы жалким подобием такого вот языка. Всего три снова, но дает и обстановку, и фактуру поверхности и общую атмосферу. Что сказать, Антон Палыч - мастер слова. *** М.А. Булгаков "Записки юного врача". 1917-1920 Признаться, я не люблю книги от первого лица, но здесь... доктор Бомгард покоряет) Я читала эти рассказы очень давно и почти все забыла. Освежила не зря. Этот доктор полная противоположность аморфному Андрею Ефимовичу. Он молод, совершенно неопытен. Он очень боится, почему-то именно защемленной грыжи и трудных родов, но оказывается, что это далеко не самое страшное, что ему предстоит увидеть и преодолеть. В отличии от вялой амебы, описанной Чеховым, этот врач хотя и только получил диплом, тем не менее, решителен и собран. Видя безнадежный случай, он не стоит и не смотрит, как человек медленно умирает, он берет скальпель и оперирует, вначале даже преодолевая некоторую инерцию вспомогательного персонала. Фельдшер и акушерки не сразу начинают верить в него, но потом и они заражаются энергией этой деятельной натуры. Лейт-мотив рассказов - борьба человека против обстоятельств. Казалось, безнадежная, но в итоге далеко не всегда заведомо проигрышная. Там, где другие опускают руки, Бомгард рискует - и выигрывает. Он занимается и просвещением среди крестьянской массы. Его пациенты порой настолько темные, что совершенно не боятся серьезных болезней, не лечат детей, ходят к знахаркам, отношение у них к медицине, примерно как к магии. И доктор делает все, он объясняет, увещевает, ругает, запугивает - все, чтобы помочь им. Этот врач работает от рассвета и до заката, а в то незначительное время, что остается у него свободным, он постоянно читает самые разные справочники, учебники и пособия. У него даже на бритье времени не хватает. Это, черт побери, идеал врача. Вот такими они должны быть. В паре мест я плакала. Настолько это все кажется близко. Всего тридцать лет разделяет эти две книги, а какая потрясающая разница в посыле. Стагнация и движение. Обломов и Штольц. Я бы хотела прожить жизнь, как доктор Бомгард, если честно. Да, может быть с ошибками, но с осознанием того, что сделала все, что смогла. Герой Булгакова здесь - живая иллюстрация библейского "спасись сам и вокруг тебя тысячи спасутся." Hide *** Морис Дрюон. "Это моя война, моя Франция, моя боль" Как оказалось, он писал не только "Проклятых королей") Эту жуть я прочла еще в детстве. Нравилось) Здесь же - дневник. Морис рассказывает о своей жизни в годы апофеоза фашизма в Европе. Франция там есть, есть и боль, а вот войны, пожалуй, нет. Во время службы Дрюон лишь отступает со своим подразделением на запад, не сделав ни единого выстрела. Согласно приказу. Потом его демобилизуют и дальше... в общем, книга не о войне. Она о жизни творческой французской интеллигенции в изгнании. Они пишут пьесы, бегут из Франции, когда ту оккупируют нацисты, вступают в Сопротивление, организуют радио, пишут партизанскую песню. Радио, кстати, сильно напомнило то самое радио из Гарри Поттера, где в седьмой части они меняют волну и дают позывной на следующий выпуск. Возможно, прообраз) Морис местами очень едко и горько шутит, национальное унижение, которому подвергло французов тогдашнее их правительство прочувствовано очень остро. Книга познавательна, как рассказ очевидца, хотя меня и не особенно зацепила. Hide
  18. 5 баллов
    В общем, кому интересно, то вот отдельно фон с папаней с оффсайта (хз, как его вставить так, чтоб было видео): MEA-keyart-HEROLARGE.mp4 https://www.masseffect.com/netstorage/videos/MEA-keyart-HEROLARGE.mp4
  19. 5 баллов
    Отличная вчера вечеринка была, спасибо всем кто пришел! Биттл и Кариссима вы лучшие! С нетерпением жду новой вечеринки!
  20. 5 баллов
    У меня такого рода круглый шлем вызывает явные ассоциации исследователей и учёных, работающих в опасных средах. В то время, как шлемы с узким зазором - рыцарей-солдат. Я думаю у многих так.)
  21. 5 баллов
    Хмыс застыл в немом удивлении. Будто одного груза навалившихся мыслей и неопределённых воспоминаний этим утром было недостаточно. - Грешные магистры... - Мирен быстро училась всяким местным непристойностям, особенно, когда они просто льются музыкой из питейной позади. - Ну что вы стоите! Не видите что ли, Леди в беде, просто в беде! Мадам в шапке, огромной шапке! Показать содержимое Hide уставилась умоляюще-хищным взглядом на подошедшего мужчину.
  22. 5 баллов
    Из разряда "чудеса случаются": Несколько дней назад на Реддите появился пост, где один из юзеров 31 октября повез дочку в больницу и вернувшись домой обнаружил, что его дом ограбили, прихватив собой PS4 в котором был "свежекупленный " Titanfall 2 (в который он хотел поиграть вечером). Через несколько к нему пришла посылка от Respawn (которые как-то прознали об этом посте), где был подписанный диск и другой мерчендайз по TF2, а также письмо, где разработчики расстроены случившемся с этим юзером и за его поддержку к проекту, решили отблагодарить его.
  23. 5 баллов
    Хымыс нервничал. Дюжина мыслей роилась в его сознании одновременно, а городская атмосфера лишь усугубляла растущую напряжённость. Ехо Хымыс посещал ни раз, но он не любил город и никогда не пытался поселить в слишком крупном поселении. Никогда - то есть до знакомства с её великолепием Йерой, которая порой была одержимой мыслью научить арварошца новым трюкам под загадочным названием "интеграция". Даже при воспоминании об этом Хымыс техонько застонал. Обычаи Хымыс знал и чтил. Ну, насколько это было возможно для его положении. Но ему иногда казалось, что целью всех этих интеграций Йеры была поставить его в тупик, ничего больше. Не то чтобы он был против, практически любое действие Йеры в его глазах было восхитительно, но... За этими невесёлыми мыслями он не заметил, как поймал знакомый аромат и оказался перед "Джубатыкским фонтаном". Несколько лет назад это во всех отношениях славное заведение удостоилось присутствия его и его брата, воспоминаний об этом событии были смутными и внушали тревожное опасение. Впрочем, заведение, кажется, было закрыто. Во всяком случае вход блокировали внушительных размеров сумки, на которых восседала дама. Дама в меховой шапке. Хмыс застыл в немом удивлении. Будто одного груза навалившихся мыслей и неопределённых воспоминаний этим утром было недостаточно.
  24. 5 баллов
    Соответственно, приоритеты, что погубило ассасина - ненавязчивый донат или конвейер? По-моему, ответ очевиден. Давай ты свою кофейную гущу куда-нибудь сольешь, уберешь колоду карт, и не будешь экспертно рассуждать о том, как донат погубит РДР2 в то время как мы не имеем НИКАКОЙ информации относительно того, как и где он будет встроен в игру. Когда расскажут, тогда и можно будет паниковать и бежать по бункерам.
  25. 4 балла
    Зависит от подачи. Если папу преподнесут главгадом в стиле Корифея, то лучше не надо, а если сделают его в духе Джека Харпера то почему бы нет, если да. Мне вообще болезненно нравится, когда положительные персонажи не могут перебороть в себе гнильцу и руководствуясь благими намерениями переходят на темную сторону, из таких получаются лучшие антагонисты на мой взгляд. Вообще было бы весьма неплохо, если бы у Райдеров были разные сюжетки, как при выборе стороны во втором Битчере, чтобы целиком сюжет можно было бы оценить только после прохождения за обоих сиблингов.
  26. 4 балла
    *Ехо, начало* День перед поездкой обещал пройти совершенно обычно. Встать рано утром и поставить печься фирменные булочки и прочие мучные изделия, являющиеся неотъемлемой частью ассортимента лавки. Плотно позавтракать и запить пищу свежеприготовленной камрой. Снять Риссу с крыши соседнего дома, куда её ещё более ранним утром вновь завела доставшаяся от папы-дедушки тяга к приключениям, и наконец - открыть магазин. А дальше - столь приятная глазу и сердцу картина: запах свежих, только с противня, булочек разносится в оба края улицы, буквально вынимая жителей домов из их кроватей, и несёт их к прилавку. А за прилавком стоит свежевымытая после предрассветных похождений Рисса со своей неотразимой улыбкой, готовая снабдить посетителей любыми продуктами, которые они пожелают. Лишь бы было, чем платить. А пока его малолетняя тётушка занималась привычными ей делами, Таир занялся своими. Рассчитать потенциальные доходы и расходы на ближайшее время, встретиться с поставщиками, договориться о поступлении товаров, времени доставки и тому подобное. К счастью, не было необходимости заниматься всем этим каждый день, но стабильно наступали такие дни, когда всё нужно сделать сразу. Спокойно выдохнув лишь где-то после обеда и выйдя из конторы последнего человека на сегодня, Таир двинулся к ближайшему месту, где можно было выпить и перекусить. До цели он так и не дошёл, отвлёкшись на увлекательное зрелище: у дверей, среди неприличного количества баулов с одеждой, странно одетая женщина вцепилась мёртвой словесной хваткой в явно нездешнего мужчину. Зрелище обещало быть увлекательным, но тут Таир получил зов от Риссы, сообщившей о прибытии транспорта с товарами от одного из его поставщиков. Тихо выругавшись на этих парней за то, что они готовы были даже приехать на пару часов раньше срока, лишь бы не приезжать вовремя, Таир заспешил обратно к своей лавке. *Путешествие* В целом, всё было замечательно. Разобравшись со всеми сложностями и закрыв магазин на срок путешествия, Таир и Рисса заняли свои места в амобилерах. Решив, что со своими спутниками по охоте можно будет познакомиться и на месте, Таир посвятил всё своё внимание любованию природными красотами и слежкой за тем, чтобы Рисса не залезла туда, куда не нужно, не вывалилась из транспорта, не потерялась в лесу на тропе....не потерялась и не влипла в непонятную ситуацию в принципе на ровном месте. Что ж, это была привычная особенность его жизни, да и подурачиться с ней Таир был рад. Добравшись до шатра, Таир с удовольствием сбросил туда пару мешков с вещами и они с Риссой отправились трапезничать.
  27. 4 балла
    - Не романтик вы, Джонс, - тоже вздохнул Конолли, - парк Данвилла, вход со стороны Данвилл-стрит. Если вам все-таки понадобится ваша квартира, мы туда дойдем. - Перерос. - после недолгой паузы пояснил мистер Джонс свой прискорбный прагматизм. - Хорошо. Выезжаю. Он нажал отбой и со стоном откинулся на подушку. - Твою мать... а я так хотел поспать. - взглянул на Мону снова. - Поехали. Кудрявый стесняется в гости. Назначил встречу на зеленке. *** Парк оказался тесным и облезлым. Во всяком случае, на кусок лесного массива, который рассчитывал увидеть Джонс, тот не походил совершенно. На газоне кое-где торчали тощие, не старше десяти лет, древесные саженцы. Во тьме зловеще поскрипывали детские карусельки и вообще, обстановка была так себе. На противоположной стороне улочки теснились точно такие же двухэтажные домики, как тот, в котором когда-то проживал Конолли. Они припарковались на углу Фолс-роуд и Данвил-стрит и до ворот парка шли пешком. Детектив благоразумно покурил в машине и теперь снова зябко ежился, оглядывая пейзаж привычно-пристальным взглядом. Показать содержимое бдительность провал. Hide
  28. 4 балла
    Послышался странный булькающий звук, как будто кто-то очень торопился проглотить немалое количество жидкости. - Не романтик вы, Джонс, - тоже вздохнул Конолли, - парк Данвилла, вход со стороны Данвилл-стрит. Если вам все-таки понадобится ваша квартира, мы туда дойдем.
  29. 4 балла
    Могу показать фото, где у меня лицо будто кирпичом заехали=) А вообще...да...
  30. 4 балла
    По-идее, вот видео N7, станет доступно завтра https://www.youtube.com/watch?v=0wTISsGh8Vm
  31. 4 балла
    Алюминь. Как вспомню, так вздрогну.
  32. 4 балла
    — Караван...караван уходит завтра. — Арварошец с трудом перевёл взгляд на лицо Леди Мирен Багдасыс, он не уловил её титула, что-то из аристократии? Странно, что Леди не постаралась пролить свет на этот вопрос, видимо, настойчивое желание где-то остановиться ей сейчас казалось важнее. — К югу отсюда есть постоялый двор. Сытый Скелет. — Хымыс порылся в памяти. Иногда Йера просила проводить себя куда-нибудь, Хымыса не надо было просить, но ей почему-то казалось важным отдельно согласовать действие. Кажется, согласование входит в концепцию местного понимания вежливости. — Я как раз оттуда, это неплохое место. Хымыс посмотрел на баулы. Странно, что Леди путешествовала одна и без постоянно транспорта. Его подтачивал червячок сомнений. Кажется, его понимание местной вежливости было неполным. - "Сытый"? Нормально. Вот это нормально! Напоминание о еде сразу оживило Мирен, которая уже целый день во рту и крошки не держала. Даже караван и ночлег отошли на второй план. - Но кто же так делает? - женщина заметно встрепенулась. - Кто вас учил вежливости? Ведите меня к еде! Уже пора кушать! - она шлепнула себя по бурчащему от голода животику. - Вот теперь уже пора! Незаметным движением, она подтолкнула мужчину к своим баулам, а сама важно встала рядом: - В какую сторону идти?
  33. 4 балла
    Благородный, щедрый, прекрасноликий (не то чтобы он был особенно красив или обладал сколько-нибудь выдающимися проявлениями добродетелей, просто слышал эти приятные эпитеты чаще, чем следовало) господин Куом Шу-Аннох прогуливался по Зеленому кладбищу Петтов. Обладатель алого тюрбана из самой дорогой ткани не пришел сюда проведать кого-то из покойных родственников, не особенно жаждал он тиши и уединения, кто будет восхвалять его, если вокруг никого нет? да и скорбь явно была не из тех чувств, что наполняли его сердце. Просто здесь, в этом замечательном месте господин Шу-Аннох выглядел, как настоящий древний философ. Что есть жизнь? Что есть смерть? Быть или не быть.. А, в общем, все это неважно. Главное - правильное впечатление.
  34. 4 балла
    Вчерашний вечер, ~19:00 - 1:50 По возвращению на базу Ордена, Герта внимательно выслушала инструктаж Бенедикта и сразу после этого на долгое время скрылась в технической лаборатории. Доложить о результатах сегодняшнего расследования вполне могли и мужчины (особенно о том, что касалось подробностей одного преинтереснейшего знакомства мистера Монро), а у немки скопилось много работы в мастерской. Судя по отчётам, их группе грозила встреча с опасными противниками демонического происхождения, а к этому стоило серьёзно подготовиться. Усиление челюстных приводов Генри отняло чуть больше получаса, после чего мисс Нойман занялась созданием тонкого, почти ювелирного изделия - стрекозы по чертежам кроатов. Рыцари не испытывали недостатка в материалах, инструменты они также собрали у себя на базе самые передовые, поэтому Герта закончила настройку миниатюрного механизма быстрее, чем ожидала первоначально. Потратив ещё немного времени на заточку жала для впрыскивания усыпляющего яда, девушка отошла на пару шагов и мысленным приказом активировала марионетку-разведчика. Стрекоза сделала полный круг по мастерской и села обратно на токарный станок, показывая качественность собственной сборки. - По-моему получилось неплохо, - устало улыбаясь, заключила немка. Анхель - единственный кто мог выступать в роли собеседника, - широко зевнул, демонстрируя ряды острых зубов, и неопределённо махнул хвостом. По видимому, его не слишком волновало постепенное расширение сопровождавшего хозяйку зоопарка. - Да, ты прав. Пора спать, - часовая стрелка неумолимо приближалась к двум ночи и дальше оставаться рядом с острыми инструментами было попросту неразумно с точки зрения техники безопасности. У Герты хватило сил лишь на то, чтобы вернуться в свою комнату, упасть на кровать и забыться крепким сном без сновидений. Тяжелая работа прекрасно помогает от непонятных ночных грёз. Техническая информация Артефакт против ведовства, III уровня (браслет) [6 часов/9 часов] +2,5 часа дороги Усиление приводов челюсти Генри, 3 успеха со степенями, +3 к урону. Создание стрекозы-разведчика, заточка жала (+1 БП) Hide Стрекоза НР 36 НС 28 Сила 40 Стойкость 35 Ловкость 49 (+10) Интеллект 29 Восприятие 48 (+10) Харизма 28 Сила воли 34 Качество: небольшая ХП: 19 Броня: нет Урон: 1d10+БС, БП: 2. Усыпляющий яд (Морфия V) 3/3 заряда Навыки: Бдительность 10+, Уклонение 0+, Маскировка 0+ Hide
  35. 4 балла
    - А меня зовут Леди Мирен Багдасыс - это известное аристократическое имя, вы курсе? - звонко гремя цепочками и браслетами, Леди величественно спустилась с баулов на мостовую. Её шапка вблизи, наверное, казалась целой горой. - Ну что вы стоите? У вас есть, где остановиться? — Нет, я этого не знал. - Врать на этот счёт даже пришло в голову, не говоря уже о вероятных причинах для обмана. Хмыс кивнул на "Джубатыкский фонтан". — Здесь нельзя остановиться, это не постоялый двор. Обладательница известного аристократического имени звучала так, будто бы владела всей этой улицой, не говоря уже о Фонтане. Хотя гора сумок, кажется, и вправду была её, что только добавляло в копилку её странностей. Зачем одному человеку столько вещей, что он не может их унести? Кто расположил их в таком неподходящем месте? Или она и вправду владела питейной? На взгляд Хымыса диалог развивался слишком стремительно. — У меня не было здесь определённой цели. Так в какую беду попала Леди? К беде женщина, вроде, взывать перестала, но ему захотелось внести хоть какую-то ясность в ситуацию.
  36. 4 балла
    - Грешные магистры... - Мирен быстро училась всяким местным непристойностям, особенно, когда они просто льются музыкой из питейной позади. - Ну что вы стоите! Не видите что ли, Леди в беде, просто в беде! Хымыс вздрогнул и оглянулся, рука потянулась у ножу. Беда! Где беда? Никакой беды он решительно не видел, а также не видел никого другого, к кому могло адресоваться столь странное высказывание. Арварошец перестал оглядываться и осмотрел женщину на предмет возможных ранений. Ранений не было. На всякий случай он осторожно подошёл ближе. Бог их знает, этих чужеземцев. — Я - Хымыс Асанхан, Вывихнувший Скулу, третий из названных сыновей Йессемира Седого Старца, наречённый брат... Хымыс осёкся. Женщина смотрела не него со странной смесью эмоций, а монументальная шапка при ближайшем рассмотрении выглядела ещё внушительнее. Обычно этого было недостаточно, чтобы вывести его из равновесия, но сегодня явно был не его день.
  37. 4 балла
    - Вы что, последние мозги растеряли? - довольно громко распекала добродушного на вид парня. - Нет, вы что, совсем рэхнулись? Парень втянул голову в плечи, но скидывать тюки с амобилера не перестал. Многочисленные баулы, битком набитые меховыми шапками и лосинами всех цветов и оттенков, оказались перед... то ли трактиром, то ли рестораном, а может и питейным заведением. Ясно было одно. Вселиться, по крайней мере сегодня, прямо сейчас, в новый дом не получиться. А ведь все, как хорошо складывалось. Леди в беде, посреди неизвестно чего, одна, с вещами, и тут появляется молодой спаситель. И... и осечка. - Леди, как вас там, простите-я-волнуюсь, Леди Мирен Багдашмыс, я обещал отвезти вас к Ехо, не к себе домой. Вот. Ехо. До свидания! - Нет, у вас окончательно высохли мозги! Приди в себя, парееень! - Мирен воинственно грозила кулаком уезжающему с невероятной скоростью амобилеру. - Просто высохли! Будет беда, просто беда! Леди Багдасыс огорченно выдохнула, присаживаясь на свои баулы. - Нормально, - она успокаивала себя, разглядыванием окружающих достопримечательностей. - Я в Ехо, это нормально. Только бы караван не ушел. х
  38. 4 балла
    Показать содержимое Самое суровое правило для Фары. Никаких вскрытий. Меррин, игра 159 Тот самый СЕКРЕТНЫЙ сговор, согласно которому мы должны НЕЗАМЕТНО убрать Сэра, чтобы на НАС никто не подумал. Дааа, помню такой. Ли, игра 159 мафия всегда может заняться поиском крысы + у нас есть шанс сдохнуть от доктора и путаны,так что все будет норм Эскиллд, игра 159 Что за вопросы? Думаешь мы тут должны что-то ЛОГИЧНО ОБЪЯСНЯТЬ!?!? ЧТО-ТО ТЫ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫЙ. Ли, игра 159 - Миссис Чу - накромсала на шавуху Мистера Кота - "Купи три беляша и собери котика". =( Эскиллд, Кот, игра 159 эпичная ночь АБАЛ(Вэй) - убивает Кнаджа(мафия) - но его следом пускает в расход - Миссис Чу - 2 мафиози за 1 ночь Коп проверял мирную Дез,которую тут-же убила Мафия Путана на пару с Доктором огуляли мирную Ли -4 за ночь,на мувик Игра 159 Че то эти 25% какие то 100%-ные)) [про 25% вероятности смерти игрока от руки доктора или путаны] Сер, игра 159 -Откуда Меррин знать, мирный ты или нет - Мне просто нравится, когда меня не подозревают Эскиллд, Горн, игра 159 Hide
  39. 4 балла
    давно я что-то картинок не кидал ))
  40. 3 балла
    Креативный директор BioWare Мак Уолтерс в своем твиттере рассказал, что на N7 Day стоит ждать очень много информации по Mass Effect Andromeda. А судя по последним данным, то мы увидим новый трейлер с датой выхода игры; узнаем тайну, что за женщина в недавнем тизере рядом с отцом главных героев; нам покажут дефолтных брата и сестру, узнаем более подробную информацию о сопартийцах, в том числе и о милахе Азари; а также нам расскажут о многом другом, о чем пока не заикались, либо я забыл. Буду держать вас в курсе событий. Благо сдал билеты, и на N7Day я прикован к ПК. Напомню, что Mass Effect Andromeda выходит в марте 2017 года на ПК, PS4 и Xbox One
  41. 3 балла
    Собственно то самое фото из глубокого экстранета с кодовым названием "кирпичом по лицу" х) Показать содержимое Hide
  42. 3 балла
  43. 3 балла
    Я тут вспомнил 100 подтягиваний на турничке в DLC цитадель...
  44. 3 балла
    Труба зовет. часть 2 Он вновь погладил ее маленькую руку и вновь смутился. Нечего было сказать на это тихое ясное, как зимнее солнце, счастье. Да и не нужно. Ведь сам Патрик чувствовал себя так же: незаслуженно нежданно осыпанным благами, как из рога изобилия. Вспоминалась история Иова многострадального. Сатана отнял у него богатство, многочисленных детей и, наконец, здоровье. Покинутый всеми, мучимый болезнями, Иов и тогда не роптал, но благодарил Господа за все. И был вознагражден. Его кроткая милая супруга достаточно страдала в этой жизни. Может быть, он сможет стать ее радостью, ее опорой. Ее благодарностью от Бога за смирение и терпение. Хорошо, если так. Какое-то время ирландец молчал, размышляя. - У реки, за домом, рос корявый вяз. - пауза затянулась, нужно было что-то говорить, и он сказал первое, что вспомнилось. - Чёрный, будто обугленный, очень старый. Листья на нем всегда появлялись поздно, когда поля уже стояли зелёные. Я любил забираться на него, когда... - он споткнулся, улыбнулся вновь виновато. - мог сидеть до ночи. Затуманенное пеленой прожитого детское воспоминание. От воды пахло гнилыми ветками и рыбой, прелая, заросшая лишайником кора больного дерева была скользкой. - Однажды едва не свернул себе шею. Упал. А лет в семь меня отвезли в Лондон. - Патрик пожал плечами. - Второй раз я попал туда совсем недавно. Послушником в Кайлемор. Так что... я толком и не видел ее, Ирландию. Но мне хотелось бы ещё. Не было случая рассмотреть, кроме как из окна дилижанса. Она тоже сбегала таким образом, когда враждебность, шум и вонь городских улиц становились невыносимыми. Доходила вдоль Экса до самого залива, бродила по берегу, тогда же научилась плавать, сама, чудом не утонув. Возвращаться никогда не хотелось. Побережье было её убежищем - холодным, солёным, открытым всем ветрам. - От чего ты уходил? - смущённый, виноватый изгиб улыбки подсказывал, что от себя самого. Маленький мальчик, причиняющий слишком много беспокойства вечно занятой матери, который стремился почувствовать себя в безопасности... ну, или хоть в тишине. Сам по себе, только речная сырость, прохлада да ссадины от коры на ладошках. Так тянуло обнять его. Патрик подбадривающе улыбнулся. Ему нравились ее вопросы. Сам факт того, что она интересовалась им, говорила с ним. Звучание ее голоса. - Чтобы не попадаться под руку отцу. - просто ответил он. Побег совершался не от самого себя, а по причинам куда более прозаическим. - Ты всегда молчишь о нем, - полуутвердительно сказала экзорцистка, помолчав какое-то время. Говорят, мальчишкам нужна мужская рука в воспитании. Те, кто растил Патрика - если можно это так назвать, конечно, - определенно, понимали это выражение буквально. Парнишка, не терпевший насилия в любых его проявлениях, сбегал. А потом вырос и решительно давал бой всем и всему, что посягало на его шаткое спокойствие. - Мать тебе о нем не рассказывала, когда ты стал заботиться о ней? Теперь уже взгляд Патрика стал вопросительным. - Молчу? Наверное. - скорее уж, не вспоминает, не хочет вспоминать, не видит смысла. - Ну... мне всегда казалось, что я раздражаю его больше других детей. Может потому, что я был старшим. - инквизитор пожал могучими плечами. - Впрочем, может мне это казалось. Двадцать пять лет прошло. Ирландец снова улыбнулся ей. - Если тебе хочется что-то узнать обо мне, можешь п-просто спросить. - и продолжил без перехода, словно бы говоря о чем-то совершенно будничном. - Он умер. Лет пятнадцать назад. Или около того. - Не упоминаешь, - пояснила Кьяра. Темно-серой перчатки коснулась вторая черная, нежно прошла от запястья к фалангам. Мисс, кажется, наизусть уже знала все мельчайшие детали и особенности, скрытые тканью, кожей чувствовала их, хоть и не могла. Расспрашивать его было как переходить реку, скованную первым ломким льдом. Скорлупа угрожающе потрескивала, угрожая нелегкой смертью в холодной тёмной пучине старых воспоминаний, отнюдь не счастливых. - Значит, узнавать, что такое твоя родина, будем вместе, - неловко перевела тему англичанка. Что тут скажешь ещё? Соболезновать было нечему, и, раз Патрик вовсе не брал ежегодные визиты домой в расчёт, значит, они были настолько краткими, насколько он мог себе позволить. - Теперь твоя очередь. - ласково ответив на прикосновение тонких пальчиков, Патрик чуть прищурился, словно замыслил какое-то неподобающее возрасту озорство. - Что нравилось тебе больше всего? Тонкий лед под быстрыми ножками затянулся. На время. Но вряд ли мисс теперь могла избежать перспективы погружения. - Я должен знать, что тебе нравится. - Должен? - соболиные брови удивленно изогнулись. - Ох, ладно. Море. Там спокойно. Свободно. И очень красиво. Кьяра коротко рассмеялась. - Слышала точку зрения, что море похоже на женщину. Мгновенно меняет настроение, сводит с ума мужчин и не поддаётся логическому осмыслению. Твоя очередь. Когда твой день рождения? Некоторое время потребовалось ему, чтобы понять, над чем иронизирует мисс. Патрик склонил голову, уголок рта чуть дернулся вверх. Смысл слов "должен" и "хочу" были сплетены так немыслимо плотно, что он не смог бы разделить их теперь. Инквизитор жил своей работой и теперь "должен" для него и значило "хочу". Сейчас - значило. - Я слишком глубоко увяз. - усмехнулся он и посмотрел на Кьяру так, будто и в самом деле сравнивал, так ли она похожа не переменчивое, невозмутимое и гневное. - Когда нас п-перебрасывали в Африканские колонии, мы пересекали Средиземное. С высоты оно похоже на плохо отполированное зеркало. А вблизи я никогда не видел. В дирижабле инквизитор вообще предпочитал в основном спать. А не пялиться в иллюминатор. Так что знакомство с морем было крайне поверхностным. Зато теперь инквизитор точно знал, куда повезёт жену после свадьбы. Если у него вообще будет возможность хоть куда-нибудь поехать, конечно. Последний вопрос его слегка обескуражил. - М... а ведь я не знаю. - ему было почему-то неудобно от этого. - Сначала я был слишком мал, а п-после не спрашивал у нее. Кажется это весной. А ты? Ты знаешь? Сообразив, что имеет в виду инквизитор, Кьяра тихо хмыкнула. Ей было это знакомо. Единственное, что важно - долг, требования ордена были и направлением, и желанием. Всем. Но она-то не была его работой. - Я и не могла узнать, - чуть застенчиво улыбнулась экзорцистка. - Просто выбрала. Отец... в общем, это была его идея, он и вписал число в документы. Хотя я все равно забываю. С тех пор, как... давно, в общем. Кьяра коротко рассмеялась. - Забавно. Я точно помню, как первый раз попала в собор Эксетера. Когда я была маленькой, старалась держаться от него подальше. Мне казалось, недостойно нарушать это совершенство своим присутствием. В один прекрасный день пришлось. По работе. Помню, тогда голова закружилась от высоты его свода. Мне рассказали, что там самый длинный непрерывный свод в Англии. Но в тот момент я и не думала об этом. Только смотрела. Волосы спутались под шарфом, тогда они были длиннее... В голосе звучала легкая ирония. - В таких деталях помню день черт-те когда, не помню одну дату, когда она приходит. Собор ничуть не изменился, кстати. Читала в газетах, на какой-то недавней выставке была картина, где он изображён. Показать содержимое Скрыть Экзорцистка покачала головой, вспоминая свой наивный восторг, восхищение высотой и чистотой, магический голос органа. Каменное кружево, искрящаяся радуга витражей. Показать содержимое Скрыть - Ты ведь поедешь со мной в Девоншир? - с надеждой, для которой не было ни повода, спросила Кьяра. Застенчивой улыбкой Патрик мог бы любоваться бесконечно. Как и робкой надеждой в серых глазах, для которой были все основания, и даже больше. - Я п-поеду с тобой... - словно по секрету, доверительно сообщил жене инквизитор. - ...куда угодно. Лишь бы нас отпустили. Кьяра тоже не помнила о дне своего рождения. Они и в этом были похожи. - Неужели Мэтт не присылает тебе открытку? Очень неучтиво с его стороны, не напомнить, зная твою забывчивость в этом отношении. Льдистые глаза смеялись. - Отпустят, - уверенно пообещала экзорцистка. Патрик поминал Ищущего Донахью с удивительным упорством. С него беседа началась, к нему и вернулась. Впрочем, хрустальная голубизна играла смешливыми искорками, а не арктической подозрительностью. - Это не тот человеческий недостаток, с которым я не смогла бы смириться, - улыбнулась англичанка. - И с какими же ты мириться не готова? - с полуулыбкой поинтересовался инквизитор. - У меня много недостатков. Самых разных. В прозрачных глазах мелькнула тень подозрения, но не брат Мэтт был тому виной. Мисс Бирн так уверенно утверждала, что их отпустят. Знала что-то, чего не знал он, наверное. Над головой Патрика, словно дамоклов меч, все ещё висела угроза наказания за проступок, но он решил пока не забивать этим сознание. Решать проблемы стоило по мере их появления. - Если ты разучишься готовить чай, мне будет непросто это пережить, - отшутилась экзорцистка, пристальнее вглядевшись в глаза мужа. Ей показалось, что она увидела что-то... словно резкий ветер, заставивший зарябить зеркальную водную гладь. А причины её уверенного высказывания были просты: шестой ранг это, конечно, не Бог весть что, но её мнение было достаточно ценным. И отстаивать его, как по поводу эпизода в приюте, так и по поводу будущего заявления об отпуске, упрямая собиралась до последнего. - Значит, я могу быть спокоен. - в тон жене ответил инквизитор. - Впрочем, моих запасов не хватит надолго. А в Англии его не достать. Улыбка была почти безмятежной. Насколько это возможно для сурового мужественного лица. - Тогда мне п-придется передать это право тебе. У него ещё не было случая выяснить, каковы отношения Кьяры со стряпней. Не то чтобы это влияло хоть на что-то, но... было любопытно. Впрочем, от заваривания чая до полноценной готовки было довольно далеко. - У тебя был шанс уточнить мои отношения с чаем, - заметила медичка. - Правда, мне показалось, что тебе это не слишком интересно. Что касается недостатков инквизитора, как, впрочем, и достоинств, их она собиралась выявить все и изучить. Досконально, до дна. - В тот раз - усмехнулся инквизитор. - у чая не было ни шанса. Слишком неравнозначен был выбор и гость предсказуемо предпочел чашечке чая нежные губы хозяйки. - Но мне интересно все, что касается тебя. - А сегодня утром? - мурлыкнула англичанка. В уголках губ пряталась улыбка. - Тебе не хотелось побывать где-то... ну, кроме Империи? Патрик приоткрыл было рот, но потом в растерянности закрыл. Помолчал немного. - А сегодня - в глазах блеснули искорки пламенного темперамента инквизитора. - я вообще о нем не вспомнил. Ты отвлекла. Прозвучало почти как обвинение. - Где, например? Честно говоря, никогда не думал об этом.. Кроме того, выехать за п-пределы Империи довольно сложно. - ирландец усмехнулся. Колонии Великой Британии были по всему миру. Америка, Азия, Африка, Австралия и Океания. - Ты бы хотела куда-то съездить? Европа? - наугад предположил он. За обвинительным тоном последовала подобающая хорошей жене реакция. - Mea culpa. Приношу свои извинения, мой дорогой, и обещаю больше так не делать, - покаянно склонив голову, произнесла экзорцистка. Густая челка удачно скрыла серые глаза, шаловливо отразившие темпераментный блеск. - Я тоже никогда об этом не думала, - усмехнулась мисс. - И никогда не была дальше Англии. Патрик присмотрелся к жениной челке внимательнее. - П-признайся. Ты это нарочно? - Что именно, милый? - невинным тоном уточнила благоверная. Хотя румянец, расползшийся по щекам, как у ребёнка, застигнутого за похищением сахарных украшений с именинного пирога, свидетельствовал о том, что ответ ей известен. Или, как минимум, есть предположения. - Ну перестань, п-перестань. - коротко рассмеялся он. - Я же не железный. Придерживаться приличий на улице было и без того сложно. Взгляд скользнул по зарумянившимся щекам, но и только. - Нужно было взять кэб. - вздохнул он, сетуя на собственную непредусмотрительность и попытался отвлечься. - Я немного видел Африку. Там не только британские колонии. - чёрный континент Европа разодрала на лоскутное одеяло. Франция, Голландия, Англия, Германия.. - Это считается за выезд из п-пределов Империи? Ладонь на локте приподнялась в немом жесте подчинения. - В кэбе было бы душно, а погода такая хорошая, - возразила экзорцистка, демонстрируя истинно английское отношение к погоде. Впрочем, вряд ли количество солнца и уровень осадков имели сейчас значение, важнее было кое-что другое. - Считается, почему нет. Это там тебе спину изрисовало? Взрывная волна? - Там не было бы лишних глаз. - впрочем, везде есть свои плюсы и свои минусы. Патрик задумался ненадолго, вновь находя пальцами потерянную где-то выше локтя ладошку. - Да. Это был второй раз. Поехал опять на три месяца. - ответил он не сразу. - Нас выгрузили в Каире. П-приказали выдвигаться наземным транспортом дальше. Только из города мы не вышли, попался какой-то... арабский колдун, обвешанный, сложно рождественская ёлка всякими бусами, браслетами... Это уж я потом п-понял, что он не для красоты их таскал. Загнали его в какой-то дом, а потом.. п-помню только, Ричард кричит мне: "Падай, дурак!!". До земли я не долетел, все его бусики, да браслетики, мне в спину и впились. Взорвался он. Решил, лучше самому себя... Ну да я его не виню. Патрик усмехнулся и в жёсткой улыбке ясно поступил инквизитор. Наказующий. - Смешно получилось. Глупо. Всю командировку почти в госпитале. - он повернулся к ненаглядной супруге и пояснил. - Кладка не выдержала. По затылку приложило камнем, а потом весь этот домик рухнул. С тех п-пор... - он свободной рукой указал на горло. Контузия оставила следы. - Но сейчас гораздо лучше, чем было. Первый год после этой травмы Патрик и заработал привычку молчать до последнего. Кьяра ругнулась, едва слышно и безысходно. Ладонь отчетливее дала о себе знать на рукаве сюртука. Ей не нужно было смотреть на мужа, чтобы слышать, как меняется его тон. Два года, монастырь, надзор за сангвинарией ничего не значили. Патрик был и оставался собой. Сильная личность брала своё. Она выходила замуж за Наказующего. Инквизитор говорил уже гораздо лучше, и знал это. Иногда речь становилась совсем уверенной и свободной. Время многое сглаживает, а его у Патрика было ещё немало. То, что она любила его слушать, ирландец знал тоже. Впрочем, любовь была не совсем тем словом. Кьяра легко сходила с ума от одного звучания голоса. Имя, которое прежде инквизитор не произносил, зацепило. Быстро сориентировался, значит, был опытен. Не просто предупредил возгласом - дал конкретное указание, привык, что его слушают. Наверняка старше рангом. - Ричард? Командовал? - Он всегда был ведущим в нашей п-паре. - подумав, согласился, наконец, Патрик. Взгляд скользнул по маленькой мисс. Ей неприятно было слушать о его ранах. Что ж... ему тоже вряд ли доставило бы удовольствие представлять, как Кьяра погибает. Не стоило рассказывать ей подробности. Инквизитор вздохнул. А в остальном она была права. Не командир, но старше, опытнее, потому и занял лидирующие позиции в связке с молодым, сильным, как медведь, но ещё бестолковым инквизитором. - Ричард Прайс. - лицо инквизитора помрачнело, губы стали тоньше и бледнее. - Мы работали вместе семь лет. Одна только мысль о том, что Патрик пережил, о том, что осталось навсегда белесым рисунком шрамов, вызывала болезненное эхо. Ей хотелось беречь его, но Кьяра сознавала, что это невозможно. Не с их работой. Инквизитор лишился бы шанса на новые саднящие отметины только в том случае, если бы она обернула его в вату, словно хрупкий образчик драгоценного королевского фарфора, как его перевозят из замка в замок вслед за августейшей фамилией. Не годится мужчине бегать опасностей. Кьяра старательно вытравляла в себе этот избыточный, удушливый эгоизм, оскорбительный для её мужа. Прайс... фамилия, как у того солдата, отпечатки которого нашёл Шандор Рид. Семь лет - немалый срок. Особенно для инквизиторской связки. Особенно для того, где и с кем она сплелась. Сопоставить одно с другим оказалось несложно, и Кьяра внезапно осознала, что её бросает в дрожь, как бывало раньше от перспективы схватки. Будто она столкнулась с чем-то настолько чуждым и враждебным, что кровь вспыхивает бурным гневным протестом. Экзорцистка никогда раньше не испытывала подобного, слишком похожего на ненависть, да ещё к человеку, о котором слышала впервые в жизни. От одного зрелища изменившегося в лице Патрика. Дрогнувшая свободная рука разжалась. - А потом тебя прислали ко мне, - глаза остро просветлели, мгновенно растеряв спокойную темную ртуть. Маленькая мисс все время переживала, о своем несовершенстве чаще всего, да вот только.. почти всего оказывалась права в том, что касалось ее непутевого супруга. Позволь он обернуть себя в вату, это был бы уже не Патрик. Что осталось бы от него тогда? - Ну почему. Я подал прошение о переводе. А к тебе меня направили только через два года. - инквизитор, такой прозорливый в том, что касалось работы, не видел связи между семью годами тесного сотрудничества с весьма своеобразным человеком и, скажем так, инцидентом, случившимся с ним в Лондоне, который и привел к длительному отпуску в монастыре по указанию экзорциста, проводившего проверку. - Ушел через семь лет? Почему? Слишком подавлял тебя? Одно из предположений, хотя Кьяра иррационально была уверена, что дело не в этом. Или не только в этом. Черной ядовитой змеей проскользнула мысль о том, что, пожалуй, неизвестный ей Ричард Прайс знал Патрика гораздо лучше, чем она. - П-подавлял? Нет. - Патрик мотнул головой. Ричард не подавлял его, скорее уж наоборот. - Мы стали слишком... Слишком похожи? Или наоборот, слишком разными были их мысли, их суждения? Пожалуй, и то, и другое сразу. Патрик потер переносицу двумя пальцами и устало вздохнул. - Честно говоря, я и сам толком не знаю, почему. Все было, как обычно, но я вдруг п-понял, что больше не смогу с ним работать. Наверное... интуиция? Или паранойя. Это был один из тех случаев, когда подспудные раздумья, длившиеся недели, месяцы, может быть, годы, в один момент выливались в некое решение, казавшееся со стороны внезапным. Однажды утром инквизитор О'Коннелл проснулся и все встало на свои места. Как будто всегда знал, что должен сделать. - Он ничего не сказал, но я знаю, это привело его в бешенство. - ирландец криво усмехнулся. - Наверняка ты его удивил, - усмехнулась экзорцистка. Помолчала несколько секунд, представляя себе распад этого тандема. Реакцию того, кто годами не только изучал, но и обучал. Направлял. И был в ярости, когда вторая рука вдруг отказала, покинула, предала. Бессильный гнев ограбленного. Переделать под себя и оставить при себе - вот к чему стремятся отношения. - Видел его после? - Он не любит отказов. - заметил Патрик. Впрочем... кто их любит? - Да. - он вдруг споткнулся на полуслове, вспомнив, когда и в каком состоянии застал его Прайс при их встрече после, скажем так, разрыва. - Однажды. Он приходил п-п-поговорить. Льдистые глаза вновь смущенно изучали носки тяжелых сапог. - Если ты не хочешь говорить об этом, я пойму, - мягко сказала Кьяра. - Но, может, тебе станет легче. - Может быть. - он нежно сжал ее пальчики в чёрной перчатке, - Но... не сегодня, хорошо? Патрик спрашивал разрешения, он сам себя не узнавал в этот момент, но... уже не мог иначе. Эти мягкие женские ручки могли лепить из него что угодно. Ну, почти. Отклоняться от изначальной формы слишком сильно в этом скульптурном этюде все же не следовало. - Не сегодня. - повторил он тише, уже зная, что скажет ей все, что она пожелает услышать. - Не сегодня, - эхом согласилась Кьяра. - Как скажешь, милый. Любовь моя. Последнее прозвучало едва слышно. Патрик упорно избегал одной-единственной темы. Того, что предшествовало его первому визиту к экзорцисту. Вывод напрашивался один. Опускался, заливал себя алкоголем, вот и прислали кого-то, кого молодой Наказующий хотя бы услышит. Того, кто говорил с ним семь лет. И знал, как. И не нужно было инквизитору отдаваться этим воспоминаниям сейчас, когда их ждало дело. Он защищался. Был прав. Впрочем, как всегда. Англичанка ласково улыбнулась. - Кто порезал тебя под ребром? Это недавно было. В горле заскребло и Патрик кашлянул. Долго молчал, нет-нет, бросая взгляды на свою маленькую спутницу. - Я тебя не заслуживаю. - произнес он вполголоса после долгой паузы. - И никогда не смогу заслужить. Голос звучал странно обреченно. В его руках то, чем он не должен, не смеет обладать. Схватить крепче - страшно сломать, покалечить, и страшно - вдруг в один миг вырвут из рук? И снова легкий румянец окрасил угловатые скулы. После того, как Кьяра во всеуслышание призналась, что ревнует его к Кето... отвечать было более чем неловко. - П-проверял, куда подопечная ходит в свободное время. Обычное дело. - солгать инквизитор не смог, хотя обычно это не составляло особенного труда. - Оказалось, не зря. Ее... занесло в плохой район. Похоже, заблудилась. Теперь-то Патрик знал, почему эта кудрявая девица ничего не боялась, но тогда откуда ему было добыть это знание? Замшевая рука соскользнула со сгиба локтя. Девушка сидела рядом молча, сложив ладонь к ладони молитвенным жестом и опустив голову. - Боюсь, я - именно то, чего ты заслуживаешь, - не глядя на инквизитора, произнесла экзорцистка. Пауза, заполненная стуком подков по мостовой. Птичий гомон, лёгкий ветер, звуки, цвета и запахи разгорающегося утра. - Только никогда не лги мне. Даже, что называется, "во спасение". Англичанка одарила спутника светлым взглядом. - Ты хороший Надзирающий. По Договору, Инквизиция защищает магов. Именно это ты и делал. И продолжаешь делать. Патрик молчал, вдруг почувствовав себя очень одиноким без прикосновения ее руки. - Если ты - моё наказание за грехи, значит... Господь в самом деле очень добр к нам. Не то чтобы он в этом сомневался, просто одно дело читать, и совсем другое - почувствовать, что Бог есть любовь. - Никакой лжи. - пообещал и одновременно потребовал такого же обещания в ответ хороший инквизитор. - Не передумай, - усмехнулась англичанка. - А я буду твоей, пока нужна тебе. Она не верила в наказания и награды. Господь любит равно белоснежных ягнят и паршивых овец. Мисс Бирн была последовательна в своих убеждениях и верна им. Да и награждать ее саму таким внезапным, таким безудержным счастьем не было ни одной причины. Существует три вида ответов, которые она могла давать. То, что хотели услышать. То, что нужно было услышать. И правда. Чаще всего люди просят первого, оно подкупает, ввергает в зависимость от слов и произносившего их. Наркотик, безвредный лишь для физического здоровья. В их зимнюю встречу Кьяра говорила нужное. Вполне возможно, Патрик уже понимал это. Или просто простил ей её резкость, её снисходительность, её отстраненное осуждение. Оба варианта говорили в его пользу. Теперь она была его женщиной, а не только его экзорцистом, хоть инквизитор и подозревал обратное. Оба должны были уметь доверять другому. Безоговорочно. И они старательно учились. - Никакой лжи, - подтвердила целительница. - А я буду твоей, пока нужна тебе. Патрик поймал ее ладонь в свою нетерпеливым жестом ребёнка, получившего, наконец, разрешение взять конфету с верхней полки. Нижняя челюсть упрямо выдвинулась, обостряя линии скул. - Ты будешь моей, п-пока смерть не разлучит нас. - кончиков пальцев коснулись губы. По глазам и голосу становилось ясно, не потерпит никаких возражений теперь. - Чтобы я больше этого не слышал. Ладошка вернулась на локоть, туда, где ей положено быть. - Да, Патрик, - послушно отозвалась экзорцистка, легко изгибая уголки губ. Прозрачно-пепельный агат очей бросал тёплые лучики морщин. Оставшиеся сотни ярдов до места прошли в согласном молчании. Hide
  45. 3 балла
    Утро следующего дня Патрик потянулся, прикрыв глаза, мышцы на исполосованной шрамами спине вздулись, но в следующий момент их очертания снова размылись. он накинул рубашку, и неспешно застегая все пуговицы, развлекал себя тем, что разглядывал расшалившуюся супругу. Если мисс полагала, что вот эти вот ее раскинутые ручки, обнимающие весь мир способствуют процессу одевания, то она глубоко заблуждалась. Как впрочем и последующая позиция калачиком. Белая блуза слегка помялась, а цвета воронова крыла подол в этот раз скрывал не слишком многое. Очертания подогнутых стройных ножек подстегивали воображение не хуже, а в чем-то даже и лучше обнаженной кожи. В тот день, когда кто-то додумается отменить все нижние юбки, произойдет революция в мире женской моды. Как в ней сочеталась эта чисто женская, взрослая, притягательность, и детские, совершенно безмятежные, выражение лица и поза? Он не имел понятия. - Надеюсь, там подают мясное. - кладовым миссис Холлоуэй предстояло выдержать нешуточный штурм. Зрелище не слишком способствовало скорости, но лишь один Господь знал, какое чувство было наиболее неукротимым в этом потомке викингов: гнев или голод. За рубашкой заняли свое место галстук, жилет, сюртук, сапоги. Трость, в отличии от прочего вооружения, инквизитор брал с собой всегда, хотя и носил ее, как охотник - ружье наготове. Облачившись, наконец, в свой странный костюм, который сидел на нем, как на разбойнике сутана, инквизитор подал даме руку. - П-пойдем скорее. Иначе, боюсь, я могу съесть тебя. Когда инквизитор уже завязывал галстук, дама прервала своё собственное созерцание, обулась, заколола волосы. Прямо поверх уже изрядно измятой блузы, которой слабо помогли одёргивание и оглаживание, лег на узкие плечи черный плащ, в котором могло найтись все, что потребуется его хозяйке. Руки скрыли вечные перчатки. - Мы не пойдём на такое преступление против тебя, - усмехнулась экзорцистка. Маленькая ладонь уютно устроилась на сгибе инквизиторского локтя, словно он был создан для этого. Как показала вчерашняя практика, на преступление она готова была идти ради него. Хмуро щёлкнул замок, синхронно отзвучали по лестнице тяжёлые мужские шаги и лёгкие женские. *** Умытый вечерним дождем Лондон был светел и приветлив. Во всяком случае, на вкус англичанки. - Здесь недалеко, - посвящала ирландца в ненужные подробности Кьяра. Может, чтобы отвлечь как-то от возмущённого чувства голода. - Мэтт называл это место "Божьей псарней", почему - думаю, ты догадаешься. Миссис Холлоуэй, хозяйка, добрая душа, хоть и чудная. Кажется, она думает, что... Что думает миссис Холлоуэй, Патрик так и не узнал, ибо мисс слегка потянула его, приглашая обогнуть вместе с ней угол дома, и в этот момент в неё едва не врезался джентльмен в сером сюртуке, как раз покидавший книжную лавку. Тем не менее, вместо того, чтобы с россыпью извинений дать леди в сопровождении английского янычара продолжить свой путь, он с отчётливой радостью воскликнул: - Кьяра! Клянусь, ангелы целуют тебя в щеки, когда ты спишь. Ты просто цветёшь! - Мэттью. Сколько раз тебя просила не применять ко мне твоё ирландское враньё, - предположительно целованная ангелами отреагировала весьма прохладно. Впрочем, для тех, кто хорошо вслушивался в медовое сопрано, в нем последовательно открывались удивление, легкое смущение и тепло встречи. - Позволь представить тебе - Патрик О'Коннелл, Надзирающий. А этот аморально себя ведущий человек - Мэттью Донахью, Ищущий. Экзорцистка освободила локоть ирландца, давая возможность мужчинам обменяться рукопожатиями. - Рад встрече, брат, - с вежливой улыбкой, в которой виделось удивление, ответил брат Мэтт, который был, очевидно, лёгок на помине. Ищущий протянул руку. В отличие от большинства людей, ему не приходилось задирать голову, чтобы смотреть на Патрика - роста в нем было ненамного меньше. Показать содержимое Скрыть Когда вдруг из-за угла дома, омытого вечерним дождем, вывернулся джентльмен в сером сюртуке, о котором мистер О'Коннелл столько слышал и даже примерял однажды его рубашку, все его опасения подтвердились разом. Мэттью Донахью был высок, строен, весьма хорош собой, в меру нахален, что, как говорят, очень нравится женщинам. Проще говоря, конкурентоспособен в той степени, в которой соперника лучше сразу устранять физически. Все остальное, как правило, уже не работает. Впрочем, подумать все это сразу, Патрик, конечно, не успел. Его разум был устроен довольно специфическим образом. И, когда ирландец (еще один земляк!) едва не сшиб с ног даму, а потом начал болтать что-то о поцелуях за авторством вовсе никаких не ангелов, уж это инквизиторская парочка знала точно, на лице Патрика читалось лишь удивление. Он был удивлен, и нельзя сказать, что приятно. Однако же, попытка скрыть сей факт имела место. Патрик попытался принять праздный вид, бросил вопросительный взгляд на Кьяру. Если она и собиралась пояснить его столь близкое к ней расположение, то не здесь. Если же не собиралась... его дело молчать и сохранять тайну. - Доброе утро. - выдавил не слишком уютно ощущающий себя под удивленным взглядом брата Мэтта инквизитор-надзирающий. Взгляды скрестились. Удивленный, открытый, любопытный карих глаз наткнулся на тяжелый, нечитаемый, нарочито равнодушный призрачно-голубых. Показать содержимое Скрыть Рукопожатие получилось крепким, без лишних усилий. И больше ничего. Тишина. Распознать в Патрике ирландца с первого взгляда было весьма непросто. Он не обладал солнечными волосами мистера Мерфи, никогда не соревновался с ним в болтливости и угрюмостью своей напоминал скорее какого-нибудь британского сноба глубоко за сорок. Мыслительный процесс рос и ширился. На этом месте будущий муж мисс Бирн как раз прикидывал собственные шансы в борьбе за дамское сердце с таким вот кавалером. Подсчеты выходили не слишком утешительными. Кьяра, выглядевшая уморительно маленькой рядом с двумя башнями ирландского происхождения, повела взглядом в сторону супруга, едва расслышав его приветствие. В чисто английской, нетронутой ирландским акцентом речи, сквозил декабрьский холод. Проницательность Три степени успеха) Скрыть Любой другой женщине ревность суженого польстила бы. К несчастью (или наоборот), мистер О'Коннелл собирался жениться именно на Кьяре, которая, угадав причину выдержанно-вежливого равнодушия, иронично изогнула бровь, словно собиралась сказать нечто вроде "совсем с ума спятил". А уж если бы Патрик в этот момент вздумал задействовать свою проницательность вместе с безукоризненно логическим мышлением, он понял бы со всей ясностью, что, представляй брат Мэтт какую-либо опасность для сердца экзорцистки, та либо носила бы уже фамилию Донахью, либо не поминала бы имя коллеги всуе. - Как командировка, Мэтт? - осведомилась Кьяра, безмятежно возвращая ладонь на инквизиторский локоть. - А мы идём к Маргарет завтракать. - Как раз собирался туда же, - широко улыбнулся Ищущий. - Вы не против, если?.. А поездка прошла как обычно. Навестил на обратном пути знакомых близняшек, у них ничего нет, но клянусь, через годик я привезу в Соммерсет пару великолепных сангвинарий. Ты бы их видела!.. Через пару часов снова в поезд, так что я решил не заходить домой. Запасся чтивом в дорогу, ну и, думал перекусить. А тебя каким ветром опять занесло в Лондон? Кьяра мотнула головой, показывая, что уж она-то не против общества отцовского ученика. Вопросительно глянула на Патрика. - Не спрашивай детали, все равно не скажу, - усмехнулась она. - Пригласил посотрудничать Скотланд-Ярд. Инквизитор не гнушался пользоваться наукой логикой в повседневной жизни, благо, образование позволяло. Проблема была не в том, что он подозревал какую-то ложь со стороны Кьяры. Вовсе нет. И да, в зависимости от степени благородства брата Мэтта, мисс Бирн должна была бы либо носить его фамилию, либо никогда не упоминать этого человека в разговорах с ним, но, черт возьми... Узнав Кьяру и увидев, наконец, ее названного братца, высокого статного красавца, за которым наверняка волочились девицы разной степени скромности, Патрик никак не мог понять, почему не случилось ни то, ни другое. И вот тут возникало неразрешимое логическое противоречие. Сложный механизм мозга одной из ирландских башен, крайне редко выдающий сбои, тут отказывался проворачивать свои шестеренки несмотря на все усилия. Ну и в конце концов, он не обязан был всегда быть логичным! Прикосновение к локтю вывело его из состояния мрачной задумчивости, надзирающий седьмого ранга накрыл ладонью пальчики в черной замше, которые умиротворенно покоились на предплечье. Обязанности сопровождающего никуда не делись. А иррациональная ревность оказалась недостаточно сильна, чтобы заставить мистера О"Коннелла окончательно испортить Кьяре встречу со сводным братом. - Не п-против. - пробасил он с привычной уже для мисс запинкой, после некоторой паузы, догадавшись, что согласия ждут и от него. - Разумеется. И снова замолчал, с напускной рассеянностью вслушиваясь в болтовню приемных детей Бирна, и размышляя про себя, что было бы, вздумай Донахью забежать в квартирку получасом ранее. В таком случае, всех их ждала бы нелишенная пикантности сцена. Святой Официум направлялся опустошать кладовые миссис Маргарет Холлоуэй уже в составе троих человек. - Полиция? - Ищущий нахмурился, в карих глазах мелькнуло самое настоящее беспокойство. - Что... а, ладно, ты же все равно блюдёшь тайну следствия. Мэтт снова улыбнулся, напряженное выражение сошло с лица. Или спряталось где-то очень глубоко. - И правильно делаю, - отозвалась Кьяра, отворяя деревянную дверь без опознавательных знаков, за исключением таблички, повествующей, что сие место принадлежит Холлоуэям. В борьбе привычки пропускать спутников вперёд и этикета последний частенько проигрывал. Что и произошло на сей раз. Что касается самого заведения, найти его без посторонней помощи было бы трудно. Впрочем, если принять во внимание, что оно находилось в инквизиторском квартале, и ироничное прозвище, можно было сделать определенные выводы о клиентуре хозяйки. Репутация, как и слухи, формируется и распространяется быстро, даже в Инквизиции. Так что отсутствие в зале посетителей можно было пояснить разве что сравнительно ранним часом воскресного дня. Маргарет оказалась женщиной, перешагнувшей порог сорока лет, с выразительным лицом, выдававшим сильный характер, и соответствующим голосом. Показать содержимое Скрыть - Кьяра, Мэтт, птенчики мои! И... незнакомый мне сэр, добро пожаловать! Ищущий Донахью заулыбался ещё шире, хотя это казалось не таким уж возможным. Даже Кьяра выглядела привычной к такому проявлению чувств. - Здравствуйте, миссис Холлоуэй. Мы умираем с голоду и только вы способны нас спасти. - Ну, разумеется! - воскликнула женщина, безапелляционно подхватывая экзорцистку под локоток. - Идем, милая, обсудим, что у меня в закромах, мужчины в этом ни че... кхе, ничего не понимают! Покойный мой Рэндалл, земля ему пухом, и поныне был бы жив, следи за своим питанием... до того, как на мне женился. У меня отличные бифштексы, только поджарила, и свежесваренное пиво, хотя, вы же не по этой части... - Не по этой, - решительно подтвердила уволакиваемая целительница, оборачиваясь к брошенным коллегам и глазами показывая, что это займёт некоторое время. Мэтт с усмешкой наблюдал за этой сценой, потом жестом предложил Патрику сесть в самом неприметном углу. - Покойный Рэндалл, ее муж, на моей памяти бывал сбит каретой, умирал от разрыва сердца и, кажется, от ножа какого-то проходимца. Зависит от того, о чем идёт речь. Не исключено, что он и не существует вовсе. Вдовой быть всяко удобнее, при живой-то дочери, понимаешь? Её дочурка, Мелли, тут помогает. Инквизитор помолчал, подержал на Патрике ставший серьезным взгляд. - Слушай, извини за мое... удивление. Это не неприязнь. У меня хоть и ирландская фамилия и, хм, привычки, помимо ирландской крови во мне и английская, и пара капель римской наверняка найдётся. Так что к англичанам я ничего такого не испытываю. Да ты и сам должен понимать, с твоим-то именем. Последовала ещё одна пауза. Обнаружив весьма знакомую Патрику прямолинейность, Ищущий, похоже, обдумывал продолжение тирады. Брат О'Коннелл пока имел отличную возможность подумать, является ли такая вопиющая честность чертой, воспринятой от покойного инквизитора Бирна, или же его воспитанники имели больше общего в характере, чем замечала Кьяра. - Понимаешь ли, она не ходит в связке, - выразительная интонация свидетельствовала отнюдь не о предпочтениях. Кажется, речь шла о решении, которому мисс следовала любой ценой. Карьеры, в том числе. - Именно после сотрудничества с полицией. Все закончилось паскудно. Я беспокоюсь. Но знаю, что это упёртое создание мне ни слова не скажет. От такого бурного проявления радушия Патрик несколько опешил. Наверное, дело было в том, что он мало, или, скажем лучше, никогда, не сталкивался с проявлением столь... по-матерински теплых чувств по отношению к собственной персоне. От растерянности забыл наклониться, зацепил макушкой притолоку и едва не уронил котелок. - Мэм. - коротко поздоровался он, уже провожая глазами миссис Холлоуэй, ухватившую Кьяру за руку, и тащившую ее куда-то в свои подвалы. В душе шевельнулось беспокойство, но раз прочие инквизиторы вели себя спокойно... Впрочем, все это и в самом деле заставило его забыть о голоде. Слишком много всего сразу. Все эти люди. Радостные. У него была родня. А у Кьяры - по-настоящему родные люди. Совсем другое дело. Из вежливости пришлось сесть за предложенный стол, хотя, по правде говоря, Патрик не имел никакого желания иметь приватную беседу с этим господином. Несмотря на то, что господин излучал совершенно искреннее беспокойство за одну их общую знакомую и поразительно наивное доверие к его, Патрика, персоне. О'Коннелл сел, положил трость на дальний от Мэтта край стола, не то чтобы птичьи эпитеты миссис хозяйки помогли ему расслабиться и почувствовать себя, как дома. Некоторое время смотрел сквозь своего нового знакомого и, почти что, родственника, улавливая такие знакомые нотки чуть раздраженного бессилия в его голосе. - Не стоит извиняться. - заметил, наконец, угрюмый Геркулес, загудели контрабасовые струны где-то внутри его груди. Неожиданно для самого себя, он счел нужным пояснить этот момент. - Люди часто впадают в заблуждение на мой счет. Слишком уж не сочеталось буквальное кричащее о своем происхождении имя с поведением, с воспитанием. Ну, с той его частью, которую Патрик с истинно британской сдержанностью демонстрировал малознакомым людям. - В том, что касается крови, я сто-п-процентный ирландец. - если, конечно, не считать немалой доли наследства от датских викингов, влияние которых проявилось не далее, как вчера, самым ярким образом. Но сейчас, через тысячу лет после того, как их набеги на Британские острова прекратились, вряд ли кто-то мог бы с уверенностью сказать, какая часть крови в его жилах принадлежит этим морским разбойникам. - Все остальное - британское. - мистер О'Коннел присмотрелся внимательнее и кареглазый названный братец вновь мог ощутить на себе всю прелесть взгляда человека, который только полгода как переквалифицировался в Надзирающие. Более десяти лет в самой подозрительной, в самой суровой части Инквизиции ни для кого не проходили бесследно. - Но я не совсем понимаю, почему вдруг такая откровенность. Со мной. Мы оба видим друг друга в-п-первые. Все сказанное уложилось в голове. На будущее, как минимум. Что-то случилось у Кьяры с полицией. И он непременно попробует узнать, что. А пока британский ирландец демонстрировал прискорбную холодную отчужденность. Возможно, очень возможно, солнечный темперамент собеседника смог бы растопить этот лед, но для этого потребовалось бы время. Патрик очень тяжело заводил друзей. Карие глаза Мэтта некоторое время встречали тяжелый взгляд Патрика, но вот Ищущий пожал плечами и глянул куда-то за спину инквизитору. - А смотришь ты не так, как Надзирающие. Это взгляд допросчика, - заметил он. Голос звучал спокойно, тем не менее. - У меня и правда нет оснований с тобой откровенничать. Кроме одного - она тебе верит. И эта причина будет убедительнее всех, которые у меня были для доверия кому-либо. Донахью обернулся к двери в подсобные помещения, откуда эхом доносился голос Мардж Холлоуэй и бесконечно терпеливые интонации Кьяры. Несколько секунд прислушивался, губы тронула едва заметная улыбка. Покачал головой, снова глянул на Патрика. - Если Кьяра снова работает с инквизитором, а дело связано со Скотланд-Ярдом, это означает что-то непростое. Один раз она пережила. Второй... даже не знаю. И повлиять на это смогут только те, кто с ней работает. А я - нет. Темная бровь слегка дернулась, давая понять, что разговор окончен, если собеседник того желает. Патрик с неизъяснимым удовлетворением отметил, что его взгляда брат Мэтт не выдержал. Не растерял еще прежней закалки. Кое-что еще может. - Верно. - степенно согласился он, катая лежащую на столе трость пальцами туда-обратно. - Надзирающий я только последние шесть месяцев. Кем он был "до", ирландцу с примесью английской и римской крови предлагалось додумать самому. Да это было и очевидно. Допросчик еще с минуту сверлил ни в чем не повинного Донахью взглядом, а потом... любопытство победило. Или, может быть, эта вопиющая открытость. Или доверчивость, сродни той, что он видел в глазах Кьяры. Каждый день, с тех пор, как она сказала, что любит его. Все вместе. - В этом деле не только и не столько Полиция. Впрочем, п-подробности ни к чему. - Патрик откинулся на спинку стула и бросив взгляд на дверь в подземелья хозяюшки, вопросил. - Что случилось? Мэтт следил за тем, как тускло поблёскивает навершие трости. Взгляд поднялся и снова опустился, когда Патрик поделился небольшой особенностью своей карьеры. Обсуждать это Ищущий благоразумно не пожелал. Вместо этого последний раз проводил передвижение львиной головы по столу и снова включился в визуальную дуэль с инквизитором. - Было какое-то довольно шумное дело. Убийства, ограбления. Полиция привлекла Инквизицию, так как на местах преступлений находили надписи, составленные из демонических литер, всякую ритуальную утварь. Кьяра ушла в связку с Наказующим, потому что работавший с ним экзорцист был недееспособен. Уж не знаю, по какой причине. В общем, оказалось, что это была ловушка. Нарочно так подстроили. Там был Продавшийся и Одержимые. Инквизитор не выжил. Кьяра едва выжила. Её приняли за мертвую, когда исследовали место этой бойни. Мэтт помолчал, едва слышно вздохнул. - Чтоб ты понимал, это не она мне рассказала. Своими силами выяснял, после того, как встретил её в очередной раз. Вела себя как обычно, а с виду - ходячий труп. Выкарабкалась тогда, вопреки всему, - в голосе мелькнула совершенно иррациональная гордость. - И снова продолжила работать. Как будто ничего не было. Говорю же, упёртая. Только от любых дел, подразумевающих напарника, отказывалась под всеми возможными предлогами. До сих пор. Два женских голоса зазвучали громче. Послышались шаги - принадлежали они, впрочем, одной паре женских ног. - Она все ещё не знает, что я знаю. Буду тебе признателен, если так и останется. Хотя у тебя нет причин выполнять мою просьбу, - негромко закончил Ищущий, оборачиваясь к дочери своего наставника и улыбаясь ей. - Ну, что тебе сегодня рассказали? - Что картофель и мясо преступно есть вместе, - ответила Кьяра, присаживаясь рядом с Патриком. - Пришлось сказать, что три порции - это для меня одной, потому что мяса я не ем, а голодна так, что готова проглотить всю тину с дартмурских болот вместо салата. Так что, господа, вас ждут тушёные овощи в качестве гарнира. Впрочем, я согласна поделиться. А о чем вы говорили? Ртутно-серые глаза смотрели то на одного ирландца, то на другого. Когда брат Мэтт уже договаривал, в глазах его собеседника отчётливо сверкнул гнев. Чего он добивался, этот Ищущий? Зачем вывалил на него все это? Он что, хотел, чтобы Патрик пообещал ему, что подобного никогда не повторится? Что любимую сестру не огорчат больше подобным образом? Уж наверное Донахью должен был знать, что честный человек не может обещать того, что не в его силах! Или это проверка? Тест? Предупреждение? Беспокойство мистера О'Коннелла имело то же свойство, что и улыбка его симпатичного соседа. А именно, теперь, после рассказа, оно стало еще больше, хотя казалось бы, куда уж. Как будто, раньше он мало волновался за нее, как будто страх, что все может закончиться паскудно, недостаточно сильно сжимал своей костлявой рукой его сердце. Чертов брат Мэтт! И все же... все же приятно было знать, что упрямая маленькая мисс сделала исключение ради него. Послышались шаги лёгких ножек, и бывший наказующий спрятал вулканическую лаву в своих глазах поглубже. Продемонстрировал, что тоже способен на улыбку, хотя далеко не такую лучезарную и добродушную. Губы изогнулись ломко и скупо. Как всегда. - Мэттью согласен со мной. - он не собирался выдавать братца прямо сейчас. Возможно, вообще никогда не собирался. Да, ее напарник однажды умер. Да, она едва пережила это. Возможно... возможно между ними было что-то, между ней и этим погибшим инквизитором, иначе с чего бы так страдать?.. А может нет. Прошлое должно оставлять в прошлом. Ему там самое место. - Тебе стоит чаще носить белое. - голос зазвучал мягче, добавив те особые бархатные нотки. Для нее.- Оно очень тебе к лицу. В монашеском чёрном одеянии немудрено выглядеть живым мертвецом. Даже когда у тебя за душой нет никакого горя. А Патрик... что ж, он мог бы только сказать, что его правда очень сложно убить. Пытались многие, до сих пор ни у кого не вышло. Соболиная бровь вопросительно изломала свою плавную линию, выражая немое "да ладно". Мэтт поспешил подтвердить версию Патрика. - Именно так. Коллега исключительно хорошо влияет на тебя, Кьяра. Я рад. Хорошо влияющему коллеге достался ещё один взгляд. Она, разумеется, слышала эти невозможные, вибрирующие обертоны в мягком гудении контрабасовых струн. Ещё и эта улыбка, скупая, адресованная ей одной. Как будто Патрик не упускал случая напомнить о своей власти над ней, напомнить прилюдно, прекрасно зная, что ей захочется прикоснуться: провести по волосам, запечатлеть поцелуй на тыльной стороне запястья, где темнел старый кузнечный ожог. И она не сможет этого сделать. Во взоре, ставшем мягким и ласковым, как короткий ирландский дождь, проявился нежный укор. - Чтобы произвести на тебя впечатление, Мэтт, достаточно быть хорошенькой подавальщицей и налить тебе лишнюю пинту, - усмехнулась Кьяра, глядя уже на Ищущего. Со следующей фразой строгость, однако, истаяла. - А лучше всего - малолетней ведьмой. Как будто я не знаю, кому на самом деле принадлежит твоё сердце. Знали оба воспитанника инквизитора Бирна. Мэттью, будучи щедрым на улыбки и приязненное дружелюбие, не обзавёлся в свои три десятка лет супругой по одной простой причине. Которую до недавних пор разделяла его названая сестра. Настоящей любовью инквизитора была работа. Следствием этого явились то, что Кьяра назвала "хорошим послужным списком", и безнадёжно холостяцкая жизнь. Ради первого экзорцистка спускала с рук жизнерадостному ирландцу и любовь к спиртному, и потасовки в пабах, составлявшие неотъемлемую часть второго, абсолютно его устраивавшего. Целительница запустила руку во внутренний карман плаща и по столу проехала маленькая баночка. Сквозь дымчатое стекло просвечивала знакомая Патрику зеленая мазь. - Возьми с собой, разотри плечо на досуге. Я вижу, как ты держишь руку. И я ничего не хочу знать о том, где и как ты его потянул. - Ну да, - рассмеялся инквизитор, не собираясь отрицать очевидное. - Ничего, сестра, помяни моё слово - у тебя ещё будет повод одеться во все белое. И я буду присутствовать. Ищущий, не предчувствуя никакого эффекта от своих неосторожных, несдержанных предсказаний, поймал склянку ладонью и поблагодарил кивком. К счастью, скользкая тема не успела укорениться в русле беседы, ибо подоспела Маргарет вместе с удивительно похожей на неё девицей - видимо, той самой Мелани. Обе были нагружены подносами со снедью. В количестве, которое явно рассчитывалось на маленькую армию. Брат Мэтт оказался несдержан на язык, но никакой особенно бурной реакции его пророческие слова не спровоцировали. Разве что взгляд бывшего наказующего, адресованный хозяйке соболиной брови, переменился радикально, от прежней холодности не осталось и следа. В светло-голубых глазах искрилось тепло, забота, немного самодовольства. В них светилась любовь. Не успев растерять все эти совершенно неуместные для коллеги чувства, взгляд на долю секунды проехался по лицу брата Мэтта. Патрик не особенно и старался казаться равнодушным. Но Донахью мог и не заметить. Ведь почти сразу за этим земляк-ирландец уткнулся взором в тарелку, дабы воздать должное стряпне миссис и мисс Холлоуэй, количество которой его отнюдь не пугало. - Они милые, только пока маленькие. - предположил Патрик ворчливо, приступая к еде. Воспитателям это далось в своё время нелегко, этикет не влезал в медлительную дубовую голову, но, по крайней мере, им удалось научить его есть, а не жрать. И господин инквизитор к своим тридцати с небольших годам опреденно знал, как пользоваться ножом применительно к тому, кто уже не бегает и не богохульствует. - А п-потом они вырастают, и становятся совершенно невыносимы. Так уж сложилось, что мистер О'Коннелл приучил себя при всякой возможности закидывать внутрь любую мало мальски съедобную еду. Провиант сгорал в нем, как уголь в топке старого локомотива, впору было возить на прицепе вагон с топливом. А здесь еда была ещё и сытной. И довольно вкусной. Так что, овощам не светило засохнуть в одиночестве. Их намеревались употребить вместе со всей доступной снедью, включая ту, от которой по каким-либо причинам откажутся остальные. - И отчёты по всему дому, - улыбнувшись, тихо пробормотала Кьяра, отдавая должное воспоминанию об инквизиторской клевете на кроатских кошек. И куску мяса, который методично расчленялся на крохотные составляющие, лёжа на тарелке по соседству с горкой запеченного с приправами картофеля, в полном несоответствии заветам Мардж. - Иногда люди просто друг другу не подходят, - пожал плечами Мэтт. На отсутствие аппетита Ищущий тоже не мог пожаловаться. - Как несовместимость двух растений на одной грядке. Извините, фермерские корни дают о себе знать. Ирландец широко усмехнулся и менторски воздел кисть с зажатой в пальцах вилкой. - Да и хватает всяких горестей и обид, чтобы затруднять понимание Патентованному и Надзирающему. Это не говорит об изъяне кого-либо из них, просто в канцелярии не любят заморачиваться с подбором кадров. Бросили, как в омут - и выкручивайся, как хочешь. В связках то же самое бывает. А вот у Ищущих просто лотерея. Мы-то никогда не знаем, что из себя представляет ребёнок, который окажется Одаренным. Оба инквизиторы, оба ирландцы, оба от сохи. Сходство в происхождении становилось пугающим. Патрик, который успел уже уничтожить половину своего весьма внушительного куска мяса, поднял глаза на брата Мэтта. Это был взгляд человека, который знает, что смертельно болен и почти смирился с этим. Впрочем, может быть, безудержный гнев и станет когда-нибудь его неизлечимой болезнью? - Может быть. Не уверен, что п-подхожу вообще для этой работы. Убивать их проще, чем воспитывать. И как ни в чем не бывало, снова вернулся к еде. Хотя и догадывался, что, возможно, сейчас испортил к чертям всю светскую беседу - он ненавидел их с детства, пустопорожние разговоры ни о чем, наверное, потому, что вечно говорил что-то неуместное. Маленькой мисс Бирн следовало бы укорить его вот за это. А не за маленькую, одной ей заметную шалость с голосом и взглядом. Ничего удивительного для зеленой страны, акры и акры которой занимали фермерские угодья. Мэтт, очевидно, не был обременён не только параноидальной подозрительностью, одинаково успешно точившей разумы парочки, сидевшей напротив него, но и разного рода предрассудками. Наверное, Ищущий был счастливым обладателем довольно редкого в Инквизиции качества - лёгкого характера. В любом случае, он и ухом не повёл, услышав крамольное признание бывшего Наказующего. Разве что посмотрел на Патрика внимательнее. Хотел было сказать, что это на совести того, кто изменил его специальность, но перевёл взгляд на Кьяру, выразительные глаза которой явно пресекали любое обсуждение личности её соседа за столом. К её неразговорчивости он тоже был привычен, подобная застольная беседа была, скорее, исключением. - Убивать, конечно, проще, - безмятежно согласился он, возвращаясь к завтраку. - Но у наших Одаренных слишком ценные шкурки, чтобы делать из них расходный материал только из-за трудного нрава. Бед не творят - и ладно. Убийство разговора не состоялось. Возможно, потому, что в кругу представителей Инквизиции, связанных друг с другом теми или иными узами, он изначально не был светским. Что касается Кьяры, короткая фраза породила в её голове те самые мысли, о которых она не дала сказать брату. Англичанка в кругу ирландцев, насытившись гораздо раньше дорогих ей мужчин, чинно сложила приборы. Замшевые руки попархивали над коленями. По разумению Патрика, у того, кто имел несчастье принимать решение по поводу его дальнейшей карьеры, и выбора-то особенно не было. Из Наказующих его нужно было исключать. Оставалось два варианта и... не к детишкам же его было пристраивать? Симпатичный и дружелюбный брат Мэтт подходил для этого куда больше, чем мрачный раздражительный и огромный, как слон, коллега. Вот и получился так себе Надзирающий. - Но досаждают они куда больше, чем кошки. - не осталась без внимания реплика про кошачью шерсть и отчёты по всему дому. А под столом, кажется, мелькнул чей-то серый чрезмерно пушистый хвост. Показался и пропал. Запрещающий взгляд Кьяры для своего болтливого братца не остался незамеченным. Геркулес прочистил горло, взглянул на дорогую супругу, на послушно сменившего тему Мэтта и молча продолжил есть. Вскоре тарелка опустела. Патрик потянулся и неаристократично, всей пятерней, прихватил тканевую салфетку. Кто-то когда-то ему сказал, что нужно ими пользоваться. Довольно крякнув, он откинулся на спинку стула, тот отчаянно заскрипел. - Мы ведь не торопимся? - уточнил он у Кьяры. - Я бы взял ещё. Наверняка ведь опять на сутки уходим. По-человечески есть в последние дни получалось не чаще, чем раз в двадцать четыре часа. Организм весом в двести пятьдесят фунтов это очень огорчало. Пушистые под столом, определенно, присутствовали. Темный, словно обожженный адской бездной, хвост нагло мазнул женскую щиколотку. Кьяра попросила Маргарет: если та обнаружит в своей кладовой котов, огромного серого или небольшого голубоглазого - не гонять, а налить молока и угостить куриной грудкой. Экзорцистка не сомневалась, что заинтересованные уши её слышали и информацию приняли к сведению. На вопрос Патрика она утвердительно кивнула и поднялась со стула. - Я спрошу у хозяйки повтор и чая. - Я провожу, - Мэтт повторил движение медички. - Заодно попрощаюсь с ней. Надо идти, поезд ждать не будет. Был рад познакомиться. Последнее относилось к Патрику и, вопреки всем ожиданиям, в словах не чувствовалось фальши. *** Кьяра дополнила свой и без того удививший миссис Холлоуэй заказ, уточнила касательно чая и сразу оплатила счёт. Впрочем, половину покрыл Мэтт, несмотря на яростный протест названой сестры. Только присутствие Маргарет помешало англичанке развить дискуссию на эту тему, и изобретательный Ищущий бессовестно этим воспользовался. Провожал он её и по пути в зал. - Столько ругался с тобой из-за твоей сольной карьеры, а теперь ты в связке, и мне стало ещё неуютнее, - усмехнулся ирландец. - Мужчины, - Кьяра закатила глаза. Правда, ненадолго, чтобы не споткнуться в полутемном коридоре. - Не отшучивайся, - Мэтт остановился и экзорцистке волей-неволей пришлось последовать его примеру. Ищущий изучал белеющее в полумраке женское лицо, ловил лёгкий, серебристый блеск глаз, отражавших свечное пламя настенных канделябров. - Если я могу помочь тебе - ты знаешь... - Я знаю, Мэттью, - целительница легко кивнула и одарила инквизитора теплой, успокаивающей улыбкой. - Спасибо тебе. - Береги себя, птичка. - Обязательно. Ирландец проницательно глянул на упрямую коллегу, но ничего не сказал. Только коснулся плеча кончиками пальцев и до самой двери в зал хранил молчание. Когда же Кьяра попала в поле зрения другого ирландца, Мэтт кивнул ему на прощание и покинул заведение Холлоуэев. Экзорцистка вернулась на своё место около Патрика, несмотря на то, что напротив было значительно просторнее. Появилась Маргарет с щедро наполненной тарелкой, которая размерами своими тянула на звание блюда, и чайным прибором на подносе. Довольно острым взором наградила инквизиторскую пару и оставила их без ожидаемых причитаний и попыток распространить на Патрика свое покровительство. Кьяра молча наполнила две чашки напитком, от которого шёл приятный травяной аромат. Патрик сдержанно кивнул на прощанье жизнерадостному антиподу. От Мэттью так и веяло приязнью и дружелюбием, но закоренелому параноику очень трудно было поверить в это. Мистер О'Коннелл сроду не производил ни на кого приятного первого впечатления. И мало кто из его знакомых после такого фиаско давал себе труд узнать цепного пса Инквизиции поближе. Кьяра не поленилась. Впрочем, поначалу у нее просто не было выбора. Благоразумная хозяюшка так же удостоилась кивка, уже благодарного. Инквизитор продолжил трапезу и концу ее пришёл во вполне благостное расположение духа. Ревность и подозрительность от сытости присмирели, да и брат Мэтт, кроме своей прискорбно приятной внешности, не дал ни единого повода. - Знакомство произошло раньше, чем ты рассчитывала? - пляшущие над коленями затянутые в замшу ручки накрыла ладонь. Под столом не было видно. - Не могу сказать, что я именно рассчитывала, - пожала плечиком экзорцистка. В самом деле, какие далёкие планы знакомства с друзьями?.. - Но повезло, да. Могли запросто разминуться. И повезло, что Мэтт решил не заходить домой. Квартира была оставлена в вопиюще красноречивом состоянии. Впрочем, с инквизиторской парой внутри, в комплекте, было бы ещё более красноречиво. - Говорила же тебе, что я везучая, - неожиданно развеселилась англичанка, освобождая одну руку и беря чайную чашку. Вторая мгновенно вплелась в широкую кисть. Пальцы прошли сквозь пальцы, Патрик несильно сжал маленькую ладошку и продолжил без зазрения совести любоваться своей маленькой соседкой. - П-повезло. - покладисто согласился он только потому, что Кьяра не хотела преждевременного разоблачения. Что касалось ее благоверного, он почему-то был уверен, что брат Мэтт как-нибудь пережил бы культурный шок от красноречивого зрелища. А в случае затруднений, мистер О'Коннелл оказал бы ему требуемую помощь. - Но ты ведь все равно скажешь ему. - уголки рта тронула улыбка. - Он уже на свадьбу собрался. Кьяра задумчиво посмотрела на Патрика. Ей подумалось о том, что уж в этом случае у инквизитора не осталось бы ни малейшего шанса для ревности. Везде есть положительная сторона, да?.. - Разумеется, - мисс улыбчиво прищурилась. - Он будет на седьмом небе от радости. В основном, потому, что тогда я точно съеду. Сам Патрик гарантий по этому поводу никаких не дал бы. Впрочем, в данный момент не хотелось думать ни о чем таком. Накормленный до отвала, выспавшийся, он расслабленно наблюдал за ее лицом, поигрывая плененными пальцами. - Что-то я не заметил в нем желания отделаться от тебя. - проворчал инквизитор, как раз примеряющий к себе новый повод для ревности. - Скорее уж наоборот. Но даже ревность сейчас получалась какой-то несерьезной в столь благостном расположении духа. Хрупкая женская рука была абсолютно покорна мужским пальцам. Кьяра наслаждалась чаем с таким видом, словно понятия не имела, что происходит на её коленях. - Опешил от неожиданности, бывает, - затянутое в чёрное плечо повторило ленивое движение. Ладонь, безобразничающая под столом, поднялась по предплечью чуть выше. - Не думаю. - с улыбкой Патрик покачал головой, взгляд скользнул по тяжелому плащу, пальцы едва заметно сжались. - Не жарко? - Не веришь мне? - брови удивленно взмыли вверх. Примерно так же поступили уголки губ. Опустевшая чашка звякнула о блюдце, ладонь заскользила по хулиганящей руке. - Нормально. Я привыкла. Плохо переношу холод. - Верю. - Патрик поспешил сдаться на милость победителя. Только руки вверх поднимать не стал. Не хотелось отрываться. - Конечно, верю. Выслушав объяснение по поводу плаща, он склонился к ее уху. Достаточно близко, чтобы слышала только мисс, достаточно далеко, чтобы со стороны не выглядеть совсем уж... неприемлемо. - В таком случае, вернемся к тебе. П-погрею тебя еще немного. - Отличный выбор, - похвалила медичка, словно метрдотель, которому назвали сорт вина. Тем не менее, покладистость Патрика ожидаемо не продлилась ни на минуту. Следующей же фразой он заставил спутницу покраснеть. Казалось бы, после всего, что между ними произошло, ее смущению не должно было остаться места. Тем не менее, гладкие фарфоровые щёки вспыхнули. От стыда ли, от удовольствия, от стыда за удовольствие... значения не имело. Вот чего Патрик никогда в своей жизни не испытывал, так это стыда за удовольствие. Впрочем, никогда же не поздно начать? Мисс могла бы попробовать заставить его испытать это новое чувство. Инквизитор склонился к ней ближе ещё ровно на полдюйма. - Обожаю этот румянец. - дыхание коснулось зардевшейся щеки, а через секунду ирландец уже сидел, как приличный человек, который сообщил даме свой очень важный секрет и оставил в покое. - Идём?.. Или ты хочешь п-посидеть ещё? - Идем, - кивнула экзорцистка, посвящённая в одну очень волнующую тайну. Инквизитор видел в ней человека, кардинального отличающегося от того, что сама она встречала в зеркале. Он считал её красивой. Достойной его обожания. Как она могла стыдить обладателя этих весенних голубых очей, в которых становилась совсем другой? Лучшей. Это было выше её сил. В его глазах она всего лишь становилась собой. Такой, какой была. Разве можно было этого не видеть?.. По пути им больше не встретилось никаких знакомых лиц коллег или друзей. Только случайные прохожие, да соседи, которым не было до них никакого дела. В квартире их встречала все та же умиротворенная, почти заговорщическая тишина. Экзорцистка бросила плащ на вешалку и с видимым наслаждением вынула из волос надоевшую шпильку. Стриженые русые пряди рассыпались по плечам. На той же вешалке покорно ждали их инквизиторское ружьё, кобура с пистолетом, подсумки. На тумбочке сгрудилась горстка наручников, к ним Патрик снова прибавил часы. Прохаживаясь по комнате, распустил галстук, скинул жилет и сюртук. Пара пуговиц на рубашке у горла всегда казались ему лишними и ирландец расстегнул их, после чего вальяжно расселся в единственном на всю комнату кресле, развернув его спинкой к окну и снова превратившись в темный монументальный силуэт. - Поди ко мне. - пророкотал он, раскрывая руки. - Хочу обнять тебя, п-пока ещё есть время. За это время англичанка успела избавиться от обуви и стояла, прислонившись к стене, наблюдая за очередным актом преобразования комнаты в соответствии с предпочтениями инквизитора. Где бы он не появлялся, от окружающего мира требовалось смягчиться, прогнуться, принять нужную ему форму. То, что оказывало сопротивление - уничтожалось. С тем, что было упорным и не поддавалось легко разгорающемуся гневу, возникали проблемы. Тонкие девичьи пальцы задумчиво огладили серебро инсигнии, набравшее тепла её тела, а потом снова прозвучал глубокий, вибрирующий бас и босая, простоволосая женщина последовала зову. Просьбе. Приказу. Там было все. Скользнула в объятия, не щурясь от бившего в лицо яркого утреннего света. Глаза показались совсем темными, спокойными, как глубина моря в серый и пасмурный зимний день. Где-то в них таилось воспоминание о том, как она сама стояла у окна, будучи всего лишь размытым силуэтом в объятиях золотистых лучей. Тогда, два года назад. Показать содержимое Скрыть Кьяра подошла, прикоснулась и сердце замерло, чтобы через несколько долгих, почти бесконечных секунд продолжить своё важное дело. Послушная. Доверчивая. Он устроил ее у себя на коленях так, чтобы было удобно. Обнял одной рукой тонкий стан на границе белого и чёрного, притянул ближе ножки. Едва заметно дрожащей ладонью отвел растрепавшиеся русые волосы от лица, справа, слева, ото лба. Он хотел бы, но никогда не сможет быть достаточно нежным для нее. Солнце светило инквизитору в затылок. Затененное лицо улыбалось чуть виновато. Достался же бедной девочке чурбан неотесанный. - Маленькая моя... - и вместе с улыбкой спряталось у сердца. Ладони снова смяли многострадальную белую блузку медленным томительным жестом. А вместе с нарядом и его хозяйку тоже. Англичанка понятия не имела, почему бесконечно любимое лицо отражает тень вины. Он делал её живой. Счастливой. Этого более чем достаточно, разве не видно? Ладони обняли повинную голову, такую кроткую и смирную сейчас. Тонкая золотая полоска теплом ощутилась на коже. Экзорцистка уткнулась лбом в стриженую макушку и замерла, боясь дышать, чтобы не нарушить хрупкое умиротворение украденного времени. Тепло, белый утренний свет, синхронное сердцебиение вместо тиканья часовых стрелок. Живое тепло, которое не сдержать приличиями и одеждой, внутренний свет счастливых глаз. И время, украденное, но не потерянное. Их. Навсегда. Ладони скользили по хрупкой спине, губы коснулись пульсирующей жилки на шее. Через белый воротничок - плевать. Он вдыхал ее запах. Дышал ею. А после уложил растрепанную головку к себе на плечо, укачивая, убаюкивая, как дитя. Тонкую ручку с призрачными следами прежней боли забрал себе, чтобы долго-долго целовать пальцы и согревать изрезанное и зажившее запястье горячим дыханием. Как дремлющий вулкан согревает прильнувший к его подножию город. Жители всякого рода Помпей, прикорнувших под боком дремлющей огненной стихии, обречены. Обречены коротать свой век либо в сумеречном незнании, либо в постоянном страхе. Кьяра знала, на что способен человек, удерживавший её в своих руках. Но и не боялась. Безрассудство - возможно. Любовь и вера - те ещё глупости. Она знала о многих, кто возвёл свою подозрительность в степень искусства, сплёл намертво с жестокостью, и за кем одиночество следовало по пятам, неся это страшное знамя. Герб, выжженный на душе. Может быть, и его ожидал тот же путь. Не сразу. Со временем. Но было воскресное майское утро, и она приникла в полузабытьи к широкой груди хищника, в которой рождался не только предвещавший гибель гневный рык, но и ласковый рокот. Прикасалась кончиками пальцев к воплощенному пламени. Огонь, что не опаляет, но греет. Страх со временем притупляется. Это знали и жители печально знаменитых Помпей, это знал любой человек, долго находящийся в смертельной опасности. Невозможно испытывать такой страх долго. И люди приспосабливаются. Ко всему. Главное, чтобы потом привычное бесстрашие не привело к роковой самонадеянности. Патрик знал это тоже. Но думал совсем о другом. Пальцы скользили по маленькой ладошке, по узкому предплечью, зачем-то осязали бьющийся под кожей пульс. Взгляд скользил по сонной, убаюканной теплыми лучиками комнате, контрастным пейзажам на стене за столом. Инквизитор приложил ее ручку к своей груди и повернулся, разглядывая взъерошенные волосы. - Ты так и не оставила мысль научиться пользоваться ножом? Серые глаза взглянули на инквизитора, в них вернулась осознанность, изгнав прежнюю сонную безмятежность. - Не оставила. Некогда просто было. Точнее, свободное время у неё было, конечно. Но принадлежало оно кое-кому другому. Безраздельный владелец свободного времени мисс экзорцистки вздохнул. И снова приложился губами к тонкому, почти прозрачному запястью. - Не хочу, чтобы кто-то другой учил тебя. - проворчал он. Патрик и сам не хотел бы. Неосторожные удары, падения, синяки и ссадины... но он не хуже брата Мэтта знал о ее упрямстве. Если Кьяра вбила себе в голову, что ей нужно, непременно нужно продолжить изучение азов техники рукопашного боя, которые давали им всем в семинарии, то уж лучше он сам будет контролировать процесс обучения. Кто станет обращаться с ней бережнее и внимательнее?.. - Так что, если хочешь... Они могли бы начать с чего-нибудь несложного. И, главное, безопасного. - Кроме тебя, некому, - с улыбкой подтвердила экзорцистка. О том, что азы она уже знала и просто нуждалась в практике, что существовали набитые тряпьем и соломой чучела в тренировочных залах, мисс почему-то решила умолчать. Кто её знает, почему. - Я буду очень тебе благодарна. Инквизитор О'Коннелл, не без оснований считавший себя неплохим рукопашником, работу на чучелах не слишком уважал. Соломенный тюфяк не будет орать от боли, когда его "убивают", не будет пытаться убить в ответ. Так что уровень стресса от общения с таким вот страшилой куда ниже, чем в настоящей схватке. Впрочем, в семинарии рукопашный бой преподавали всем и из расчета средней его необходимости на душу ученика и составляли учебный план. Потому, кроме чучел и деревянных ножей там ничего и не было. Патрик наклонился вперёд и встал, одновременно подхватывая Кьяру на руки. - Благодарности - после. - двусмысленно хмыкнул он, легко поцеловал ее в губы и бережно поставил на ноги. После этого тахта в сложенном виде, а так же кресло и все, что занимало неоправданно много места в середине комнаты, разъехалось к стенам с ужасным скрежетом. Инквизитор сходил на кухню, зачем-то принёс табуретку и усевшись на нее, принялся стаскивать рубашку. Голым по пояс проводить практику было значительно удобнее. - Надо хотя бы ослабить корсет. - заметил он, перестраиваясь на деловой лад. Лучше бы было его вообще снять, чтобы можно было дышать. Вместе с юбкой, которая путается под ногами. Женский костюм был абсолютно не приспособлен для такого рода упражнений, но мисс предстояло применять изученные приёмы в нем, и никак иначе. Хотя, по мнению Патрика, дамы приносили в жертву красоте слишком уж многое. - И... п-покажи мне, как ты держишь оружие. В ответ на двусмысленность мисс только дернула бровью и собрала волосы, небрежно перевязав получившийся хвостик ленточкой на затылке. Аккуратнее выглядеть не стало, зато самые длинные пряди не лезли в глаза. Пока Патрик занимался проблемой интерьера, Кьяра вытянула из пристяжных ножен кроатский клинок. Батарея была так же полна, как в тот день, когда она сняла его с полки в арсенале; впрочем, активировать скрытый в рукояти механизм экзорцистка не собиралась, и лезвие не давало своего синеватого блеска, отливая зловещей тенью. - Милый, - ученица усмехнулась. - Никто не будет ждать, пока я принесу приличия в жертву удобству, хотя за отвлекающий маневр, может, и сойдет. Кисть обняла лишенную гарды L-образную рукоять, вспоминая. Тело невольно, само собой, принимало защитную стойку. А уж то, что женщины, в целом, были привычны к ношению китовой сбруи и тряпок, можно было не упоминать. Инквизитор встал со своего места и заложив руки за спину обошел провокаторшу кругом. - Можно вообще не затягивать его слишком туго. Всегда. - заметил он, зеркально приподнимая бровь. - Ноги шире. Неустойчивая п-позиция. - носком ступни он коснулся щиколотки мисс, целомудренно прикрытой чёрными оборками. - Левую руку сюда. Открываешься. - медленным движением он продемонстрировал, что подреберье и в самом деле прикрыто не так хорошо, как хотелось бы. Хотя вот тут как раз корсет мог бы продемонстрировать свою полезность. - Но это все ты и так должна знать. А теперь, я п-попробую отобрать у тебя оружие. - учитель завершил круг и стал напротив, ни одна мышца в его теле не была напряжена, он, словно, и не собирался предпринимать каких-либо активных действий. - А ты не дай мне этого сделать. - Именно так я и делаю, - заверила экзорцистка, следя за круговыми маневрами инквизитора. - С твоего позволения, обойдёмся без демонстрации того, что есть туго затянутая шнуровка. Как уже успел удостовериться ее коллега, причём не один раз, англичанка носила корсеты на крючках, которые позволяли свободно дышать; кроме того, в них можно было облачиться без посторонней помощи. В отличие от шнурованных - они, конечно, позволяли убрать с талии несколько лишних дюймов, но затянуть их могла только привычная к этому делу горничная. А самой моднице приходилось потом привыкать ощущать себя взнузданной лошадью. Нельзя было понять, насколько она серьёзна - впрочем, как только последовало первое замечание, выражение лица целительницы изменилось, стало сдержанным, сосредоточенным. Скупыми движениями она исправляла недочеты, на которые указывал ей учитель. - Дразнишь меня? - инквизитор чуть прищурился. А в следующее мгновение его тело из расслабленного аморфного состояния вдруг подобралось, превратилось в пружину. Одно цельное, текучее движение и вот уж кинжал покинул руки свой хозяйки. А Патрик, перекинув трофей из одной ладони в другую, открыто усмехается. - Так что там насчет корсета? - Довольно быстро для своей массы, он отступил и чуть помедлив, протянул нож обратно. Рукоятью вперед, конечно. - Не передумала? - А что, нельзя? - дёрнулся уголок губ. Но через секунду мисс поняла, почему далёкие скандинавские предки Патрика изображали в своих легендах огонь настолько быстрым, что даже хитроумный Локи не смог угнаться за ним. С грацией, которую сторонний наблюдатель никогда не угадал бы в ирландце, он обезоружил оппонентку. Кьяра с вызовом прищурилась, принимая баселард обратно. - Сможешь повторить - я подумаю. - Оглянуться не успеешь. - самоуверенно пообещал потомок датских викингов, двигаясь по дуге, и не выпуская из поля зрения вожделенный клинок, но на сей раз то ли удача изменила ему. То ли мисс оказалась по поверку вовсе не так проста. Викинг возмущенно выдохнул и попытался схватить уже ее всю, вместе с ножом, корсетом и прочими предметами туалета. И снова неудача. Губы англичанки, обнаружившей, что ей нравится удивлять своего самоуверенного супруга, отметила торжествующая улыбка. Или, может быть, Патрику показалось?.. Медичка сосредоточилась, насколько это было возможно под прицелом голубых глаз, и сделала осторожный выпад. Но промахнулась. Призрачно-ледяные глаза ли были тому виной, или, может быть атлетическая фигура, предусмотрительно обнаженная до разумных пределов, но англичанка не только промахнулась, но и растеряла всю бдительность. Не успела маленькая мисс, согласно обещанию, оглянуться, как оказалась в плену. Руку с ножом сдавило в районе предплечья, в первый момент даже немного больно, но Патрик быстро опомнился и заставил себя дозировать усилия более точно. Легким движением он выбил у нее ножик и тут же захватил второй локоток. Стоя с ней лицом к лицу, перехватил запястья пальцами одной руки у Кьяры за спиной, они были такими тонкими, что помещались там без особых трудностей. Притянул к себе. Прижал. Свободная ладонь легла на талию, спрятанную под пресловутым корсетом. - Я же говорил. - дразнящая улыбка почти отпечаталась поцелуем на щеке. Вырваться из этих объятия было вовсе не так просто. - Как будто я сомневалась, - выдохнула Кьяра, мгновенно подпадая под кружащее голову действие его прикосновений. Голос слегка сел, и у неё просто не было сил отвести взгляд от голубого льда, в котором играли азарт и самодовольство. Тонкие ручки, захваченные в плен, выпускать пока никто не собирался. Он вынуждал ее прижиматься плотнее. Ладонь с талии поехала вверх, до тех пор, пока не достигла верхнего края жесткой китовой брони. И только там она, наконец, остановилась. Сквозь блузку бессовестные пальцы впитывали тактильную разницу между скульптурной фактурой корсажа и мягкостью скрываемого им женского тела. - Попытаешься еще?.. - проворковал бесстыдник, пользуясь своим положением и склоняясь еще ближе. - Разумеется, - шепнуло упрямое создание. Полностью обездвиженная, она никак не могла повлиять на маршрут бесстыжей ладони, и новизна положения, в котором ей не оставляли даже видимости выбора, кипятила кровь. Экзорцистка кивком отбросила выбившуюся из хвоста прядь и дерзко посмотрела в глаза пленившему ее. Пальцы зацепились за краешек корсета, чуть потянули на себя. - Как п-пожелаешь. - все ещё покладисто пророкотал инквизитор, оставляя на ее губах одно лишь дыхание и больше ничего. Через секунду птичка снова оказалась на свободе. - Ну, теперь п-попробуй, достань меня. - прихватив одной рукой теперь ясно зачем нужную табуретку, второй Патрик поманил женушку к себе. На губах вновь воцарилась дразнящая улыбка. Он провоцировал ее. - А не то я доберусь до твоего корсажа первым. Кьяра подобрала кинжал и отступила, хмурясь и кусая губы. Она злилась на себя. За все - за подводящее тело, за ослабевавшее с каждым днём в его обществе самообладание. Экзорцистка мрачно прищурилась и ударила, но... Но лишь получила новый повод озлиться на себя. Клинок бесплодно скользнул по деревяшке, только и всего. Инквизиторская ухмылочка все играла и играла на тонких губах. Кьяра медленно закружилась около него, выбирая момент для новой атаки, меняя иногда направление. По часовой, против... Сделала обманное движение, хотя для проклятого ирландца (любимого ирландца) это была слишком простая задачка. Но все же она выиграла для себя секунду, чтобы прицелиться и сделать новый выпад. Клинок чиркнул по бледной коже. Патрик отбивался своим импровизированным щитом, посмеиваясь. Самоуверенность сыграла с ним злую шутку и вот, грудь расчертила багровая, немедленно набухшая кровью царапина. В льдистом взгляде мелькнуло удивление. - Хорошо. - коротко бросил он, отступая, по ребрам и животу потекли тонкие розовые струйки. - Хорошо! Давай ещё. Не бойся. Добровольная жертва лишь оборонялась, покорно предоставляя себя для не самой безболезненной тренировки. Движение, другое - и вот уже режет восприятие вид алой крови: тонкие потеки, прихотливо сбегающие к животу, выбирая себе дорожку по рисунку играющих мышц. Такой контраст, багряное на белом, вино на снегу. Она пыталась ещё и ещё, но каждый раз, в последнюю долю мгновения, что-то останавливало руку, заставляя уводить острие кинжала в сторону. Бесконечное отступление, кружение по комнате выводило его из себя. Патрик не терпел насилия в любой форме. Но сейчас... должен был покорно сносить тычки и ссадины. Сам ведь согласился. И должен был терпеть. А терпение никогда не было его коньком. Он подсмеивался, пытаясь подбодрить ее, а заодно отвлечь и себя, задел угол стола, отвлекся... Ладонь прижалась к щеке, а когда инквизитор отнял ее, то увидел алые следы. Уголок рта дернулся, когда табуретку поставили на пол. От движения уже почти свернувшаяся кровь в царапине на груди засочилась снова. Глаза против воли потемнели, обещая если не бурю, то, как минимум, хороший проливной дождь. И ещё один кровавый мазок. На этот раз на щеке. Как след от кисти художника, который рисует болью. Азарт, снова разобравший было её, кусачая уязвленность его насмешкой мигом схлынули. Виноватая, она опустила было покаянно клинок, но выражение потемневших глаз заставило отпрянуть и снова поднять оружие. На этот раз для защиты. Защитный жест не остался без внимания, пожалуй, именно он и вернул глазам прежние поблекшие цвета. Но несмотря на это, Патрик шагнул к ней с явным намерением продолжить игру, выходившую за рамки, постепенно превращавшуюся в нечто другое. - Боишься?.. - сложно сказать, снова ли он подначивал ее или был серьезен. Пожалуй, и то и другое. Кьяра прищурилась на мужа. Кажется, она по-настоящему задумалась, чтобы быть уверенной. С тем, как часто подводило её чутьё последнее время, стоило уточнить у самой себя. Но ответ оказался прост и ясен. Экзорцистка на птичий манер чуть склонила голову, поудобнее перехватывая рукоять кинжала. - Нет. Даю реванш. Ты против? - Справедливо. Но нож ей больше не пригодился. Какое-то время худенькую мисс Бирн спасала врожденная увертливость, но вскоре Патрик перехватил ее рукой поперёк живота, каким-то невообразимым образом оказавшись за спиной. Нож вновь выпал из маленькой руки и жалобно звякнул. Царапины покусывало болью. Сдержанность, такая необходимая в общении с женой, засбоила, когда неуклюжий викинг ногой снова налетел на край стола, и получил новую порцию не слишком сильной, но весьма раздражающей боли. Раздался скрежет, часть заботливо сложенных бумаг слетела на пол. Контрастная скульптурная композиция, огромный рассерженный инквизитор и его хрупкая напарница, потеряла равновесие. Чтобы уберечь ее от удара, ирландец инстинктивно уперся ладонью в стол, второй все ещё придерживая Кьяру, оказавшуюся между молотом и наковальней. В буквальном смысле. - Сдаешься? - почти уронив ее и едва не придавив собственным немаленьким весом, Патрик, кажется, не планировал ничего менять в образовавшейся диспозиции. А может даже собирался вынуждать противника капитулировать, если того потребуют обстоятельства. Низкий голос снова зазвучал хрипло, почти угрожающе. Пожалуй, ему следовало задать все тот же вопрос: "Боишься меня?.." Новый звучал бессмысленно. Она увернулась, затем снова, а после старинное поверье, утверждающее, что число три - счастливое, сыграло в пользу инквизитора. Маленькую глупую птицу перехватила мощная лапа цербера, плотно прижала крылья, чтобы пленница уже никуда не делась. Каким-то чувством, что было гораздо глубже и острее пресловутого седьмого, она чуяла его слабеющий самоконтроль. И не собиралась дать этому знанию пропасть втуне. 21+ Тренировка переставала быть таковой. Может, и не была с самого начала. Бесследно растаял гнев на собственные неудачи, но вот азарт, безрассудное адреналиновое опьянение никуда не делось. Её кровь, наверное, английская, могла стучать в висках так же громко и настойчиво, как его, ирландская. Неудержимо и властно влекло все помыслы и намерения одно желание - раздразнить, зацепить, заставить забыть о тисках сдержанности, дать ещё немного побыть собой. Ведь он говорил ей следовать своим желаниям?.. Вполне возможно, когда-нибудь они оба об этом пожалеют. Но что поделать - эксетерская девчонка, выросшая на улице, всегда была бесстрашной настолько, что называла сумасшедшей сама себя. Когда-то она была храброй, а ещё умела увлечься чем-либо, обо всем забывая. Дерзкая язвительная одиночка, любившая посмеяться над своей жизнью и всеми, кто её пересекал, пропала в сиротском приюте. Кьяра лично заперла эту часть себя и не касалась ключа её тёмного тесного закутка много-много лет. Пока Патрик не пожелал познакомиться, для чего прилагал массу усилий. Что же, имел право знать, на что его угораздило. - Нет. Попробуй, убеди. И если озвученного Патрик ещё мог добиться, то ответ на вопрос, который был задан один раз и не повторился, являлся отрицательной константой. Рука надавила на плечо, прижимая бунтарку к столу, но уже куда мягче, чем минуту назад. Вторая собственническим жестом, с нажимом проскользила от бедра наверх до самого плеча. - У меня есть неплохой аргумент.. - Патрик нагнулся, его дыхание защекотало тыльную сторону шеи, щеку. Он почти не видел ее лица, только аккуратно очерченное ушко, да краешек рта. Теперь, провокаторше уже некуда было деваться, она оказалась зажата со всех сторон. Многострадальная блузка выпросталась из-под пояса, обнажая тот самый, вызывающий негодование, корсет. До пары пуговиц у горла он все же смог дотянуться чуть подрагивающими пальцами. Оголив белое плечо, прижался к нему губами. А потом снова зашуршала юбка, как тогда, в неприметной кладовой, куда он затащил ее в беспамятстве. Только на сей раз ткань сминали осознанно, с вполне определённой целью. - Так хочешь узнать, на что я способен? Его пальцы, касавшиеся маленьких белых пуговок, дрожали, почему-то вызывая ассоциацию с вибрацией крови, бегущей по искусственным сосудам металлического воздушного зверя; с напряжением в гудящем кабеле. Она, машинально опираясь о стол согнутой в локте рукой, была быстрее, пробежалась по оставшимся застежкам и, поймав широкую горячую кисть, прошла с ней по разошедшимся полам безнадежно испорченной блузы. - Я хочу все о тебе знать. Ладонь повиновалась. Блузку стащили с плеч, так и оставив наживленной на руки. А вскоре там, где только что были пуговки, а теперь ощущались лишь крючки, появилась и вторая рука. Объятый дрожью нетерпения, он все же не рвал, а расстегивал их. Лёгкий след прикосновения губ остался на шее, плечах, лопатках. Пальцы добрались, наконец, до тех вожделенных прелестей, что скрывала собой броня из китового уса. - Все, что захочешь... - прошептал он, сминая ее, лаская. Патрик не знал, где заканчивается ее собственное желание и начинается желание вскрыть его потаенные мысли, воплотить малейшую его прихоть. Да это было и неважно сейчас. Перестало быть важно, когда Кьяра своей рукой взяла его ладонь и дала понять, что он не должен останавливаться. Единственной мыслью, все ещё не изгнанной из воспаленного от похоти разума, была "ей не должно быть больно". И не было. На этот раз супруг был ласков и нежен, как только может быть с трудом сохраняющий разум сильный, яростный зверь. За спиной побеждённой мисс звякнула пряжка. И все случилось снова. Повторилось, как во сне. А во сне нет стыда и нет рамок. Есть только грешные человеческие желания. Кьяра и сама не знала, что питает истоки этой неутолимой жажды. Она даже не знала, что способна на такое, пока не узнала его, пока не стала его. Да и это не имело значения. Имело - бархатное тепло, окутывающее её нежное безумие, неутомимое скольжение ладоней по коже. Фоном был шорох сминаемой ткани, ощущение прохладной и твёрдой поверхности стола. А иногда единственной её опорой был он, центр мира, и бессильная экзорцистка цеплялась за него, как жертва кораблекрушения в попытке выжить. "Все, что захочешь", сказал он и держал слово. Ибо обладал воплощением ее желаний и ею самой. Взлелеянный заботливыми ручками жены, согретый лучами ее обожания, напитанный покладистой вседозволенностью, эгоизм господина инквизитора достиг невиданных масштабов. Обладать, брать, владеть... Он не отказывал себе ни в чем, не замечая, что сейчас, как прежде - комнату, переделывает все под себя. И ее тоже. Ладонь уперлась в столешницу рядом с ее лицом, вторая перехватила женское тело наискосок, защищая от прохлады стола или, может, намеренно лишая любой возможной опоры, усиливая взаимное притяжение. Принадлежать друг другу, узнавать друг друга... снова и снова, пока не иссякнут силы и время, отведенное на скоротечный отдых. Казалось, он так никогда и не насытится ею, и чем больше брал, тем желал - сильнее. *** - Маленькая моя... - улыбка осела дыханием на шее, обе ладони скользнули в распахнутые настеж блузку и корсет. Оставлять ее вот так одну было бы неправильно и Патрик выпрямился, увлекая свою маленькую, хрупкую слабость за собой. - Ты знала, что этим все кончится?. - он тихо рассмеялся. Ненадолго хватило его терпения быть учителем. Поменялось их положение в пространстве, но не относительно друг друга: Патрик по-прежнему прижимал её к себе. Маленькая узкая ладонь легла поверх его рук. Поймать, присвоить и сохранить мельчайший оттенок его тепла, каждое прикосновение. Экзорцистка обернулась, насколько ей позволяла медвежья хватка, назад и вверх. В поле бокового зрения попадали очертания мощного плеча и упрямая, резко очерченная нижняя челюсть. Вторая рука бережно провела линию вдоль пореза на щеке. Осторожно, ощупью - так слепые создают себе картину мира. - Вот этим? - голос улыбался, покаянно и ласково. - Нет. Прости. - За это.. - Патрик склонил голову, целуя мочку уха своей обольстительницы. - .. ты расплатилась сполна. Оправив одежду на себе и на супруге, инквизитор обошел ее кругом, и присел на край стола. Теперь Кьяра снова предстала перед ним во всей своей растрепанной красе. Давно упал на пол расстегнутый корсет, она, как и он, была обнажена по пояс. Ладонь легла на талию, другая путешествовала по ребрам вверх, и, достигнув сердца остановилась, чтобы подробнейшим образом изучить эту важную область. Задумчивый взгляд призрачно-голубых глаз сопровождал каждое движение собственных пальцев, каждый ее вдох и выдох. - Я говорил о другом. - губы изогнула гораздо менее скупая, чем всегда, улыбка. - Оу. Взгляд ушёл куда-то вниз. К запястью сильной, привычной к тяжелому труду руки. Тыльная сторона кисти оглаживала предплечье, обводя ожоговые пятна, изучая мелкие шрамы, призрачно белеющие там и тут. Прошла от плеча и обратно, соскочила на грудь, пытаясь стереть помедевшие потеки. - Если за это я уже рассчиталась... То за тренировку все ещё должна? Царапина на груди больше не наполнялась кровью, но от прикосновения немного саднила. Патрик мужественно презрел боль ради нежного прикосновения узкой ладошки. - Дай мне п-посмотреть на тебя ещё немного... - проворковал он, привлекая ее к себе ближе, так и не удосужившись поднять глаза наверх, к лицу. В данный момент его увлекали совсем другие изгибы. - ...и мы будем в рассчете. - губы прижались аккурат к солнечному сплетению. - Это не называется посмотреть, - с усмешкой заметила должница, перебирая короткие русые пряди, давно потерявшие жёсткость последней стрижки. - Неважно. - Патрик пожал могучими плечами, не обнаруживая и тени намерений убрать руки с поясницы или перестать касаться губами кожи на ее груди. Тонкие пальчики перебирали стриженые волосы и от этого ещё меньше хотелось смотреть на часы. В могучие плечи, выразившие полное безразличие обладателя к собственной непоследовательности, уперлась пара упрямых ладоней. - Собрался смотреть - изволь. А я пока займусь делом. Медичка протянула руку к своей стойке с армией склянок. Выбрала нужную и занялась саднящим порезом, расчертившим античный мрамор. Серые глаза растеряли умиротворенную дождевую мягкость, над переносицей отчетливее проявилась тревожная складка. Может, это было свойство заточки клинка, может, банальное везение новичка - но повреждённые ткани никак не хотели поддаваться действию лекарства, нанесённого невесомыми нежными мазками. Все, на что мог рассчитывать Патрик - плацебо-эффект прикосновения хрупких провинившихся рук. - С меня все ещё причитается, - вынесла вердикт Кьяра, целуя ненаглядного пострадавшего учителя. - Даже магией... не могу. Будет не так просто сосредоточиться, но начинать нужно было уже. Другое дело, что его близость, его тепло, его запах этому никак не способствовали. Наоборот. Под нажимом строгих маленьких ладошек Патрик нехотя отодвинулся, немного откинулся назад. Но ради удобства Кьяре все же пришлось прогнуться немного в пояснице. На лице инквизитора лёгкое недовольство отстранением снова сменилось тем самым сосредоточенным выражением. Эти царапины ничего не значили, были лишь поводом. И ирландец пользовался без зазрения совести. - Возместишь мне. - о ладошку, исцеляющую порез на щеке, он потерся, словно огромный кот. Ответил на поцелуй. - Вечером. Серые глаза чуть затуманились. Вполне возможно, образом грядущего возмещения. - Обязательно, - пообещала англичанка, с сожалением отрываясь от супруга, чтобы отступить на пару шагов, чтобы её снова не пленили. Таково было изначальное намерение. Комната вокруг выглядела так, как будто в ней бушевал ураган или кутил неделю её единственный названый родственник. Hide С небольшим опозданием Патрик отлип от стола, двинулся следом. Догнал, не касаясь руками, легко поцеловал в губы. - Одевайся. Думаю, нам уже пора искать телефон. - с сожалением заметил он, отступая. - А я пока п-поставлю мебель на место. К счастью, инквизитор не хуже помнил о том, что время не ждёт никого и никогда. И преданность его работе ни в чем уступала её собственной. Кьяра легко кивнула. Чем больше она проводила под супружеским крылом, тем больше ей хотелось оставлять за ним последнее слово, решающее действие. И какое счастье, что они были созвучны во взглядах и выборах. Куда только девалась её привычная самостоятельность?.. Критический осмотр, и белая блузка отправилась в компанию вещей, без особой надежды ожидающих чистки и починки. Миниатюрную фигурку снова заключил в свои не слишком бережные объятия корсет, черный низ дополнился черным же верхом. Показать содержимое Скрыть Собрав и причесав волосы, насколько они это позволили, экзорцистка кружила по квартире, устраняя мелкие следы разрушений, пока инквизитор занимался более глобальными. Пухлый белый конверт занял своё место в кармане, клинок - в ножнах. Hide
  46. 3 балла
  47. 3 балла
    Именно так. О да, обман, мировые заговоры, ЕА зло, они хотят ваши денежки. А насчет других форм - предложите лучше. Трейлеры, тизеры, арты - самый оптимальный вариант. Ещё всякие интервью, стримы, но эти уже ближе к выходу игры.
  48. 3 балла
    Десять человек, которые шумят громче всех, из-за чего создаётся впечатление что, их много?!
  49. 3 балла
    - Где же ваши мозги? - сначала удивилась Мирен, но потом снисходительно улыбнулась. - Парень, у нас в Изамоне люди надевают меховые шапки, чтобы мозги не выдуло. - О. - Восхищённо выдохнул Хымыс, на большее его пока не хватило. Он любил головные уборы странной, иррациональной любовью, совершенной не характеристичной для арварошца. Хотя что может быть характеристичным в ситуации Хымыса? Возраст, континент, окружение, обычаи... Жизнь давно вышла за границы естественного. К слову об обычаях. Утверждение, что меховая шапка может предотвратить выдувание мозгов выглядело несколько спорным. Не шлем же. Наверняка это было ещё одним из загадочных обычаев местного разношёрстного населения. Вопрос "где же ваши мозги" уж точно выглядел одним из местных приветствий, что-то вроде "вижу тебя, как наяву". Уж точно логичнее, потому что во снах Хымыс, слава Мёртвому Богу, никого из местных ещё не видел, а мозги вот они — в черепе, что же может быть яснее. От завороженного созерцания колыхающейся шляпы Хымыса отвлекли знакомые и актуальные слова. Караван. Чиффа. - Я хотела попасть на караван за чиффой, но мой извозчик, какой-то дурак, высадил меня в незнакомом городе в неизвестном месте. А если караван уже ушел? Будет беда, просто беда! Леди итак негде остановиться! — Караван...караван уходит завтра. — Арварошец с трудом перевёл взгляд на лицо Леди Мирен Багдасыс, он не уловил её титула, что-то из аристократии? Странно, что Леди не постаралась пролить свет на этот вопрос, видимо, настойчивое желание где-то остановиться ей сейчас казалось важнее. — К югу отсюда есть постоялый двор. Сытый Скелет. — Хымыс порылся в памяти. Иногда Йера просила проводить себя куда-нибудь, Хымыса не надо было просить, но ей почему-то казалось важным отдельно согласовать действие. Кажется, согласование входит в концепцию местного понимания вежливости. — Я как раз оттуда, это неплохое место. Хымыс посмотрел на баулы. Странно, что Леди путешествовала одна и без постоянно транспорта. Его подтачивал червячок сомнений. Кажется, его понимание местной вежливости было неполным.
  50. 3 балла
    — Я - Хымыс Асанхан, Вывихнувший Скулу, третий из названных сыновей Йессемира Седого Старца, наречённый брат... Хымыс осёкся. Женщина смотрела не него со странной смесью эмоций, а монументальная шапка при ближайшем рассмотрении выглядела ещё внушительнее. Обычно этого было недостаточно, чтобы вывести его из равновесия, но сегодня явно был не его день. - А меня зовут Леди Мирен Багдасыс - это известное аристократическое имя, вы курсе? - звонко гремя цепочками и браслетами, Леди величественно спустилась с баулов на мостовую. Её шапка вблизи, наверное, казалась целой горой. - Ну что вы стоите? У вас есть, где остановиться? Мирен решительно перешла к самой сути дела.
×
×
  • Создать...